журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

БАНКОВСКИЕ ПРОДУКТЫ

ДЕПОЗИТЫ

ПЛАТЕЖИ

РИСК-МЕНЕДЖМЕНТ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №5, 2009

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Карточные игры

Американский рынок кредитных карточек подвергнулся реорганизации с целью усиления защиты потребителей

По мнению ряд экспертов, в США грядет новая волна кредитного кризиса. В условиях экономической рецессии растет уровень безработицы, быстро расширяется число дефолтов по карточным кредитам. Важно, что эта тенденция может принять лавинообразный характер из-за порочной практики банков-эмитентов. Чтобы компенсировать риск, банки повышают ставки по выданным займам и штрафы за задержку очередных платежей. Такая практика увеличивает их прибыль, хотя они игнорируют тот факт, что стимулируют усиление кредитного риска. Чтобы разорвать этот порочный круг, Конгресс США собирается принять новый закон о защите прав потребителей.

Чисто американские

проблемы

В последние месяцы кредитное сжатие распространилось и на карточные займы, а это чревато серьезной угрозой для американской экономики. Дело в том, что 70% ВВП США формируются за счет потребительских расходов, а основные покупки американцы привыкли делать за счет карточных кредитов, что культивировалось на протяжении нескольких десятилетий.

Начало этому положил Bank of America в 1958 году, когда выпустил во Фресно (Калифорния) первые кредитные карточки и обеспечил их массовую рассылку потенциальным клиентам. Момент для этого был выбран очень удачно: именно в это время многие ветераны Второй мировой войны завершили образование в колледжах и приобрели новые дома за счет положенных им пособий. Однако этих средств не хватало на покупку мебели и других вещей, необходимых новоселам, а новый вид кредиток дал им возможность обставить новое жилье по своему вкусу. Новинка Bank of America быстро стала популярной.

Первые десять лет новый продукт приносил не слишком большие прибыли эмитентам, но в 1966 году произошел «чикагский прорыв». Банки Среднего Запада организовали почтовую рассылку 5 млн. карточек, рассчитывая извлечь выгоду из желания потребителей делать рождественские покупки. Карточки высылали всем, чьи имена удалось узнать. Разумеется, возникали и неизбежные при таких масштабах ошибки: кредитки получали не только домовладельцы, но и преступники, дети, даже собаки. Тогда-то банки и начали получать весомые прибыли от своих инвестиций в кредитные карточки. Они создали две ассоциации – Visa и Mastercard, которые связали банковские сети с национальными каналами магазинов, после чего карточная отрасль начала расширяться. С 1980-го по 1990 год количество действующих кредиток более чем удвоилось.

Правда, в 1991 году на прибыли эмитентов наложили ограничение: сенатор Альфонс Д’Амато инициировал закон, ограничивающий ставки по карточным кредитам. Отныне их можно было повышать только до 14%. Однако в разных штатах действуют свои законы против ростовщичества, поэтому эмитенты воспользовались этим, когда Верховный Суд постановил, что карточные компании могут расширять свою деятельность за пределы тех территорий, где проживают их клиенты. А в некоторых штатах (например, в Южной Дакоте) закон против ростовщичества и вовсе не принят. Поэтому, когда здесь возникали серьезные финансовые проблемы, местные власти буквально хватались за предложение Citibank, который пообещал, что, если Южная Дакота, в частности, изменит некоторые законы и разрешит банку развернуть там свою деятельность, то это даст возможность создать новые рабочие места и обеспечит приток денег, необходимых для решения финансовых проблем. К этой интриге Citibank прибегнул потому, что в штате, где он работал, инфляция росла быстрее, чем ограниченные законом процентные ставки, отчего его прибыли стабильно снижались.

В условиях кредитного бума доходы эмитентов карточек стремительно росли, банки засыпали американских потребителей предложениями новых и новых услуг. В 2006 году в США в обращении находилось около 1.5 млрд. кредитных карточек, а в 2007-м число разосланных предложений новых продуктов данного типа составило 5.2 млрд. И эти карточки не оставались неиспользованными: с 2000-го по 2006 год объем займов по ним возрос на 30%, несмотря на то что реальные доходы населения заметно снизились, а процент сбережений был пренебрежимо мал. Желание жить не по средствам сослужило карточным компаниям хорошую службу: в 2003-2008 годах их прибыли увеличились на 45%.

