журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

БАНКОВСКИЕ ПРОДУКТЫ

ДЕПОЗИТЫ

ПЛАТЕЖИ

РИСК-МЕНЕДЖМЕНТ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №5, 2009

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Новый мировой финансовый ландшафт

Правительствам будет необходимо решить проблему контроля финансовых рынков, а банкам – восстанавливать свой капитал

В связи с началом отсчета второго года глобального финансового кризиса редакция авторитетного британского издания «The Banker» решила пригласить за свой «круглый стол» ведущих специалистов ряда крупнейших мировых финансовых институтов для обсуждения ряда вопросов относительно того, какие шаги следует предпринять для смягчения негативного влияния кризисной обстановки на развитие мировой отрасли финансовых услуг. Фактически все участники дискуссии признали, что мировой банковский сектор в самое ближайшее время должен принять совершенно новый облик и наполниться иным содержанием.

Опустошение

На приглашение «The Banker» откликнулись: Дэвид Маркс, глава подразделения рынков капитала банка JP Morgan; Ян Глэдмен, сопредседатель группы EMEA (страны Европы, Ближнего Востока и Африки) банка UBS; Шиам Парек, директор европейского подразделения рынков капитала банка Morgan Stanley; Ричард Боат, глава подразделения рынков капитала и инвестиционных банковских операций Barclays Capital; Рольф Питерман и Амброз Лоран, руководители инвестиционных подразделений соответственно банков Dresdner Kleinwort и BNP Paribas, а также редакторы «The Banker» Брайан Каплен и Филипп Александер.

В начале дискуссии все участники мероприятия согласились с тем, что крах одного из ведущих американских банков Lehman Brothers стал катастрофой не только для мирового финансового сектора, но и для всей глобальной экономики. Они также подчеркнули, что несмотря на предпринимаемые меры по спасению тонущих финансовых институтов использование схем правительственных гарантий и некоторые послабления в монетарной политике, все же, будущее многих банков остается неопределенным. Как бы там ни было, но, по мнению авторитетных руководителей из шести ведущих банков, правительственные интервенции начинают содействовать стабилизации глобальной финансовой системы, а международные финансовые рынки вновь открывают двери для инвесторов.

Вместе с тем, как отмечают банкиры, финансовые рынки все еще продолжают бороться с непрозрачными структурами капитала и нередко превышающими разумные пределы балансами финучреждений. Наряду со списанием недействующих (безнадежных) активов и уменьшением своих балансов банки также пытаются поддерживать предписанные регулятивными органами уровни капитала, хотя мобилизовать новые финансовые средства в настоящее время, как признают эксперты, достаточно трудно.

Участники «круглого стола» сошлись во мнении и относительно того, что сегодняшний мировой финансовый рынок выглядит «опустошенным», поскольку потерял за последние два года десятки триллионов долларов. С их точки зрения, предпринимаемые правительствами разных стран меры по оздоровлению национальных финансовых систем начинают давать положительные результаты. С другой стороны, однако, они обеспокоены наличием достаточного количества источников поступления негосударственного капитала, который мог бы поддержать их перенасыщенные балансы. Наконец, в дискуссии было заявлено о появлении «лучиков надежды» в состоявшихся после банкротства Lehman Brothers первых сделках на рынке акций, а также положительно воспринято возобновление работы некоторых секторов рынка облигаций.

«Больше всего поражает та скорость, с которой менялась экономическая ситуация в ряде развитых странах мира. Если взглянуть на отраженные в некоторых статистических данных уровни падения объемов производства и экспорта, выраженных цифрами в 30, 40 и 50%, то я не думаю, что кто-либо из нас мог предположить, что мощные экономики в регионах мира могут так остро реагировать на этот шок. Если мы обратимся к недавнему прошлому, то создается впечатление, что крах Lehman Brothers стал «сердечным приступом» не только для мировой финансовой системы, но и для всей глобальной экономики», – считает Ян Глэдмен, сопредседатель группы EMEA банка UBS.

Куда более откровенно и прямо судит о здоровье мировой банковской отрасли Амброз Лоран, руководитель инвестиционного подразделения французского банка BNP Paribas. «Прежде всего, я хотел бы акцентировать внимание на том, что у нас сегодня нет «финансового ландшафта», а есть «финансовые руины». Всемирная банковская отрасль находится в очень и очень сложной ситуации, которая усугубляется еще и тем, что некоторые крупные финансовые институты продолжают борьбу за выживание и свое будущее», – отмечает он. Ему вторит Глэдмен, заявляя, что эту борьбу ведут даже те банки, которые раньше были «вполне здоровы и стабильны». По его словам, акции большинства финансовых институтов торгуются в настоящее время по цене, составляющей от 60 до 70% от их реальной стоимости.

