журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Международные банки

Новые рыночные страны

Банковские отделения

БАНКОВСКИЕ ПРОДУКТЫ

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

МОБИЛЬНЫЙ БАНКИНГ

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

БАНКОВСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №8, 2008

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Субстандартный кризис сквозь призму азиатского опыта

Сравнение нынешнего финансового кризиса с азиатским кризисом 1997-1999 годов

Обычно в годовщину каких-либо глобальных финансовых потрясений принято извлекать уроки из прошлого, и 2007 год не стал исключением. В прошедшем году, в десятую годовщину азиатского финансового кризиса, было проведено большое количество всевозможных конференций, на которых специалисты анализировали события минувшего десятилетия и изучали возможные пути предотвращения подобного кризиса в будущем. Но, по иронии судьбы, едва завершились форумы, как грянул новый кризис, эпицентром которого на этот раз была не Азия, а США и Европа.

Правда, поменялось не только место спада, но и сама форма отображения кризисной ситуации. Если в Азии, как мантру, повторяли «привязанная валюта», «чрезмерное корпоративное кредитование» и «внешний долг», то теперь в центре внимания СМИ, специалистов и банковских клиентов оказались новые понятия: «секьюритизация», «субстандартная ипотека (ипотечные кредиты ненадежным заемщикам)» и «CDO (облигации, обеспеченные долговыми обязательствами)».

В действительности же причины, лежащие в основе обоих кризисов, во многом очень похожи. Каждый из них был вызван паникой инвесторов, столкнувшихся с неизвестностью и неопределенностью в обеспечении и оценке активов. В обоих случаях ощущалась нехватка ликвидности, остро вставал вопрос неплатежеспособности в банковской системе.

Есть ли возможность у руководителей лучше распознавать предкризисные проявления? Каким образом они могут выявить периодически повторяющиеся проблемы и решать их в спокойной обстановке, с тем чтобы существенно уменьшить риски и негативное воздействие будущих кризисов?

Попытаемся проанализировать субстандартный и азиатские кризисы и показать, какие уроки могут быть из них извлечены. Детально также остановимся на факторах, кроющихся за стабильностью финансовых систем Азии в настоящее время, и на том, как текущий кризис влияет на весь регион.

Предкризисные сигналы

Все специалисты сходятся во мнении, что общим фоном для обоих кризисов были обильная ликвидность и чрезмерная, неосторожная кредитная экспансия. Перед началом спада в Азии наблюдался рост притока капитала в регион, что привело к резкому увеличению выданных потребительских кредитов и корпоративных займов. Иностранные инвесторы покупали высокодоходные азиатские ценные бумаги или долговые инструменты, номинированные в долларах США, предполагая, что экономика стран Азии будет и в дальнейшем расти быстрыми темпами, а привязанные валюты удержатся на определенном уровне бесконечно долгое время. Точно таким же образом текущему кризису предшествовал обширный приток капитала в США для финансирования дефицита текущих статей платежного баланса. Такая обильная ликвидность с помощью финучреждений переходила в сферу потребительского кредитования и ипотеку, их, в свою очередь, конвертировали в ценные бумаги, обеспеченные пулом ипотек (MBS), и облигации, обеспеченные долговыми обязательствами (CDO). Следует отметить, что многие из инвесторов, вложивших средства в эти структурированные продукты, принимали решения, основываясь исключительно на сильных позициях AAA (высшего качества) рейтинга ценных бумаг, которые предоставляли различные кредитные рейтинговые агентства.

Кредиторы также изыскивали возможность получения прибыли, а избыточная ликвидность, как правило, снижает стандарты кредитоспособности. Такая неосторожность в кредитной сфере во время азиатского кризиса просматривалась и в сфере предоставления займов солидным организациям или под крупномасштабные проекты, а также в сферу недвижимости и застройки территорий, которые были весьма сомнительны по своей рентабельности. В ипотечном кризисе поиск прибыли привел к быстрому увеличению числа выданных низкокачественных ипотечных кредитов – так называемых «кредитов для ниндзя» (займы получали люди без доходов, работы и активов).

