журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС

Новые рыночные страны

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

БАНКОВСКИЕ СТРАТЕГИИ

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

ФИНАНСОВЫЕ ПРОДУКТЫ

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

МОБИЛЬНЫЙ БАНКИНГ

РИСК-МЕНЕДЖМЕНТ

Банковская деятельность

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №1, 2009

РИСК-МЕНЕДЖМЕНТ

Фактор неопределенности

Математические модели управления риском и кредитные рейтинги не смогли помочь банкам в предупреждении финансового кризиса

Кризис в мировой банковской системе длится уже несколько месяцев. Только в течение прошлого года финансовым институтам из разных стран пришлось списать активы на сумму порядка $1 трлн., причем, этот процесс будет продолжаться и в текущем году. Мировой банковский сектор все еще слишком ошеломлен и не знает, что делать, ему пока не до поиска виновных. Однако у многих специалистов уже возникли вполне резонные вопросы. Например, почему сложные и, казалось, надежные математические модели управления рисками не смогли ни предупредить о приближении кризиса, ни смягчить его последствия, а расчеты личных кредитных рейтингов по методике FICO не устранили волну дефолтов по ипотечным кредитам? Не исключено, что в ближайшее время сам подход к управлению рисками значительно изменится.

Изъян математических

моделей

В начале 2000-х годов Базельский комитет банковского надзора при Банке международных расчетов, разрабатывая и внедряя новый механизм резервирования капитала при кредитовании, уделял особое внимание риск-менеджменту. Крупные банки, которые могли самостоятельно разработать систему контроля кредитных рисков, основанную на сложных математических моделях, получали право лично определять объемы отчислений и пользоваться для этого внутренними оценками. Остальные финансовые институты руководствовались официальными кредитными рейтингами. Кризис уравнял и тех, и других. Ни одна модель не выдержала испытаний, от волны дефолтов по ипотечным кредитам и вызванного этим обесценивания производных активов, обеспеченных поступлениями от этих кредитов, пострадали и крупные, и мелкие банки.

Что пошло не так? Почему не сработали, казалось, надежные механизмы управления риском? Решением этих и других актуальных вопросов заняты сегодня многие специалисты. По мнению профессора Columbia University и разработчика ряда математических моделей Эмануэля Дермана, проблема заключается в том, что и банкиры, и эксперты по управлению рисками, и математики забыли, что даже самые совершенные модели лишь приблизительно отображают реальность. «Главный вопрос в отношении любой модели должен звучать так: какие факторы она игнорирует и как сильно может ошибаться?», – формулирует уже наученный горьким опытом Дерман.

Профессор Columbia University был одним из тех, кто в 70-тые годы создавал первые математические модели для брокерских контор и инвестиционных банков Уолл-Стрита, нуждавшихся в предикативных инструментах для работы на только что появившемся рынке опционов на акции. Тогда банкиры обратились за помощью к ученым, преимущественно, физикам, которые в то время ассоциировались с передним краем научно-технического прогресса. Однако физики, придя в финансовую отрасль, привнесли в нее и свое видение мира, подчиняющегося четким и математически стройным законам, которые можно вычислить и сформулировать путем многочисленных повторяющихся экспериментов. Созданные ими модели, в общем, работали, а череда относительно спокойных лет, когда рынки постоянно поднимались, привела к появлению самоуспокоенности у разработчиков моделей управления рисками и их пользователей.

«Мир финансов нельзя описать абстрактными математическими формулами, – признает Эмануэль Дерман. – Движения рынка задаются людьми, находящимися под влиянием определенных событий, своих ожиданий, связанных с этими событиями, а также своих представлений о том, как другие будут реагировать на эти события. На рынке нет фундаментальных законов, а финансовые теории, написанные языком математики, дают лишь фальшивое ощущение точности».

Это, в частности, ярко проявилось в отношении моделей, которые предназначались для управления риском на рынке CDO (collateralized debt obligations – облигации, обеспеченные долговыми обязательствами). Многие CDO были обеспечены пулом из тысяч ипотечных кредитов, переход части этих активов в категорию проблемных обесценил эти финансовые инструменты, нанеся громадные убытки финансовым институтам, злоупотребившим вложениями в них.

Использованные банками модели для управления операциями с CDO оперировали двумя основными показателями – вероятностью дефолта по кредитам, служащим обеспечением для этих производных ценных бумаг, и корреляцией между стоимостью отдельных займов, определяющей их синхронные колебания. Однако все расчеты базировались, в основном, на исторической статистике, которая в отличие от физики не отражала каких-либо фундаментальных законов, а лишь описывала прошлый опыт. Между тем, за каждой переменной, используемой в модели, стояли сложные и не поддающиеся формализации процессы.