Однако финансовый кризис, начавшийся со спада в сегменте субстандартной ипотеки, прервал полосу удач, так что сейчас американские экономисты с тревогой следят за развитием событий на рынке карточных кредитов, опасаясь, что происходящие там процессы нанесут очередной удар по банковской системе и экономике в целом. Хотя расширение доступности кредитов повышало прибыли эмитентов, это усиливало и риски, возможность которых резко возросла, когда началась экономическая рецессия. По данным Fitch Ratings, объем долгов, которые компании расценивают как безнадежные, в декабре достиг 7.5% (годовой прирост – 4 п.п.). По мере роста безработицы все большее число американцев будут утрачивать возможность выполнять свои кредитные обязательства.

Странные особенности

карточного бизнеса

По итогам первого квартала американские банки сообщают об убытках по карточным портфелям в размере 10% и более. Это связано с дефолтами заемщиков. А компания American Express признала, что из-за проблем в ее карточном бизнесе прибыль за первый квартал снизилась на 56%. В свою очередь, банк Wells Fargo сообщил, что его убытки в подразделении кредитных карточек ощутимо превысили ожидания. По прогнозу некоторых аналитиков, убытки крупных эмитентов в течение нынешней рецессии могут составить впечатляющие 20% от совокупного невыплаченного долга американцев – около $200 млрд.

Чтобы ограничить потенциальные утраты, банки радикально изменили стратегию. Сейчас они делают кредиты менее доступными, повышая процентные ставки и штрафы за просроченные платежи. В отличие от компаний, действующих на других рынках, где сейчас предпринимается все возможное для привлечения новых потребителей, эмитенты и карточные компании стремятся избавиться от уже имеющихся клиентов. Они закрывают счета, сокращают кредитные линии, в некоторых случаях даже платят заемщикам за погашение долга. Например, American Express недавно предложила некоторым своим клиентам по $300 за выплату долга и закрытие счета.

На первый взгляд, стремление банков избавиться от самых ненадежных заемщиков и ограничить размеры кредитов остальным клиентам весьма странно. Ведь не все потребители одинаковы, некоторые из них весьма состоятельны в отличие от тех, кто по шесть раз в день звонит в отдел обслуживания, чтобы проверить свой баланс, принося больше затрат, чем прибылей. Казалось бы, следует всячески поощрять первых и избавляться от вторых. Однако у бизнеса, который создали карточные компании, свои особенности: в нем грань, разделяющая «хороших» и «плохих» клиентов, почти неощутима. Лучшими потребителями оказываются не те, кто аккуратно оплачивает ежемесячные счета, а те, кто помногу одалживает, а ежемесячно погашает лишь маленькие суммы, ибо на них постоянно числится большой долг, что дает возможность повышать ставку кредита и взимать штрафы за просрочку выплат. Именно за счет таких клиентов и процветал карточный бизнес, причем, именно от них компании не слишком хотят избавляться: если такие клиенты погасят свои долги, банки потеряют прибыли, связанные с их «неаккуратностью». Эти займы карточные компании воспринимают как «актив, обеспечивающий бессрочный доход», оттого, само собой разумеется, не хотят их терять.

Компании прилагают большие усилия для сохранения поступлений подобных платежей. Например, если раньше минимальный размер ежемесячных выплат был сравнительно большим, то позднее он был снижен (в некоторых случаях до 2% от суммы долга). Суть такой стратегии заключается в том, что, чем ниже минимальный платеж, тем меньшую часть долга клиент погашает ежемесячно, поэтому тем дольше он остается на крючке.