Другим отчетливым сигналом приближения кризисов был быстрый рост цен необоротных активов. Цены на недвижимость в США, например, повысились на 50% в период с 2001-го по 2006 год. И, действительно, во время кризисных ситуаций прошлых лет такие «пузыри» цен на активы уже связывали с легким доступом к дешевым кредитам. По хорошо известной гипотезе финансовой нестабильности американского экономиста Хаймена Мински, период сильного роста стимулирует повышение «левереджа» (уровень использования заемных средств по сравнению с собственными): усиливается финансовая хрупкость организаций (соотношение их долговых обязательств и активов). Мински классифицирует заемщиков по трем типам в порядке снижения их возможности выплачивать основную сумму и проценты по кредиту: хеджевые заемщики, которые могут довольно свободно выплачивать все долговые обязательства, используя свои денежные потоки; спекулятивные заемщики (в состоянии выплачивать только текущие проценты, но вынуждены пролонгировать свои кредиты, чтобы обеспечить основную сумму кредита); заемщики Понци (названы по имени известного организатора финансовых пирамид в США в 20-тые годы Чарльза Понци), которые не могут выплачивать ни проценты, ни основную сумму займа и вынуждены брать новые кредиты в надежде на постоянный рост стоимости активов либо продавать активы, чтобы рассчитаться с долгами. Увеличение числа заемщиков спекулятивных и Понци сначала раздувает «пузырь» активов, а затем приводит к всеобщему пониманию, что кредитная экспансия ничем не подкреплена. В результате происходят внезапная остановка в кредитовании и крах системы в целом.

Такая финансовая нестабильность очевидна в обоих рассматриваемых кризисах. Рост субстандартного ипотечного кредитования, отражающий расширение массива рискованных заимствований, запустил в США, на первый взгляд, эффективный и действенный, но в действительности протекающий без явных симптомов, однако неправильный и губительный ценовой цикл жилой недвижимости. Пока цены на недвижимость росли, кредиторы чувствовали себя в безопасности, предоставляя деньги взаймы на постоянно увеличивающийся в цене залог, что, в свою очередь, стимулировало спрос на недвижимость и цены на нее. Подобным образом предоставление кредитов корпорациям и организациям в Азии поддерживалось бумом в экономике и легким доступом к кредитам. При этом, многие займы были использованы под нерентабельные проекты, движимые лишь дальнейшими кредитными вливаниями. Неизбежный крах этих неустойчивых конструкций был предопределен.

Общеизвестен факт, что рыночные «пузыри», когда они начинают образовываться, очень тяжело остановить. Также весьма непросто и определить момент, когда рост кредитования меняет свой характер от «благоприятного» и «динамичного» развития в сторону «чрезмерного» и «опасного». Тем не менее, оба кризиса показывают, что надзорным органам в случае затяжного подъема цен на активы, особенно – недвижимость, и при быстром росте оборотов кредитной сферы следует усилить свою работу, а также приступить к активному выявлению возможных деформаций рынка.

Общие проблемы,

различные решения

Наряду с общим симптомами ипотечный и азиатский кризисы выявили также общие проблемы, которые можно рассматривать как основные причины возникновения данной ситуации.

Прежде всего, эксперты МВФ отмечают неосторожность, проявленную кредиторами при предоставлении займов во время этих двух спадов. По их мнению, такое поведение отражает классическую проблему «принципал-агент». Во время азиатского финансового кризиса банковские менеджеры игнорировали интересы акционеров, без разбора предоставляя кредиты определенным компаниям и под определенные проекты, или делали это по распоряжению правительств своих стран, возможно, и из-за того, что эти проекты были связаны с влиятельными акционерами.

В субстандартном кризисе инвесторы, покупавшие ценные бумаги MBS и CDO, ожидали, что ипотечные кредиторы будут строго придерживаться стандартов кредитоспособности. Они слишком доверяли вводящим в заблуждение рейтингам, кроме того, им было очень сложно оценить риски при работе с этими новыми финансовыми инструментами. В свою очередь, у финансовых институтов не было особого стимула для беспокойства по поводу предоставленных кредитов, ведь они, по сути, избавляли себя от риска невозврата выданных займов, объединяя их и продавая на кредитном рынке тем самым инвесторам – искателям высоких доходов. Кредиторы хотели максимально увеличить свои доходы от ценных бумаг и совсем не обращали внимания на процентный доход от кредитов. Не удивительно, что стандарты кредитоспособности резко снизились, что привело к более высоким штрафным процентным ставкам, когда рынок недвижимости начал свой обвал.

