журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
МИРОВЫЕ ФИНАНСЫ

БАНКОВСКИЙ КРИЗИС

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

БАНКОВСКИЕ СТРАТЕГИИ

БАНКОВСКИЙ СЕРВИС

МОБИЛЬНЫЙ БАНКИНГ

ПЛАТЕЖИ

БАНКОВСКИЕ КАРТОЧКИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №2, 2010

МИРОВЫЕ ФИНАНСЫ

Реформы нужны. Но какие?

Банкиры и политики обсуждали в Давосе пути предотвращения новых финансовых кризисов

Основным поводом для дискуссий на Международном экономическом форуме была концепция реформы регулирования мировой финансовой системы. Предложение президента США Барака Обамы поддержали высшие регуляторные органы, но встретили в штыки банкиры и лидеры некоторых стран. В результате принятие решений по реформе было отложено до следующего саммита G-20. Аналитики считают, что это связано с отсутствием на форуме большинства глав государств. Однако не исключено, что сам такой факт был обусловлен именно нежеланием принимать поспешные решения по животрепещущим вопросам.

Концепция Обамы

Для правительства США одним из самых болезненных уроков финансового кризиса оказалось то, что некоторые банки «слишком велики, чтобы можно было допустить их крах». Спасение же системообразующих финорганизаций за счет бюджетных денег, хотя и было очевидной необходимостью для финансовых экспертов, вызвало огромное возмущение среди налогоплательщиков, ведь именно за их счет банки получили правительственную помощь в размере $700 млрд. Причем, «облагодетельствованы» были именно те финучреждения, рискованные операции которых и спровоцировали кризис. Администрация Обамы разработала реформу, в соответствии с которой ряд крупнейших банков страны должны быть разделены на самостоятельные структуры. Кроме того, планируется разорвать связи коммерческих банков с хедж-фондами и фондами прямых инвестиций, а также наложить запрет на торговлю ценными бумагами за счет собственных средств.

Таким образом, реформа преследует цель ограничить размер и сложность финансовых институтов. Основные изменения касаются банков, проводящих операции на финансовых рынках за собственные средства, а не по поручению клиентов. Кстати, их «собственные средства» – это депозиты, которые гарантирует государство. Белый дом считает такую практику порочной, поскольку именно безответственная азартная игра банков на американском рынке недвижимости привела к огромным убыткам, почти разрушившим финансовую систему в 2008 году.

Наконец, план предусматривает взыскание с банковской отрасли денег, истраченных на ее спасение. Президент уже обнародовал план относительно специального налога на банки, в результате чего финучреждения страны в ближайшее десятилетия возвратят государству до $117 млрд. (из выданных для их спасения $700 млрд.). Таким образом, Барак Обама надеется умерить гнев налогоплательщиков, который в условиях 10%-ной безработицы был изрядно подогрет сообщениями о многомиллионных бонусах банкиров. Мощь этого возмущения проявилась за неделю до форума, когда кандидат от партии демократов с треском провалился на выборах в Сенат в Массачусетсе.

Правда, реформа подлежит утверждению в Конгрессе США, добиться которого Бараку Обаме будет нелегко. Да и сенаторы разошлись во мнениях относительно того, как именно следует разграничить рискованную торговую деятельность и обычное банковское кредитование. Например, республиканец Джон МакКейн и демократ Мариа Кантвелл продвигают концепцию более решительных мер, предлагая возобновить действие закона Glass-Steagall, принятого в 30-х годах, в соответствии с которым институтам, оказавшимся в центре прошлогоднего финансового кризиса, в том числе Goldman Sachs, Morgan Stanley, Citigroup, JP Morgan Chase и Wells Fargo, придется снова отделять друг от друга свою банковскую, инвестиционную и страховую деятельность.

Эти планы серьезно обеспокоили банкиров многих регионов, опасавшихся, что соответствующие договоренности будут достигнуты уже в Давосе. Поэтому на юбилейном – сороковом – форуме присутствие финансистов было впечатляющим. В прошлом году они не доминировали в Давосе, поскольку пытались собраться с силами после шока, вызванного кризисом, понять, что именно произошло, и разработать планы восстановления собственных финансовых институтов. Теперь же представители крупнейших банков мира прибыли сюда, чтобы лоббировать отказ от концепции Барака Обамы.

Характерно, что банкиры избрали осторожную тактику, главная цель которой сводилась к перенесению дебатов о реформе в международные органы, например, в G-20 или Базельский комитет. Их основной аргумент заключался в том, что регуляторы должны выработать скоординированный подход к ограничению проблем системного риска и «слишком больших» финансовых институтов, к тому же, этот подход не должен быть привязан к принципам национальных реформ.