Однако, хотя эти клиенты и лучшие для компаний, с ними все-таки связан и наибольший риск дефолтов, что превращает их в худших. Именно поэтому карточным компаниям приходится сокращать кредитование и закрывать счета. Поскольку эти риски снижают прибыль, компании также пытаются извлечь максимальную выгоду из имеющихся клиентов, например, резко повышая ставки по их кредитам, что частично объясняется ростом риска дефолтов, возможность же реализовать его – это преимущество, связанное с рецессией. У многих держателей карточек просто нет денег, чтобы полностью погасить долг, поэтому, когда ставка повышается, они не могут закрыть счет и взять другую карточку. Фактически они становятся заложниками. И, поскольку карточным компаниям в отличие от большинства кредитных банков позволено изменять условия выданных кредитов в любой момент, те, кто занял крупную сумму, например, под 9%, теперь оплачивают 17%.

Разумеется, подобная тактика не улучшает и без того неважную репутацию карточной отрасли. К тому же, она, конечно, не способствует выводу экономики из рецессии, поскольку сокращение кредитных линий приводит к уменьшению потребительских расходов, а рост ставок и штрафов усиливает риск дефолтов. Однако, если эта тактика вредит потребителям в краткосрочном плане, то в перспективе она может стать полезной, поскольку приучает потребителей меньше полагаться на кредитные карточки. Широкий доступ к кредитам стимулирует образ жизни не по средствам. Исследования показали, что люди действительно тратят больше денег, если могут рассчитываться за покупки карточками, так что большие кредитные линии вдохновляют их на большие расходы. При этом, высокие ставки и штрафы по карточным кредитам обеспечивают миллиардные прибыли карточным компаниям, вместо того чтобы использоваться более продуктивно. Чем скромнее кредитные линии, тем меньше смысла в заимствованиях. Однако в краткосрочном плане это приводит к углублению экономического кризиса.

Причем, возникает парадокс: сокращение долга – благо для заемщиков, а ужесточение кредитных стандартов идет на пользу кредиторам, однако, если все заемщики сразу погасят свои долги, это станет катастрофой. Все похоже на ситуацию с наркоманом, который утратил связь с поставщиком: отказаться от наркотиков – это хорошо, но и весьма болезненно. Тем не менее, завершение бума на рынке кредитных карточек не приведет к таким ужасающим последствиям, как обвал рынка недвижимости, зато поможет ограничить расходы американцев. С этой точки зрения, все к лучшему.

Дежа-вю

Эксперты задаются вопросом, как могла накопиться такая масса долгов по кредитным карточкам. Ведь, насколько многообещающей ни выглядела бы реклама этих кредитов, любой энтузиазм должен сдерживаться опытом. А такой опыт есть. Еще в 70-х годах Ральф Нэйдер организовал кампанию потребителей против «невразумительного юридического языка». Это движение «за упрощение терминологии» охватило законодательные власти некоторых штатов и крупные корпорации. В 1975 году Citibank сократил текст своего стандартного договора о потребительском займе от 3 тыс. слов до 600, его примеру последовали другие банки. Теперь Нэйдер говорит, что это привело к «минимизации контроля над умышленным запутыванием вопроса».

Победе радовались недолго. Добившись «словесной упрощенности», федеральные законодатели и власти штатов приняли законы о «раскрытии», обязывающие обеспечивать потребителей более подробной информацией об их кредитных договорах. Однако эффект оказался неожиданным: компании вернулись к длинным и запутанным текстам соглашений. Катерина Портер, профессор права в университете Айовы, сетует: «Чем больше мы делаем, тем больше возможностей открывается у компаний для запутывания сути дела и обмана потребителей». И, действительно, в 90-х годах типичный договор о карточном кредите уже опять представлял собой пять текстовых страниц, напечатанных убористым шрифтом, а на сегодняшний день он состоит из 30 листов! Движение за простоту языка «с треском провалилось», – отмечает Дункан Е. МакДоналд, бывший юрист Citibank, принимавший участие в составлении понятных потребителям контрактов в 70-х, позднее работавший главным юрисконсультом карточных подразделений Citi в Северной Америке и Европе, а ныне известный как независимый банковский консультант.

Тем временем, в 90-х годах началось стремительное расширение карточной отрасли, поскольку крупнейшие банки включились в конкуренцию с небанковскими финансовыми фирмами – такими как Providian и Capital One – за клиентов, которым исторически отказывали в выдаче карточек из-за неудовлетворительной кредитной истории. Все чаще компании предлагали предельно низкие исходные ставки, позднее заменяя их более высокими. Банки и другие эмитенты стали излагать положения контрактов мелким шрифтом, по словам МакДоналда, получая возможность изменять условия кредита по собственному усмотрению.