Также следует отметить и классическую проблему морального риска, связанную с тем, что кредиторы и заемщики в то время в своей деятельности мало сталкивались (если сталкивались вообще) с риском. Некоторые из предкризисных банковских систем и крупномасштабных проектов азиатских стран де-факто пользовались правительственными гарантиями по выводу из кризиса, которые фактически поощряли банки в части предоставления кредитов вопреки жизнеспособности и экономической целесообразности проектов. Подобным образом многие банки и кредитные учреждения выделяли займы в иностранной валюте по более низким процентным ставкам, полагая, что фиксированный обменный курс будет держаться на установленном уровне еще долгое время. В нынешнем кризисе инвесторы и банки вкладывали средства в долгосрочные комплексные, структурированные финансовые продукты, такие как MBS и CDO. Причем, они использовали краткосрочный капитал, веря в то, что доступ к ролловерным кредитам будет всегда доступен на высоколиквидном межбанковском рынке и валютных рынках. Они считали, что центральные банки в случае необходимости смогут влить в систему дополнительную ликвидность.

Периодически повторяющиеся проблемы с учреждениями и моральными рисками могут служить признаком того, что они являются систематическими. Впрочем, это обязанность соответствующих чиновников разрабатывать и внедрять системы и проводить правильную политику в целях минимизации таких рисков и уменьшения их негативного воздействия.

Хотя субстандартный ипотечный кризис все еще развивается, он все же вступил в ту фазу, когда негативные процессы взяты под контроль государством и постепенно устраняются. Интересно, что ответные меры, принимаемые сегодня, сильно отличаются от решений десятилетней давности азиатских руководителей.

Во время субстандартного кризиса центральные банки довольно энергично вмешивались в процесс, чтобы «впрыснуть» дополнительную ликвидность для уменьшения ущерба, сдерживания спада и распространения негативных тенденций на финансовых рынках. В то же время, Федеральная резервная система США (ФРС) значительно сократила процентные ставки для улучшения состояния денежной сферы, а Конгресс одобрил пакет мер по стимулированию национальной экономики. В азиатском кризисе денежно-кредитная и бюджетная политика изначально направлялась лишь на поддержку валютных курсов из-за крупного оттока капитала и истощения резервов иностранной валюты. Правительства азиатских стран только лишь после того, как валютные курсы были стабилизированы на более низком уровне, начали проводить экспансионистскую фискальную политику для поддержки реальной экономики.

Также можно увидеть существенное различие в рекапитализации банков за государственный счет и за счет частных инвесторов, по крайней мере, в начальной фазе урегулирования кризисной ситуации. Во время азиатского кризиса правительства многих стран принимали на себя обязательства по недействующим займам и вводили новый капитал в банки, в то время как МВФ пополнял истощенные валютные резервы центробанков. Только лишь на более поздней стадии отмечались крупные вложения частного капитала в виде приобретений контрольных пакетов акций местных банков иностранными институтами.

В текущем кризисе основная рекапитализация банков произошла с помощью прямых размещений (ценных бумаг), либо через вливание капитала государственных инвестиционных фондов. Двумя примечательными исключениями стали банк Northern Rock, который был национализирован правительством Велико­британии, и спасение от банкротства пятого по величине инвестиционного банка США Bear Stearns, обратившегося за помощью к ФРС. Опасаясь негативных последствий краха Bear Stearns, ФРС посчитала важным спасти банк и убедила инвестбанк JP Morgan Chase купить акции Bear Stearns по довольно низкой цене, взяв на себя убытки Bear Stearns в размере $1 млрд. Со своей стороны, ФРС приняла на себя наиболее рискованные активы банка, открыв, при этом, JP Morgan Chase кредитную линию в $29 млрд. По мнению многих американских экспертов, ФРС поступила правильно, организовав покупку Bear Stearns. Ведь, если бы регулятор не предотвратил банкротство Bear Stearns, то за ним, вероятно, последовали бы новые крахи и усиление паники. Правда, если субстандартный кризис ухудшится, то правительство, скорее всего, будет вынуждено занять еще более активную позицию в стабилизации экономики и банковской системы.

Уроки азиатского кризиса

Эксперты отмечают, что, по крайней мере, существует два ключевых решения для Азии в процессе восстановления после финансового кризиса, которые странам с индустриально развитой экономикой следует взять на вооружение.