Финансово-

политическая интрига

Артподготовка началась с вступительного слова президента Франции Николя Саркози. Он сразу дал понять, что поддерживает планы Барака Обамы, заявив, что необходимо ограничить бонусы банкиров, финучреждения которых были спасены за счет денег налогоплательщиков. Кроме того, по его мнению, не должно быть и речи о возврате к свободной спекуляции и излишнему дерегулированию. Затем концепцию Обамы поддержали и другие европейские лидеры, но не все. Некоторые правительства сочли, что такая реформа может усложнить достижение глобального консенсуса по финансовому регулированию в рамках «большой двадцатки». Тем не менее, у этих планов оказалось много сторонников.

Президент европейского Центробанка Жан-Клод Трише сообщил в интервью «Wall Street Journal», что трансатлантические различия в данном случае не следует считать важными, поскольку предлагаемые США реформы «интересны и значимы». Кроме того, он указал, что ими преследуются те же цели, что и мерами, предпринимаемыми в Европе. «Они (власти США – авт.) движутся в том же направлении, стремясь сконцентрировать банковскую отрасль на финансировании реальной экономики, в чем и состоит основное назначение финансовых институтов», – отметил Жан-Клод Трише.

Правда, Трише призвал к осторожности и координации усилий во избежание появления лазеек в интегрированной международной финансовой системе. А принявший участие в обсуждении Барни Фрэнк, влиятельный председатель Комитета по финансовому сервису Палаты Представителей, отметил: «Никто не предлагает отказываться от национального суверенитета. Просто регулирование должно быть, причем, сами банкиры понимают это». Подключились к дискуссии и некоторые известные экономисты, но суть их высказываний сводилась, примерно, к следующему: «Предлагается слишком мало финансовых инноваций, которые не были бы направлены исключительно на генерирование прибылей для банков».

Объявив о своих планах, Барак Обама опередил неторопливый бюрократический механизм «большой двадцатки». Однако управляющий директор МВФ Доминик Стросс-Кан одобрил его решительность: «Созданием базельских регуляторных положений мы занимались 12 лет, но сегодня у нас нет такого же срока на проведение финансовой реформы. Нам следует поторопиться». И добавил: «Ключевой вопрос – координация финансовой реформы, поэтому я опасаюсь, что мы движемся не в том направлении». И, действительно, отнюдь не все регуляторы согласны с концепцией Барака Обамы. В частности, руководитель Центробанка Израиля Стэнли Фишер предпочитает дифференцировать финансовые институты не по размеру, а, например, по коэффициенту достаточности капитала. По его мнению, «слишком большой институт» – неверная формулировка проблемы, а над более удачной постановкой задачи он и его помощники сейчас и работают.

Правда, представители ряда регулятивных органов указали, что предлагаемые США меры входят в число реформ, целесообразность которых сейчас рассматривается Базельским комитетом и Советом по финансовой стабильности (Financial Stability Board – FSB; он был создан странами «большой двадцатки» на Лондонском саммите в апреле 2009 года на базе Форума по финансовой стабильности, существовавшего с 1999 года). Это означает, что любые реформы, проведенные в США, вовсе не обязательно будут расходиться с теми преобразованиями, которые в конце концов будут проведены и в других странах G-20.

С другой стороны, представители Германии сообщили, что не собираются дробить свои крупнейшие банки, а вместо этого сконцентрируются на проведении реформ, о которых договорится «большая двадцатка». Такую же позицию занял и британский министр финансов Алистер Дарлинг, сообщив о несклонности правительства к реформе по американскому образцу. «Я всегда считал, что дробление банков – это не решение проблемы в целом… Причина проблемы заключается в связях между институтами», – заявил он в интервью «The Telegraph» перед поездкой в Давос. Когда Алистер Дарлинг обнародовал свою позицию, у банкиров появился шанс не пропустить план Барака Обамы – ни в Давосе, ни в Конгрессе США.

Организованное

отступление

В начале форума многие банкиры решительно отстаивали выгоду высоких бонусов и категорически возражали против жесткого регулирования, однако ближе к концу встречи их тон значительно смягчился. Некоторые из них, включая руководителей Deutsche Bank и Barclays, проявили не то чтобы готовность, скорее, – признание целесообразности выплаты глобального финансового страхового сбора, чтобы в следующий раз помощь банкам финансировалась не за счет налогоплательщиков, а извлекалась «из кармана» самой отрасли. Они признали, что финансируемая банками система безопасности, предназначенная для предотвращения крупных банкротств, может помочь защитить рынки и восстановить доверие в финансовой системе. Правда, банкиры особо подчеркнули, что поддерживающие эту идею регуляторы должны очень точно контролировать баланс.

