журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

МОБИЛЬНЫЙ БАНКИНГ

БАНКОВСКИЙ СЕРВИС

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

Банковская деятельность

БАНКОВСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №3, 2008

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Еще один шаг к катастрофе

Фактический крах американского банка Bear Stearns заставил Федеральную Резервную Систему США прибегнуть к чрезвычайным мерам, не виданным с 30-х годов

В последнее время многие западные аналитики всерьез заговорили о повторении Великой Депрессии 30-х годов. Нынешняя ситуация исходно была спровоцирована ипотечным кризисом в США, который постепенно распространился на другие страны и охватил всю кредитную отрасль. За этим последовал обвал ценных бумаг, обеспеченных ипотеками, так что с начала 2007 года крупнейшие банки и инвестиционные фонды мира списали, по меньшей мере, $195 млрд. Мировая финансовая система оказалась на грани катастрофы: сейчас возникли те же условия, что и в 1998 году, когда банкротство хедж-фонда Long-Term Capital Management (LTCM) едва не положило начало глобальному кризису. Теперь роль такого толчка может сыграть факт продажи инвестиционного банка Bear Stearns за $236 млн., что составляет менее 6% от его рыночной капитализации за два дня до сделки.

Пробуждение

скрытой угрозы

Еще в 2002 году Уоррен Баффет, инвестор, прославившийся своей легендарной удачливостью, предупреждал, что рынок деривативов превращается в мыльный пузырь. Этот бизнесмен владеет состоянием в $44 млрд. (второе место после Билла Гейтса), заработанным успешными капиталовложениями в акции различных компаний. Его умение правильно оценивать риски превратилось в легенду, поэтому банкирам стоило бы учесть его мнение относительно деривативов, которое Баффет изложил в послании к акционерам своего гигантского холдинга Berkshire Hathaway: “Мы стараемся избегать риска мегакатастрофы любого типа, особенно опасаемся стремительного роста количества долгосрочных производных контрактов и огромного числа необеспеченных задолженностей. С нашей точки зрения, деривативы представляют собой финансовое оружие массового поражения, которое несет опасность, пока скрытую, но – смертельную”.

Однако Уолл-Стрит не прислушался к этим словам и продолжал активно играть в свои новые игрушки. В результате производные финансовые инструменты получили массовое распространение. По данным расчетной палаты Bank of International Settlements (BIS), за пять лет объем рынка деривативов увеличился более чем в пять раз – от $100 трлн. в 2002 году до $516 трлн. в 2007-м (для сравнения: ВВП США составляет $15 трлн., федеральный бюджет – $3 трлн., максимально допустимый правительственный долг – $9 трлн., а мировой ВВП – около $50 трлн.). При этом, в докладе BIS указано, что «масштабы финансового риска опасных операций на этом рынке составляют около 2% – $11 трлн.». И это при том, что в 1998 году сравнительно мелкие – $5 млрд. – убытки LTCM чуть не разрушили мировую банковскую систему, поскольку вызвали «эффект домино». Похожая ситуация сложилась и сейчас: ипотечный кризис опрокинул биржевой рынок США и оказывает мощное давление на мировую экономику. Правда, обозреватель Джесс Айзингер утверждает: «С деривативами не происходит ничего страшного, разве что объем «плохих» сделок увеличится до 2%». Однако эти «2%» продолжают расти уже несколько месяцев несмотря на меры, предпринимаемые американским правительством для ограничения ипотечного кризиса. И многие аналитики полагают, что сейчас достаточно малейшей искры, порожденной «плохими» сделками, для взрыва гигантской бомбы размером в $516 трлн.

Еще одна опасность заключается в том, что деривативы превратились в крупнейший в мире черный рынок, обороты которого многократно превышают незаконные обороты лекарств, наркотиков, оружия, игрового бизнеса, краденых предметов искусства и пиратских дисков. Черный рынок – это быстрый способ обогатиться, избегая налогов и правительственного надзора. В условиях нынешнего спада и нестабильности мирового рынка деривативы остаются весьма привлекательным видом бизнеса. В этой ситуации, по мнению Билла Гросса из облигационного фонда Pimco, «мир становится свидетелем развала современной банковской системы, а комплекс предоставления кредитов за счет заемных средств настолько сложен для понимания, что в августе председатель Federal Reserve Бен Бернанке потребовал от менеджеров хедж-фондов радикального изменения способов деятельности. Сейчас ни Баффет, ни Гросс, ни Бернанке, ни другие американские лидеры не способны «вычислить» существующие в мире $516 трлн. деривативов.

По этому поводу Гросс заявил: «Мы создаем новую теневую банковскую систему». При этом, деривативы – не только инструменты управления рисками; настоящая проблема заключается в том, что эти инструменты, по словам Гросса, «открывают новый путь к созданию денег за пределами стандартных правил ликвидности центральных банков, поскольку они представляют собой частные контракты между двумя компаниями или институтами».