Во-первых, – это уменьшение кредитного левереджа тех заемщиков, чьи проблемы особенно болезненно проявились в период спада. Во время азиатского кризиса такими заемщиками обычно были корпорации и банки, использовавшие слишком много заемных средств и чересчур полагавшиеся на зарубежные кредиты. В ипотечном кризисе эквивалентом для них стали американские домашние хозяйства, где соотношение задолженности к располагаемому доходу (доход после уплаты налогов) вырос от почти 80% в 1990 году до приблизительно 140% в

2007-м. При этом, многие заемщики взяли кредиты с изначально низкими процентными ставками, но после двух или трех лет кредитная ставка существенно возросла – на 25-40%.

Таким образом, в Азии банки, делавшие забалансовые инвестиции, были вынуждены отображать эти механизмы инвестирования в своих балансовых отчетах. Это коснулось и инвестиционных банков, участвовавших в брокер-дилерских операциях с высокой долей заемного капитала, которые, при этом, обладали ограниченными или минимальными собственными средствами, а также хедж-фондов и других инвестиционных компаний, с выгодой для себя использовавших доступ к дешевым деньгам и очень активно бравших взаймы.

Сокращение потребления заемного капитала в сегодняшней ситуации будет более рискованным, так как хедж-фонды и банки более тесно связаны друг с другом. Например, на долю комплексного брокерского обслуживания (услуги prime brokerage) теперь приходится более существенная часть доходов инвестиционных банков, чем это было в прошлом, а несколько крупных хедж-фондов принадлежат непосредственно банкам. Очевидно, что наблюдательные и регуляторные органы должны быть более бдительными и обнаруживать и ограничивать принятие на себя институтами чрезмерных рисков. Особенно это касается быстрого и продолжительного роста использования заемных средств нерегулируемыми организациями. Процессы регистрации, лицензирования и сбора всей необходимой информации о таких институтах должны быть, несомненно, улучшены.

Вторым важным действием, которое имеет смысл скопировать у азиатских руководителей, может стать коррекция макроэкономических дисбалансов. Текущее снижение темпов экономического развития и обесценивание американского доллара, вероятно, приведут к замедлению или даже сокращению уровня потребления у населения, оттоку инвестиций из сектора жилищного строительства, увеличению нормы сбережений домохозяйств и сужению дефицита текущего счета платежного баланса. Данный сценарий очень похож на развитие событий во многих странах Азии, за исключением того, что в данном случае это касалось недвижимости и других инвестиционных расходов, которые было необходимо резко сократить.

Стабильность Азии и уроки

субстандартной ипотеки

Безусловно, Азия не имеет иммунитета к текущему кризису. Азиатские фондовые рынки вели распродажу активов по всему региону, заметно подросла волатильность, в то время как кредитные спреды расширились. Кроме того, темпы роста экономики азиатских стран, скорее всего, снизятся из-за спада в США.

Тем не менее, экономический рост в Азии все еще поддерживается на достаточно высоком уровне несмотря на нестабильность финансовых рынков и определенную слабость экспорта. Одной из причин такого удовлетворительного результата было то, что их экономика сегодня значительно здоровее, чем десять лет назад. Это нашло свое отражение в более высоких суверенных рейтингах стран. Азиатские государства уменьшили внутренние расходы, убавили дефицит бюджетов и реформировали свою экономику. Расходы на крупномасштабные проекты и развитие сферы недвижимости больше не являются чрезмерными, что привело к более сбалансированной, пропорциональной и эффективной экономике стран региона.

Распространение финансовых инструментов в национальной валюте помогло сократить валютные несоответствия, которые были одной из главных проблем во время азиатского финансового кризиса. Центробанки также улучшили процесс регулирования капиталопотоков, снизив степень риска от завышения оценки валютных курсов, кредитного бума и появления «пузыря» активов.

Еще одной причиной большей стабильности азиатской экономики стало улучшение корпоративных балансов в Азии, благодаря тому что соотношение заемных и собственных средств резко снизилось, кредиты в зарубежной валюте уже не составляют большую часть источников финансирования в большинстве государств.

Относительная устойчивость азиатских стран к воздействию субстандартного кризиса также подчеркивает прогресс, которого они достигли в реформировании своих банковских систем. Ограниченное влияние американского ипотечного кризиса на азиатские банки, наряду с хорошо капитализированным балансом, помогло азиатским межбанковским рынкам сохранять достаточное спокойствие, в то время как межбанковские рынки США и Европы поддались панике. В целом же низкое соотношение кредитов и депозитов, а также небольшое внебалансовое финансирование позволили азиатским банкам избежать проблем с ликвидностью и фондированием в текущей суматохе, царящей на западном кредитном рынке.