Затем президент Barclays Боб Дайамонд и гендиректор Deutsche Bank Джозеф Акерманн публично высказались в пользу нетривиальной идеи, зародившейся в кулуарах форума. Речь шла о создании так называемого «восстановительного фонда», финансируемого за счет сборов, взимаемых с международных банков. Этот фонд «аварийной помощи» мог бы предотвращать банкротства крупных институтов, проблемы которых могут распространиться на всю систему. А они весьма значимы для небольших стран с крупными банками (типа Швейцарии), которые стремятся избежать финансового коллапса вроде произошедшего в Исландии.

Эту идею поддержали и другие финансисты и инвесторы. Так, Дэвид Сера, основатель инвестиционного фонда Algebris, владеющего акциями некоторых финансовых институтов, пришел в восторг: «Это означает, что в случае кризиса банки смогут использовать частный капитал, который сами себе и предоставили». А Марио Драги, возглавляющий влиятельный Совет по финансовой стабильности, сообщил, что FSB уже разрабатывает систему защиты банков от банкротств, которая может включать соответствующее агентство.

Разумеется, нашлись и скептики, считающие, что создание такого фонда может оказать вредное влияние на банки. Например, Людвик Соболевски, возглавляющий Warsaw Stock Exchange, отметил: «Если учредить фонд, основанный на взносах всех банков, финансовые институты могут утратить осторожность в торговле, поскольку будут рассчитывать на деньги «последней надежды» и правительство». Другие эксперты указывают на то, что для обеспечения надежности и функциональности фонда потребуется несколько лет, а такого временного запаса нет ни у отрасли, ни у глобальной экономики. Еще одна потенциальная ловушка заключается в том, как именно управлять таким фондом. Многие считают, что эту деликатную задачу следует решать на национальном уровне, приняв за основу правила, разработанные FSB. Эту позицию занял, в частности, руководитель бразильского Центробанка Энрике Миреллес.

Однако в результативности концепции «слишком больших» институтов многие сомневаются. По мнению скептиков, в частности, Драги, меры, которые планируется предпринять в этой сфере, как ожидается, обеспечат возможность идентификации системно важных институтов, но это весьма непростая задача. Другие финансисты полагают, что ориентация только на размер банков – в корне неверный подход. «Будет жаль, если регуляторные реформы будут основаны на популистских целях», – сказал агентству Reuters Деннис Нэлии, возглавляющий PricewaterhouseCoopers. А Боб Дайамонд заявил по поводу концепции Барака Обамы следующее: «Я не вижу убедительных доказательств тезиса, что дробление банков – это решение проблемы». По его мнению, сужение банковских функций окажет весьма негативный эффект на мировую торговлю и глобальную экономику. «Без риска не будет и банковской отрасли, – отметил Дайамонд. – Наличие эффективно управляемых банков, которые желают рисковать (особенно – принимать на себя трансграничный риск), крайне важно, если нам нужно создавать рабочие места и обеспечивать подъем экономики».

Многие известные финансисты сомневаются и в еще одном тезисе Барака Обамы, мол, именно торговля за счет собственных средств стала главной причиной кредитного кризиса, следовательно, ее следует запретить. Как бы то ни было, но из кулуарных разговоров в Давосе следует, что банкиры и регуляторы согласны с необходимостью создания «амортизаторов» и ужесточения правил в отношении капитала для ограничения рисков. Тем не менее, понятно и другое: поиски консенсуса по вопросу ограничения потенциальных затрат налогоплательщиков на «аварийную помощь» финансовым институтам может привести к отсрочкам, которые окажутся критическими. В конце концов, в Давосе не зря обрела популярность злая шутка экономистов: «LUV-форма восстановления». Здесь подразумевается L-образное длительное, медленное восстановление экономики в Европе, U-образный медленный подъем в США и V-образный стремительный рост в развивающихся странах типа Индии, Бразилии и Китая.

В итоговом отчете отмечается: «Банкам следует переосмыслить свои бизнес-модели, признать необходимость жить в «мире низких прибылей» и пересмотреть размеры зарплат». Кстати, отчет называется «Восстановление доверия и пересмотр бизнес-моделей имеет решающее значение для спасения финансовой системы». Иронии его авторам не занимать...

Галина Резник,
по материалам BBC, Financial Times, Reuters, Bloomberg, Dow Jones, Wall Street Journal

 
© агенство "Стандарт"