С другой стороны, как утверждает Дэвид Маркс, глава подразделения рынков капитала банка JP Morgan, многие финучреждения вряд ли способны прогнозировать свое будущее еще и потому, что у них достаточно высокий уровень безнадежных займов (non-performing loans – NPL), ослабленных активов и кредитных потерь. По его словам, когда эксперты начинают количественно оценивать эти аспекты, то цифры в итоге становятся такими большими, что встает вопрос о необходимости национализации некоторых структур. Правда, на этом этапе аналитики зачастую могут столкнуться с серьезными возражениями, поскольку вопросы национализации финучреждений нередко принимают политическую окраску.

«Но есть, однако, и проблески надежды. Мне представляется, что банкротство Lehman Brothers стало определяющим событием, которое заставило правительства ряда стран предпринять активные меры для оздоровления своих банковских систем. В сентябре-октябре прошлого года мы стали свидетелями мощной волны регулятивных мероприятий для нормализации обстановки в отрасли финансовых услуг, будь то стабилизационные пакеты для банков, изменения в монетарной политике или финансовое стимулирование», – поясняет свою мысль Дэвид Маркс. И это все, по его словам, начинает работать и давать свои положительные результаты. В частности, дефицит ликвидности благодаря интервенциям центральных банков постепенно сходит на нет, наметилось возрождение разнообразных инструментов финансирования, вновь открывается рынок облигаций с покрытием, т.е. перспективы восстановления глобальной банковской системы все более и более обнадеживают.

Такого же мнения придерживаются Амброз Лоран из BNP Paribas и Ричард Боат, глава подразделения рынков капитала и инвестиционных банковских операций банка Barclays Capital. По их мнению, предложенные правительствами схемы защиты банковских активов сыграли свою положительную роль и могут оказаться полезными в будущем. «Я полагаю, что в ближайшее время мы увидим еще больше правительственных мероприятий по защите финансовых активов, которые будут направлены не столько на стабилизацию общей ситуации в банковской сфере, сколько на восстановление способности банков проводить кредитные операции, ибо это их важнейшая макроэкономическая цель», – отмечает Ричард Боат.

Изменения

в регулятивной политике

Банкиры также ожидают изменений в регулятивной политике в отношении мировой отрасли финансовых услуг, подтверждая тот факт, что глобальный финансовый кризис нанес урон как правительствам, так и регулятивным органам многих ведущих государств мира. По их мнению, ряд органов банковского контроля не смогли вовремя предположить и осознать, что размеры некоторых банков станут настолько масштабными, что та или иная страна просто будет не в состоянии их спасти. Так, к примеру, в Великобритании и Швейцарии правительственные чиновники были шокированы тем, насколько превосходят размеры некоторых финансовых институтов величину экономического потенциала страны.

Регулятивные органы многих государств, как полагают эксперты, за исключением, возможно, таких стран как Испания, Турция и Бразилия, не смогли также своевременно выявить те сложности, которые возникли при функционировании структур с трансграничными активами. «Действие международных регулятивных правил и нормативов возможно только под контролем какого-либо международного органа, который при кризисной ситуации способен стать последней надеждой на спасение. Одно без другого существовать не может», – полагает Шиам Парек, глава европейского подразделения рынков капитала мирового финансового гиганта Morgan Stanley.

По мнению этих экспертов, перед руководителями центральных банков различных государств сейчас стоит важный вопрос: не пришло ли время учреждения нового глобального экономического регулятивного органа во избежание повторения катастрофы 2008 года? Во главе списка неотложных дел любого нового или реформируемого старого института неизбежно будет проблема создания новых правил для управления уровнем риска, который банкам и финансовым институтам будет позволительно принять на себя.

В большинстве развитых стран уже давно существуют регулирующие органы, призванные держать финансовые институты под контролем, например, Управление по финансовым услугам (Financial Services Authority) в Великобритании или Комиссия по ценным бумагам и биржам (Securities and Exchange Commission) в США. Но, даже если бы эти органы выполняли в полном размере все возложенные на них функции, все равно в каждой стране бытует свое представление о приемлемом риске.