Более того, большинство азиатских стран укрепили свои позиции на внешних рынках: у них положительное сальдо текущих операций, они располагают крупными валютными резервами и умело диверсифицируют экспорт. Поэтому наплыв предложений на продажу азиатских валют оставался довольно слабым несмотря на существенный отток портфелей ценных бумаг с азиатских рынков и частое использование стратегии «carry trade», как это было во время субстандартного кризиса. Большинству азиатских валют удалось укрепиться в прошлом и текущем году, помогая экономикам справляться с инфляционным давлением, особенно из-за высоких товарных цен.

Ну и, наконец, последним фактором, характеризующим сильные стороны большинства азиатских экономических систем, стал относительно скромный рост цен на недвижимость в этих странах по сравнению с США и некоторыми европейскими государствами (такими как, например, Великобритания, Ирландия и Испания). Азиатские страны, включая и Сингапур, принимали меры для охлаждения рынков недвижимости в последние годы всякий раз, когда цены угрожали раздуть «пузырь». В результате цены на недвижимость падают синхронно с замедлением темпов экономического роста, а волнения на финансовом рынке теперь уже представляют собой меньший риск.

Но даже в этом случае азиатские правительства должны не снижать надзор за остаточными рисками субстандартного кризиса, которые могут создать определенные проблемы для Азии. Рейтинговое агентство Standard & Poor’s в своем недавнем отчете называет такие возможные проблемы азиатских банков английской идиомой “triple-whammy” (больше убытков, связанных с субстандартной ипотекой, отрицательное влияние на финансовые рынки стран Азии, отражающееся на банках, и негативное воздействие на азиатскую экономику и финучреждения).

Но по настоящее время такие неблагоприятные моменты слабо влияли на Азию. Азиатские банки, в основном, занимаются традиционным банковским кредитованием, а доля более сложных, комплексных финансовых продуктов, которые нанесли ущерб финансовым секторам многих промышленно развитых стран, у них весьма незначительная. Правда, спад в реальной экономике в результате снижения экономической активности в США и Европе может вызвать кардинальное ухудшение качества банковских кредитов, выданных местным компаниям-экспортерам.

До сих пор экономика стран Азии эффективно справлялась с замедлением темпов экономического развития и финансовыми неурядицами в США. Большинство аналитиков прогнозируют лишь слабое снижение роста ВВП по всему региону. Правда, на азиатских экономических системах, вероятно, может более негативно отразиться сильный экономический спад в США, который мог бы привести к расширению невозвратов и инициировать негативный кредитный цикл.

Если же характеризовать более отдаленную перспективу, то, как только вернется доверие к рынкам капитала, приток средств в динамично развивающуюся Азию может стать источником уязвимости ее банковской системы. Денежные потоки могут возвратиться в этот регион в еще больших объемах, чем прежде, особенно если Азия будет восприниматься всем остальным миром бизнеса как наиболее безопасная и надежная зона для инвестиций. Притоки капитала могут внести положительный вклад в развитие экономики и финансовых рынков, однако такой процесс может быть краткосрочным, поэтому обращаться с такими вливаниями следует осторожно, чтобы смягчить их негативное воздействие на реальную экономику азиатских стран.

Азия изучает

американские ошибки

Экономика Азии может также извлечь несколько полезных уроков из субстандартного кризиса.

1. Несмотря на то что форма кризисов может изменяться, сущность их остается одинаковой. Азии следует внимательно следить за появлением общеизвестных признаков осложнений: излишняя ликвидность, быстрое расширение сферы кредитования, длительный рост цен на определенные виды активов. Это особенно важно для развивающейся Азии, где приток капитала лишь усложнил задачу управления ликвидностью, развитием кредитной сферы и урегулирования нестабильности рынка активов. Отвественные руководители и регуляторные органы должны также не забывать и о классических поведенческих проблемах «принципал-агент» и моральных рисках, которые иногда невольно сопутствуют хорошо спланированным действиям или принимаемым мерам, направленным на улучшение ситуации. Центральным банкам и другим регуляторам банковского сектора также необходимо улучшить свой набор инструментов, чтобы понять и принимать правильные меры в ответ на повторяющиеся проблемы ликвидности и левереджа, поразившие сегодняшнюю глобализированную финансовую систему. И хотя практически невозможно предугадать и предсказать, где и когда произойдет следующий кризис, ответственность за смягчение и уменьшение рисков лежит на руководстве страны.