В ноябре 1997 года МакДоналд, в то время один из главных юристов Citi, написал служебную записку с предупреждением, что банку не следует использовать разработанную компанией Providian стратегию «штрафных расценок», которая включает чрезмерную пеню и увеличение процентной ставки за просрочку платежей. «Через три дня мне предложили уйти в отставку», – вспоминает юрист. Штрафное ценообразование стало стандартом для отрасли.

Ничем не ограниченные положения об изменении условий, которые фактически можно было изменять по любому поводу, распространились и на другие сферы, как указывает Мэттью Мелиус, бывший исполнительный директор компании Metris, выдававшей кредитные карточки субстандартным заемщикам. В 2005 году эту компанию приобрел британский банк HSBC, а Мелиус возглавил финансовую консалтинговую фирму FG Companies. По его словам, такую же практику приняли на вооружение провайдеры сотовой связи, спутникового телевидения и Интернета и многие другие компании. Все они могут по собственной инициативе изменять условия контракта с потребителем. «Положение об изменении условий обнаруживаются во всех контрактах, предусматривающих долгосрочную связь с потребителем. В общем случае это выливается в повышение цен», – говорит Мелиус.

Есть и другие варианты. Например, американский мобильный оператор Sprint Nextel использует положение об изменении условий для продления двухлетнего телефонного контракта автоматически, без согласования с клиентом. В 2007 году генеральный прокурор Миннесоты Лори Свансон возбудила дело против этой компании, поскольку та в одностороннем порядке возобновляла контракты с клиентами во всех случаях, когда они пытались оспорить ее счета, покупали новые телефоны или получали предложение о скидках от конкурирующих фирм. Если клиенты пытались разорвать контракт, их наказывали крупными штрафами. «Они изменяют условия таким образом, как будто контракта вовсе не существует», – подчеркивает Свансон. Однако Sprint утверждает, что для иска нет оснований, поскольку такая практика вполне законна: «Ни одна из указанных в деле претензий 14 истцов не свидетельствует о том, что штраф за досрочный разрыв контракта был наложен незаконно».

Маленькие хитрости

эмитентов

Изменение условий по уже выданным карточным кредитам вызывает сильное возмущение у потребителей. Одной из мишеней оказался, в частности, банк Chase. Типичный пример из его практики представляет история Роберта Лама, у которого в сентябре 2006 года накопился долг в $20.25 тыс. из-за оплаты медицинских счетов, связанных с преждевременным рождением двойни. Эти деньги были взяты под высокие проценты, поэтому Лам перевел его на кредитную карточку, предложенную Chase. Реклама этого банка обещала твердую ставку в 3.99% «до полного погашения долга». Лам, доцент кафедры предпринимательства в Университете Западной Каролины, за два с половиной года сократил задолженность до $11.5 тыс., причем, ни разу не просрочив платежей. Однако в декабре 2008 года он получил сообщение от Chase с указанием, что теперь обязан ежемесячно вносить дополнительно $10 за обслуживание, а минимальный размер его месячного платежа увеличен от 2% оставшегося долга до 5%. Это означало, что минимальный платеж увеличился от $240 в месяц до $550. Чтобы выплачивать такие суммы, Ламу приходится снимать их со своего пенсионного счета. Аналогичные сообщения получили и другие клиенты Chase.

Поскольку новые условия начали действовать с января, потребители из пяти штатов (Калифорния, Гавайи, Иллинойс, Огайо и Орегона) возбудили 13 коллективных исков с обвинением банка в нарушении их карточных контрактов. Однако Chase утверждает, что его действия непротивоправны. В его пресс-релизе указано: «Изменение условий карточных контрактов необходимо для расширения доступа потребителей к кредитам. Кредиторам нужна возможность корректировать расценки на займы в зависимости от обстоятельств, в том числе и при снижении платежеспособности потребителя. Другие факторы, влияющие на ценовые решения, – это рыночная ситуация, нынешние и будущие поправки к законам и регулятивным положениям, а также изменение затрат эмитента».