Так, к примеру, свод новых правил и нормативов для отрасли финансовых услуг «Базель II» был разработан Базельским комитетом по банковскому надзору, прежде всего, с тем чтобы банки не подвергали себя риску, выдавая в виде кредитов слишком много денег в сравнении с размером собственного капитала. Как полагают участники «круглого стола» в «The Banker», если бы эта концепция «Базель II» сразу же вступила в силу, то она могла бы предотвратить банкротство пятого по величине ипотечного банка Великобритании Northern Rock, который выдал кредиты на сумму, в семь раз превышающую размер привлеченных депозитов, а также спасти Lehman Brothers в США.

По мнению авторитетных финансовых специалистов, в настоящее время перед банками стоит также задача массовой рекапитализации, причем, при участии правительства там, где это необходимо. Однако, как ни парадоксально это может показаться на первый взгляд, волна национализации, захлестнувшая мировой финансовый сектор, усложняет финучреждениям задачу мобилизации капитала, поскольку ситуация для инвесторов в данном случае остается неопределенной и малопонятной. Кроме того, потери инвесторов, которые на сегодняшний день уже и так значительны, будут, вполне вероятно, еще больше расти по мере дальнейшей национализации.

С точки зрения банковских специалистов, собравшихся в редакции «The Banker», банкам будет достаточно сложно в ближайшие годы мобилизовать новый капитал для компенсации сегодняшних и ожидаемых потерь без государственной помощи. «Вся проблема в том, что утраты, судя по всему, составляют уж слишком большую сумму. По моим данным, первая оценка потерь мировой отрасли финансовых услуг вследствие кризиса, данная Международным валютным фондом (МВФ), составляла, примерно, триллион долларов, хотя некоторые эксперты оценивают их в два-три раза выше. Сначала, вероятно, нужно распределить эти потери между мировыми банкам, а уж потом дискутировать по поводу того, какие суммы должны быть мобилизованы для компенсации этих потерь», – поясняет Ян Глэдмен из UBS.

По данным Ричарда Боата из Barclays Capital, европейские банки с июля 2008 года уже смогли привлечь @175 млрд., из которых 62% – посредством эмиссии новых акций. Около 57% всего сконцентрированного капитала было предоставлено национальными правительствами. В свою очередь, Ян Глэдмен отметил, что банки сначала вышли на рынки для мобилизации более дешевого капитала благодаря выпуску гибридных акций. Однако в связи с закрытием рынков для гибридных инструментов финансовые институты были вынуждены выпускать более дорогие привилегированные акции (ценные бумаги с фиксированным дивидендом), до тех пор пока и этот рынок не закрылся. Следующим «портом захода» для банков стали суверенные фонды капитала, однако, после того как инвесторы начали абсорбировать потери банков, стоимость капитала стала очень высокой.

Отсутствие у инвесторов четкого понимания сложных структур капитала банков сделало для последних почти невозможным привлечение акционерных вкладов в любом другом виде, кроме как в самой основной и дорогой форме. «Если банковский сектор нуждается в рекапитализации из-за потерь, тогда нужен базовый акционерный капитал для поглощения этих потерь», – уверен Ян Глэдмен из банка UBS. С ним согласен и Дэвид Маркс из JP Morgan, утверждающий, что в настоящее время рынок пытается изучить различия между структурами капиталов банков и способы абсорбирования потерь. В то же время, инвесторы обеспокоены национализацией финансовых институтов и массовым размыванием акционерного капитала, что тоже создает для банков сложности в части мобилизации чистого собственного капитала. Все банкиры за «круглым столом» согласились с тем, что практически нет смысла компенсировать потери за счет использования гибридных инструментов, которые включают, к примеру, обязательства по возмещению убытков через 10-20 лет.

Признаки жизни

С учетом того что правительствам в ходе запланированной на будущее обратной приватизации будут возвращены деньги за рекапитализацию банков, недавние государственные денежные инъекции в финансовые институты могут рассматриваться, скорее, как промежуточный (bridge equity), а не постоянный капитал (permanent equity). В некоторых случаях, возможно, банкам нужно будет конвертировать государственный капитал в акционерный, который может эффективно абсорбировать потери.

По мнению Ричарда Боата из Barclays Capital, за исключением некоторой государственной помощи рынок для неакционерного капитала уже закрыт. «Если говорить в общих чертах, то инвесторы утратили доверие к гибридным и привилегированным акциям. Мне представляется, что в ближайшее время широкое распространение получит привлечение банками капитала, поступающего как от правительства, так и от действующих акционеров, т.е. тех, кто, по сути, должен поддерживать банки, в которые они вкладывают инвестиции. Вместе с тем, мы не ожидаем, что в ближайшее время кредитные рынки вернутся к тому состоянию, когда неакционерный капитал будет направляться в финансовые институты», – утверждает Боат.