С его точки зрения, фактически BIS превратился в беззубого тигра, который просто собирает данные, придавая видимость законности и кажущееся чувство безопасности этой хаотической «теневой банковской системе». Это объясняется тем, что центральным банкам нужны резервы, как и биржевым брокерам нужна биржевая маржа – что-нибудь, обеспечивающее операцию. С деривативами же дело обстоит иначе: они представляют собой не реальные деньги, а обещания на бумаге (нечто типа денег в игре в «Монополию» вместо настоящих долларов США). И все это происходит, минуя обычные бизнес-каналы, на «свободном рынке». В результате в отрасли раздувается гигантский «мыльный пузырь», который может взорваться в любой момент. И толчком к этому может послужить история с инвестиционным банком Bear Stearns и двумя его хедж-фондами.

Новая жертва

Крупный инвестиционный банк Bear Stearns (5-тое место в США), один из старейших финансовых институтов Уолл-Стрита, одним из первых пострадал от ипотечного кризиса. Все началось с прошлогоднего банкротства двух его хедж-фондов – High Grade Structured Credit Fund (HGSCF) и High Grade Structured Credit Enhanced Leveraged Fund (ELF). В принципе, хедж-фонды – это инвестиционные компании, свободные в выборе своей стратегии, они не регулируются государственными органами и стремятся к получению дохода, не зависящего от направления движения рынка. С этой целью они используют оценки относительной стоимости разных активов: недооцененный актив покупается, переоцененный – продается. Например, облигации более и менее надежного заемщиков с одинаковыми условиями выпуска будут стоить по-разному. Причем, спред будет сокращаться с приближением даты погашения. На этих особенностях и играют хедж-фонды. Они покупают менее надежные и продают более надежные облигации, что обеспечивает изрядную маржу. Этот бизнес традиционно был прибыльным, однако он сопряжен с высокими рисками, оправданными отнюдь не всегда. Топ-менеджерам Bear Stearns пришлось убедиться в этом на собственном опыте.

Торговля долговыми обязательствами составляет важную часть бизнеса банка, и оба его хедж-фонда активно вкладывали средства в облигации, обеспеченные пулом долговых ценных бумаг (CDO). Они набрали кредитов на межбанковском рынке более чем на $10 млрд. и вложили эти деньги в самые рисковые облигации, обеспеченные субстандартными ипотеками. Эти инвестиции приносили высокие доходы, но – только до поры до времени. В прошлом году рост цен на американском рынке недвижимости прекратился, и первыми от этого пострадали ипотечные компании, работавшие в субстандартном сегменте. Когда на жилищном рынке США разразился кризис, многие заемщики оказались не в силах оплачивать значительно подорожавшую ипотеку, что сразу ударило по всем инвесторам, вкладывавшим деньги в недвижимость через ценные бумаги, как это делали хедж-фонды Bear Stearns. Только в первом полугодии 2007 года в США объявили о банкротстве 43 ипотечные компании, включая такие крупные как New Century Financial и SouthStar Funding.

Рост числа дефолтов напугал кредиторов Bear Stearns, на средства которых фонды покупали перспективные, на их взгляд, облигации. Инвесторы обоснованно опасались, что представленные в залог ипотечные бумаги могут обесцениться, и ринулись сбрасывать кредитные деривативы, уходя в безрисковые активы, в частности, покупая казначейские облигации США (Treasuries). И тут руководству Bear Stearns пришлось пожалеть о своем решении девятилетней давности, когда банк отказался присоединиться к группе из 14 институтов, которые покрывали убытки фонда Long-Term Capital Management. Теперь же другие инвестиционные банки отказались спасать попавшие в минус хедж-фонды Bear Stearns. В кредиторах у банка числились Merrill Lynch, Lehman Brothers Holdings, JP Morgan Chase и Cantor Fitzgerald, и все эти институты отказали Bear Stearns в поддержке. Более того, Merrill Lynch, в 2002 году предоставивший кредит в $300 млн. фонду LTCM, в данном случае поспособствовал краху фондов Bear Stearns: он продал их облигации на $850 млн., которые находились у него в залоге. В принципе, сам факт, что Merrill начал распродавать активы фонда, как раз и мог спровоцировать снижение цен на мировых рынках акций и сырьевых площадках.

В итоге HGSCF и ELF обанкротились, Bear Stearns вынужден был списать активы на сумму в $1,9 млрд., а в четвертом квартале понес убытки на $854 млн. Это произошло впервые с момента выхода банка на биржу в 1985 году. По итогам 2007 года, чистая прибыль банка составила $233 млн. в отличие от $2,1 млрд. в 2006-м. Более того, когда эта информация была обнародована, уже было ясно, что в скором времени потери Bear Stearns умножатся: британский банк Barclays подал иск к Bear Stearns в Федеральный суд Нью-Йорка. Англичане обвиняют банк в предоставлении недостоверной информации о состоянии его хедж-фондов, активами которых Barclays обеспечил заем в размере $400 млн. В заявлении Barclays указывается, что Bear Stearns, его подразделение по управлению активами Bear Stearns Asset Management и менеджер банка Ральф Чиоффи разработали план “с целью личного обогащения и использования средств фонда для высокорисковых и низкокачественных инвестиций”. Чем завершится эта история, пока не известно, но самостоятельное существование Bear Stearns уже завершилось: банк собрался купить JP Morgan Chase, причем, с таким дисконтом, что эта информация потрясла финансовые рынки.