Тем не менее, скандал оказался настолько серьезным, что банку пришлось умерить свои аппетиты. В конце марта Chase сообщил журналу «Business Week», что собирается прекратить ежемесячное взимание $10. А через несколько дней генеральный прокурор Нью-Йорка Эндрю Куомо объявил, что заключено соглашение, в соответствии с которым банк не только прекратит взимать подобные платежи, но и вернет потребителям полученные ранее выплаты по этой статье (в общей сложности – $4.4 млн.). Правда, Chase не признает совершения противозаконных действий и утверждает, что «не вел переговоров» с офисом Куомо. Кроме того, в связи с коллективными исками клиентов банк решил пересмотреть и свое решение относительно увеличения сумм минимальных платежей. В частности, в своем письме от 19 марта Chase сообщил Роберту Ламу, что размер его минимального платежа возвращен на уровень 2% от остатка долга. Пресс-служба банка уведомила: «Мы обнаружили, что некоторым клиентам письма об изменении условий кредита были посланы по ошибке. Теперь эти промахи устранены». Правда, о том, сколько таких «ошибок» было допущено, банк умалчивает.

Характерно, что попытки Chase изменить условия в одностороннем порядке не были чем-то необычным: по результатам исследования, проведенного Pew Charitable Trusts, девять из десяти кредитных карточек дают возможность эмитенту в любой момент повысить ставку, изменив условия контракта. Кроме того, в отчете Pew Charitable Trusts указано, что в контрактах на три четверти карточек предусмотрена возможность замены разрекламированной низкой ставки более высокой в случае единственной просрочки платежа. Этот отчет будет использован в Конгрессе как аргумент в пользу принятия нового закона о защите прав держателей кредитных карточек.

Правда, сейчас самые расторопные кредиторы пытаются изменить свою политику в соответствии с новыми веяниями. Они начали завлекать клиентов, указывая, что в их контрактах нет каверзных условий относительно штрафов и платежей. Так, с конца 2007 года Western Alliance Bancorp продвигает свою карточку PartnersFirst как «самый честный вид кредитования». В настоящее время эту карточку продают потребителям такие институты как Университет Юты и Ассоциация чикагских баров. Гендиректор PartnersFirst Холл Эрскин заявил: «Наши карточки не содержат никаких уловок». Сейчас PartnersFirst завершает сделку с Service Employees International Union, в результате чего 2 млн. членов SEIU получат кредиты без годовых взносов, а штрафные повышения ставок не будут проводиться до тех пор, пока держатель карточки не просрочит два последовательных платежа или три платежа в течение полугода.

Тем не менее, карточные контракты для членов SEIU по-прежнему будут включать положение об изменении условий кредита, хотя любое такое «новшество» должно быть утверждено этим союзом. Эрскин объяснил, что при повышении процентных ставок у PartnersFirst должна быть возможность поднять стоимость кредитов, чтобы покрыть рост затрат на собственные займы. Это логично, однако не следует забывать о прежнем опыте, когда подобные перемены быстро компенсировались новыми манипуляциями с положением об изменении условий контракта. Поэтому к нынешней маркетинговой кампании следует отнестись с осторожностью. Демократ Кристофер Додд, возглавляющий сенатскую банковскую комиссию, заявил: «Пятьдесят строк текста мелким шрифтом, разъясняющего, как именно рассчитываются процентные ставки, которые стоят перед самыми важными словами «мы оставляем за собой право изменить условия в любой момент и по любой причине», нельзя считать «раскрытием». Это просто запутывание».

Законодатели

вступают в игру

Принятая в карточной отрасли порочная практика может еще более усугубить проблемы национальной экономики. Сейчас в США более 6 млн. человек живут за счет пособия по безработице, поэтому не удивительно, что все большее число людей используют кредитные карточки для покупки продуктов и ежемесячной оплаты коммунальных услуг. Понятно, что это не выход из положения, поскольку рано или поздно они исчерпают лимиты, доступные по этим карточкам. Причем, хотя некоторые банки-эмитенты получили миллиарды государственных денег, для того чтобы вывести страну из кредитного тупика, финансовые институты повышают ставки и штрафы по карточкам тех самых людей, за счет которых им оказана помощь. Дошло до того, что ставки подскочили до 30% и выше. Но хуже всего – практика универсальных штрафов: если произошел дефолт по платежу одной компании, то немедленно подскакивают ставки и штрафы по другим долгам этого потребителя в других карточных компаниях, где он никогда не запаздывал с платежами. По этому поводу сенатор Клэйр МакКаскилл заявил: «На карточном рынке идет игра в одни ворота. Если мы не будем осторожны, карточные долги повторят судьбу субстандартной ипотеки».