С ним в целом соглашается и Рольф Питерман, руководитель инвестиционного подразделения Dresdner Kleinwort, полагающий, что недостаток понимания структуры некоторых сделок с гибридным капиталом, а также тот факт, что некоторые из них были расторгнуты, а потери уже абсорбированы, привели к возникновению некоторой неопределенности и нерешительности среди инвесторов. «Однако, как только на рынке восстановится стабильность, банки получат возможность оптимизировать всю свою структуру капитала и источники финансирования. Свет надежды на лучшее будущее есть уже в том факте, что мы становимся свидетелями первых успешных размещений пяти- и десятилетних долговых ценных бумаг, имеющих источники неправительственной поддержки. Вместе с тем, аппетит инвесторов к более крупным сделкам с любой формой финансового инжиниринга (financial engineering – разработка новых финансовых инструментов и методов финансирования) пока что ограничен, поскольку отмечается массовый дефицит доверия среди инвесторов, большая часть которых серьезно пострадала от глобального финансового кризиса», – поясняет Питерман.

Признаки возвращения жизни на мировые рынки капитала видит и Амброз Лоран, руководитель инвестиционного подразделения BNP Paribas. По его данным, в конце 2008 года банк Standard Chartered организовал выпуск обыкновенных акций, после краха Lehman Brothers на рынке акций начал активно действовать Santander, а в начале текущего года осуществила выпуск акций группа UniCredit с целью поддержки собственных акционеров. С другой стороны, по оценкам Яна Глэдмена из UBS, до сих пор у значительного числа банков на балансе находится от двух до трех триллионов долларов. Это, как подчеркивает он, очень большие балансы по сравнению с относительно скромным размером акционерного капитала. Кроме того, по данным Глэдмена, банки создали гигантские внебалансовые инструменты, которые чрезвычайно сильно подвержены риску. Сами банкиры оценивают эту «нерегулируемую теневую банковскую систему» в $10 трлн., хотя прогнозируют, что, возможно, некоторая часть этих средств, все же, вернется на «чистые» балансы финансовых институтов.

Впрочем, как заявил в ходе дискуссии в «The Banker» редактор этого журнала Брайан Каплен, финансовые рынки не всех государств понесли такие же серьезные и значительные потери, как, к примеру, банковская отрасль Великобритании. «В мире, безусловно, есть финансовые рынки, где негативное влияние глобального кризиса не было столь ощутимым, как, к примеру, в Европе. Из разговора с турецкими банкирами можно понять, что банковский сектор этой страны вполне успешен и стабилен. Здесь был кризис около трех-четырех лет тому назад, когда турецкие регулятивные органы запретили местным банкам вести какие-либо внебалансовые (забалансовые) операции. Финансовые институты Турции не скрывают того, что они и сегодня продолжают получать прибыль на собственный (акционерный) капитал в размере 20-25%», – подчеркивает Каплен.

Как бы там ни было, но, по оценкам участников дебатов в редакции «The Banker», к 2012 году мировая банковская система претерпит огромные изменения. По их оценкам, уже через два или три года банки большинства государств будут выглядеть абсолютно иначе: некоторые из них исчезнут, другие будут приобретены более успешными конкурентами. Уже сегодня банковская система США, к примеру, кардинально отличается от того, как она выглядела несколько лет назад: инвестиционные банки прекратили свое существование и были превращены в банковские холдинговые компании. Теперь, как отмечают участники «круглого стола», очередь за европейскими финансовыми институтами. «Банкам придется сосредоточиться на своих ключевых подразделениях. Времена, когда финансисты делали деньги из воздуха, остались в прошлом», – отмечает Рольф Питерман из Dresdner Kleinwort. Куда легче, безусловно, будет тем странам, которым, все же, по тем или иным причинам удалось избежать серьезных потрясений от глобального финансового кризиса. Речь, в частности, по словам Амброза Лорана из BNP Paribas, идет об итальянских и испанских финансовых институтах, которые сейчас выглядят стабильнее других, а также о некоторых канадских и бразильских финучреждениях.

Олег Зайцев,
по материалам «The Banker»

 
© агенство "Стандарт"