Эмануэль Дерман приводит пример одного из важнейших показателей при управлении рисками – «дефолтной корреляции», показывающей, насколько велика вероятность, что дефолт по одному из кредитов пула будет сопровождаться появлением следующего дефолта. Так, повышение ставок по кредитам, сопровождаемое снижением цен на недвижимость, действительно может вызвать волну дефолтов (что и произошло в реальности), но правительство в состоянии приостановить ее, приняв антикризисные меры (чего не случилось). Модель не учитывает ничего подобного, она просто не в состоянии учитывать тот фактор, что люди далеко не всегда ведут себя, руководствуясь математическими принципами.

«Математические модели могут описывать только известные их разработчикам факторы, они не применимы в сложной ситуации, когда правила игры меняются», – говорит аналитик из компании Fair Isaac Ларри Розенбергер. В аэрокосмической отрасли существует такое понятие как unknown unknowns – «неизвестные последствия непредвиденных обстоятельств». Похоже, данный термин следует ввести и в лексикон финансового рынка.

По словам Эндрю Дженнингса, старшего вице-президента и руководителя исследовательской службы Fair Isaac, действующие модели управления риском применимы только в достаточно стабильной обстановке. Наступление же финансового кризиса в США привело к тому, что модели вышли за пределы своих естественных ограничений: на рынке начали действовать другие правила и закономерности. Традиционные индикаторы кредитного риска не смогли сработать в такой ситуации, так как просто не были на нее рассчитаны. Подход, основанный на анализе статистических данных, оказался бессильным, когда наступили события, которых ранее не бывало.

И что же делать теперь? Джон Хёрлок, директор отдела интегрированного риск-менеджмента из компании Metavante, специализирующейся на ИТ-технологиях и решениях, отмечает, что сегодня в мировом финансовом сообществе появилось понимание того, что использованные ранее модели управления кредитными рисками имеют естественные ограничения и не применимы в критических ситуациях. Однако моделей, которые бы учитывали новые факторы и могли бы более-менее точно определить вероятность дефолта по конкретному займу или пулу займов, в настоящее время просто не существует. Понятно, что риск кредитования теперь во многом зависит от макроэкономических факторов: темпов экономического роста, размера реальных процентных ставок, уровня безработицы, состояния тех или иных отраслей. Но формализовать их и переложить на язык математики пока нет возможности.

Безусловно, определенная работа в этом направлении ведется. Как отмечает Деннис Мороней, директор по исследованиям в компании Tower Group, «в ближайшее время банки будут активно заниматься тестированием своих систем управления рисками, закладывая в них всевозможные «стрессовые» сценарии. Инвесторы, работающие в сфере секьюритизации активов, не вернутся на рынок, пока не уверятся в том, что инструменты, в которые они вкладывают свои средства, способны не только обеспечивать доход, но и приносить прогнозируемый доход». Так что потребность в новых моделях есть, и она очень велика.

Других рейтингов

для вас пока нет…

Финансовый кризис в США также вызвал ряд неприятных вопросов в отношении существующих механизмов кредитного скоринга, на основании результатов которого банки принимали решения о выдаче ипотечных займов. В качестве базовой в США используется система FICO от компании Fair Isaac, впервые созданная Биллом Феиром и Эрлом Исааком в 1958 году и ставшая стандартной при определении уровня риска в потребительском кредитовании в 1989-м. Федеральные агентства Fannie Mae и Freddie Mac рекомендовали в 1995 году ее и при предоставлении ипотечных займов.

В течение следующих 10 лет оценка по FICO стала играть важнейшую роль в американском ипотечном кредитовании. От величины полученных баллов часто зависели условия, которые предлагались заемщику, а клиенты с низкими оценками порой не получали кредитов вообще. Само зарождение subprime-сектора возникло в связи с появлением подобной градации и поначалу означало исключительно предоставление кредитов людям с низкими FICO-оценками.

До начала финансового кризиса у банков не было причин сомневаться в действенности этой системы. Так, по данным американского кредитного бюро Equifax, по состоянию на апрель 2008 года, частота дефолтов по кредитам у заемщиков с самыми высокими оценками (свыше 750 баллов) была в 80 раз ниже, чем у группы с самыми низкими (менее 500). Однако затем ситуация внезапно изменилась, причем, весьма не приятным для банков образом.