2. Азия должна найти правильный баланс между своим развитием и благоразумием, инновациями и предусмотрительностью. Чрезмерный акцент на прогресс в ущерб предусмотрительности и осторожности, возможно, и стал одной из причин, приведших к субстандартному кризису. В одной из прошлогодних статей южнокорейской газеты «Korean Herald» о необходимости финансового сотрудничества в Азии экономист Бари Айхенгрин предложил властям США снизить регуляторное бремя в ответ на конкуренцию Лондона в борьбе за право называться финансовым центром мира. Следующая волна после конкурирующего вала дерегулирования пройдет западней, так что Азия должна ее избежать.

Показательным примером стало быстрое банкротство банков Bear Stearns и Northern Rock. Так, Bear Stearns играл одну из ведущих ролей в создании новых финансовых инструментов на рынке ценных бумаг, а Northern Rock многие специалисты хвалили за его инновационную стратегию финансирования. Азия должна убедиться в том, что любой отход от предоставления классических банковских услуг в сторону более новаторских методов обязательно должен сопровождаться усовершенствованным процессом управления риском.

Безусловно, азиатскому региону следует продолжить развитие своих рынков капитала и всячески стимулировать рост своих финансовых институтов и содействовать ему, сделав это важной составляющей общего экономического и финансового развития. Правда, субстандартный ипотечный кризис показал, что финансовые инновации – как новые продукты, так и новые структуры и новые рыночные игроки – не могут не сопровождаться рисками. Поскольку азиатские финансовые рынки расширяются и завоевывают новые территории, руководители обязаны принять необходимые меры для управления рисками, возникающими в связи с разработкой и внедрением новых финансовых методов и продуктов.

Банкирам в их попытках найти «золотую середину» между инновациями и предусмотрительностью могут помочь несколько основных принципов.

Во-первых, стандарты кредитования должны всегда соблюдаться, особенно во времена обильной ликвидности и сильного экономического роста. Дешевые кредиты обычно, в конечном счете, становятся причиной финансовой нестабильности.

Во-вторых, так как прозрачность является критически важным моментом, то лишь в этом случае финансовое регулирование и рыночная дисциплина будут эффективными. Например, во время субстандартного кризиса обнаружилось, что обычные кредиты могут стать главным источником риска и нестабильности, когда они секьюритизированы в сложные, непрозрачные структурированные финансовые продукты и ими владеет неограниченное число инвесторов в постоянно меняющемся объеме (сюда относятся и банковские внебалансовые механизмы и каналы инвестирования). Поэтому регуляторы должны так направить процесс, чтобы исчерпывающая информация о новых продуктах и организациях была легкодоступной, что, в свою очередь, обеспечит контролирующим органам и аналитикам рынка понимание и отслеживание постепенно возрастающих рисков в финансовой системе.

В-третьих, необходимо четко определять финансовые связи, ведь субстандартный кризис и хаос в кредитной сфере демонстрируют усложнение взаимосвязей финансовых рынков и продуктов, вследствие чего банковские топ-менеджеры и регуляторы обязаны убедиться в том, что финансовому надзору, наблюдению и риск-менеджменту выделяется достаточно ресурсов для сокращения рисков, вызванных инновациями и изменениями на финансовых рынках.

3. Основы экономики выступают определяющим фактором. Слабые основы экономики, например, корпоративный баланс с высокой долей заемных средств и большой дефицит текущего баланса, привели к утрате доверия к банковскому сектору в 1997 году. Сильные же в 2007-2008 годах помогли Азии с минимальными потерями и довольно быстро оправиться от текущих потрясений. Это должно стимулировать развивающиеся рыночные экономики стран региона и поддерживать сбалансированные текущие платежи и достаточное количество валютных резервов в роли буфера, защищающего от потрясений.

Положительные долгосрочные перспективы роста Азии должны означать, что данный регион намерен непосредственно участвовать в следующем экономическом буме, а, возможно, даже и возглавит его. Главная трудность заключается в том, чтобы азиатский локомотив, набравший достойные темпы развития, не был пущен под откос финансовыми минами, которые встречаются ему на пути. Регион должен использовать свое более прочное положение, чтобы продолжать выстраивать эффективную и стабильную экономику, извлекая уроки 1997 года и текущего субстандартного кризиса.

Александр Скороходов,
по материалам МВФ

 
© агенство "Стандарт"