В данной ситуации Президент США Барак Обама вызвал «на ковер» лидеров карточного рынка и провел с ними серьезную беседу, заодно сообщив, что поддерживает проекты новых законов, поданные в Конгресс. В частности, приняты к рассмотрению законопроект «О прозрачности, ответственности и раскрытии информации карточных компаний» (Credit Card Accountability, Responsibility & Disclosure Act), запрещающий эмитентам менять условия контрактов в одностороннем порядке, а также «Закон о правах держателей кредитных карт». цель которого – снижение грабительских ставок по кредитам, штрафов и иных сборов, причиняющих ущерб потребителям.

Принятие этих актов должно оградить потребителей от произвола банков и привести к сокращению общего долга населения. Однако такие реформы могут подтолкнуть банки к еще большему ужесточению стандартов, ограничению выпуска карточек и сокращению объемов займов. По оценкам некоторых экспертов, совокупный объем карточных кредитов может измениться от нынешних $5 трлн. до $2.5 трлн. Экономисты предупреждают, что утрата $2.5 трлн. доступных кредитов нанесет экономике серьезный удар, который окажется особенно болезненным для владельцев малого бизнеса. Аналитик из RBC Capital Markets Джерард Кэссиди назвал все это загадкой: как можно совместить стремление уменьшить долг американцев с необходимостью расширить кредитование для поддержки экономики?

Питер Гаруччио, представитель Ассоциации американских банкиров, выразил надежду, что законодатели сумеют найти «правильный баланс» между помощью и потребителям, и банкам. Однако сейчас мало кто готов проявить сочувствие к финансовым институтам, которые годами получали сверхприбыли за счет высоких ставок и штрафов по кредитным карточкам.

Палата представителей 22 апреля подавляющим большинством голосов утвердила законопроект «О правах держателей кредитных карт», который содержит следующие основные положения: защита держателей кредитных карт от произвольного повышения ставок; защита от штрафов для держателей кредитных карт, которые своевременно вносят платежи; защита держателей кредитных карт от уловок со сроками исполнения обязательств; защита держателей кредитных карт от вводящих в заблуждение условий; обеспечение права держателей кредитных карт устанавливать предел своего кредита; вменение карточным компаниям в обязанность честно осуществлять кредитование и начислять платежи; запрет карточным компаниям на взимание избыточных сборов; запрет карточным компаниям выдавать субстандартные карточки клиентам, которые не в состоянии выплачивать долг.

Правда, законопроект не включает верхнего ограничения ставок, не запрещает наложения штрафов и взимания сборов, не устанавливает контроля цен. Однако скоро Конгресс рассмотрит еще один законопроект – Credit Card Accountability, Responsibility, and Disclosure Act (C.A.R.D). Его цель – ужесточение регулирования и надзора в отрасли кредитных карточек. Помимо защиты прав потребителей (эти пункты частично повторяют уже перечисленные выше), этот закон (если, конечно, будет утвержден) обяжет банковских регуляторов оценивать политику и практику эмитентов карточек, чтобы убедиться в их соответствии требованиям и соблюдении запретов. Кроме того, эти органы должны будут усовершенствовать сбор данных по ставкам, штрафам и прибылям эмитентов карточек. Закон также наделит каждый федеральный орган финансового регулирования правом разработать правила, которые будут использоваться по отношению к банкам, а также сберегательным и кредитным институтам, которые будут замечены в нечестной или вводящей в заблуждение практике.

Галина Резник,
по материалам New Yorker,
The Huffington Post, Boston Herald,
Gather.com, dodd.senate.gov

 
© агенство "Стандарт"