Если в течение 2001-2005 годов доля ипотечных subprime-займов, перешедших в разряд проблемных (к таковым относятся кредиты, по которым выплаты просрочены более чем на два месяца либо прекращены платежи, а объект недвижимости, служащий обеспечением, выставлен на продажу) в течение первого года после их предоставления, не выходила за пределы интервала 2-6%, то для займов, выданных в 2006 году, этот показатель подскочил до 18%, а в 2007-м – до 14%. При этом, если частота дефолтов у клиентов с самыми низкими FICO-оценками (500-600 баллов) с 2005-го по 2007 год возросла менее чем вдвое, то у заемщиков, считавшихся более надежными (более 700 баллов), – более чем в 4 раза. Причем, доля проблемных активов у клиентов с самой высокой суммой баллов в 2007 году была почти такой же, какой в 2005-м у тех, кто имел минимальную оценку.

Сложившаяся ситуация вызвала чувство гнетущей неуверенности у всех участников рынка. Британская интернет-компания Zopa.com, специализирующаяся на предоставлении через Интернет персональных кредитов без обеспечения, в 2008 году решила уйти с американского рынка, на который еще совсем недавно так стремилась. «Раньше я никогда не видел, чтобы люди с оценкой FICO в 750 баллов не расплачивались по кредитам, – говорит Дуг Долтон, основатель и руководитель Zopa.com. – Но сегодня дефолты происходят даже у клиентов с высоким кредитным рейтингом». Кроме того, по словам Делтона, оценка FICO создавалась для ипотечных кредитов и прочих займов с обеспечением, поэтому не совсем подходит для беззалоговых кредитов.

Как показала практика, методика FICO не смогла предсказать и массового дефолта по ипотечным займам в subprime-сегменте. Формулы, по которым компания Fair Isaac рассчитывает свои рейтинги, держатся в секрете, однако известно, что высокие баллы даются, прежде всего, за аккуратность платежей по ранее взятым кредитам, т.е. сама система больше опирается на прошлое, чем на настоящее. Между тем, как теперь полагают некоторые эксперты, ипотечный кризис в США стал не зачинателем спада в американской экономике, а первым признаком его приближения.

По данным исследований, увеличение количества дефолтов произошло по всему subprime-сегменту, хотя он включает несколько видов кредитных продуктов, весьма значительно различающихся по своим характеристикам. Общее в них – это достаточно высокая процентная ставка и, соответственно, весьма суровые условия для заемщиков. Пока процентные ставки были низкими, а цены на недвижимость поднимались, большинство клиентов могли позволить себе займы даже на таких условиях, но, как только проценты поползли вверх, цены – вниз, а уровень безработицы (точнее, замены относительно высоко оплачиваемых рабочих мест низкооплачиваемыми) увеличился, многим потребителям ежемесячные выплаты стали просто не по карману. Составители методики FICO, по сути, не были виновны в том, что чего-то не учли. Просто их система начала давать сбои, когда ухудшилась макроэкономическая ситуация. Даже самый добросовестный заемщик будет вынужден объявить дефолт, если потеряет работу и лишится основного источника существования.

Характерно, что и компания Fair Isaac не видит необходимости в создании новой системы скоринга. В конце 2008 года она заявила, что впервые с 2002 года вносит изменения в систему расчетов, но эти изменения имеют «плановый» характер и никак не связаны с финансовым кризисом. В частности, у заемщиков уменьшатся возможности для увеличения своего рейтинга FICO посредством «кредитного ремонта» – получения фиктивного доступа к средствам надежных клиентов, система станет более терпимой к единичным случаям просрочки платежей, а сумма средств, находящихся на всех счетах заемщика, будет более важным фактором, чем просто количество имеющихся у него банковских счетов. Большой объем задолженности будет считаться более отягощающим обстоятельством, чем ранее. Впрочем, все эти новшества не принципиальны, так что система FICO останется той же – со своими преимуществами, недостатками и ограничениями.

Так или иначе, но, по мнению многих банкиров, сейчас уже недостаточно просто загрузить в компьютер анкетные данные клиента и полученный из кредитного бюро его FICO-рейтинг. При выдаче кредитов во время кризиса должен использоваться индивидуальный подход, необходимо учитывать такие факторы как стабильность источников дохода потенциального клиента, защищенность его рабочего места (либо частного бизнеса) в условиях кризиса, а также оценивать влияние государственной политики на кредитный рынок в целом и отдельные отрасли национальной экономики. Конечно, это непросто и ведет к дополнительным затратам, но иного выхода у финансовых институтов в обозримом будущем просто не будет. Альтернативой здесь может стать только прекращение кредитных операций, что также имеет свои недостатки.

Виталий Шимкович,
по материалам Business Week, Bank Technology News, Regional Economist, Bank Systems & Technology

 
© агенство "Стандарт"