Дешевая распродажа

Сенсация прогремела в понедельник 17 марта... Было объявлено, что JP Morgan Chase согласился заплатить по $2 за акцию Bear Stearns. И это, когда всего год назад курс акций этого банка составлял $170. Таким образом, Bear Stearns должен был достаться JP Morgan всего за $236 млн., что составляло менее 10% от рыночной капитализации этого банка на момент закрытия биржевых торгов в пятницу. Более того, данная цена включала стоимость высот­ного здания головного офиса банка на Мэдисон Авеню. Было очевидно: такой дисконт показывает, что Bear Stearns уже фактически банкрот. И, действительно, параллельно с переговорами о продаже работники банка готовили петицию в суд, чтобы получить защиту от кредиторов по ст. 11. Сделку следовало заключить срочно, чтобы предупредить полный коллапс банка: если бы большинство его клиентов (если не все) отказались от проведения своих операций через Bear Stearns, его дни были бы сочтены. Как часть этой сделки JP Morgan и Federal Reserve гарантируют выполнение огромных торговых обязательств банка, которые и привели бы его к банкротству, если бы не нашелся покупатель.

При этом, сделку пока нельзя считать состоявшейся, поскольку отнюдь не все акционеры согласятся утвердить ее, многие из них могут счесть банкротство более предпочтительным вариантом. Например, по оценкам James F. Redda & Associates, Джеймс Кэйн, бывший глава Bear Stearns и один из его крупнейших индивидуальных акционеров, покинет банк с пакетом акций на сумму немногим более $13.4 млн., хотя в январе 2007 года, когда акции Bear Stearns торговались по $171.51, стоимость этого пакета составляла $1.2 млрд. Правда, по сведениям Equilar, за период с 1993-го по 2006 год (за который имеются открытые данные) Кэйн заработал в банке $232 млн. Далее, пока не понятно, как отреагируют на сделку сотрудники банка, которые сообща владеют почти третьей частью акций. Особенно, если учесть, что при объединении с JP Morgan, примерно, треть из них утратит свои рабочие места.

Возможно, что и покупатель усомнится в целесообразности такого сомнительного приобретения, хотя Bear Stearns и обеспечит ему значительно большее присутствие в бизнесе, связанном с ипотечными ценными бумагами. Правда, менеджеры JP Morgan подтвердили свою заинтересованность в расширении этой деятельности несмотря на нынешний кризис. Однако глава JP Morgan Джейми Даймон не уверен в целесообразности объединения двух крупных инвестиционных банков. Кроме того, брокерский бизнес Bear потребует крупных инвестиций в технологии. Причем, слияние институтов часто приводит к проблемам, связанным с различием бизнес-культур, а в данном случае имеет место еще и значительное перекрытие по позициям руководящего персонала. И не только руководящего: JP Morgan и без того реализует жесткую программу снижения затрат, а в случае объединения и этому банку предстоят значительные сокращения рабочих мест.

Переговоры продолжались весь уикенд, поскольку банкиры и политики стремились подписать соглашение о продаже до открытия торгов на азиатских биржах в понедельник, ибо опасались паники на финансовых рынках, которая могла возникнуть при известии, что 85-летний инвестиционный банк, благополучно переживший Великую Депрессию и многие рыночные спады, не сумел найти покупателя. Более того, руководство Federal Reserve решилось на необычный шаг: Федеральная резервная система предоставит JP Morgan Chase кредит для финансирования этой сделки и до $30 млрд. для рекапитализации Bear Stearns (как поддержку «менее ликвидных активов»).

Вмешательство Federal Reserve и Министерства финансов в ситуацию с Bear Stearns было вполне оправдано: банкротство этого банка могло вызвать каскадный кризис доверия и привести к краху нескольких других крупных финансовых институтов, а это вызвало бы панику на мировых рынках. Чиновники Federal Reserve утверждали, что их целью было не спасение акционеров Bear Stearns, а предотвращение рыночного коллапса. Однако опасность пока сохраняется, продажа Bear Stearns не успокоила инвесторов, полагающих, что другие финансовые институты, такие как Lehman Brothers и Merrill Lynch, которые уже понесли грандиозные убытки по инвестициям, связанным с ипотеками, тоже могут рухнуть.

Менеджеры хедж-фондов и взаимных фондов говорят, что проблемы Bear Stearns подтвердили их худшие опасения относительно брокерских институтов. Многие из них действительно слишком интенсивно использовали заемные средства, не уделяя должного внимания управлению рисками, которые принимали на себя во времена бума. Это мнение разделяют и большая часть экспертов. Кстати, сейчас инвесторы не доверяют оптимистичным заявлениям банков. Дэвид Трон, аналитик по брокерской деятельности в компании Fox Pitt Kelton, заявил: “Банки и брокерские фирмы – это карточные домики, выстроенные на доверии клиентов, кредиторов и партнеров. Даже при частичной утрате этого доверия дела очень быстро пойдут вкривь и вкось. Это может произойти с любой из брокерских фирм”.

Пространство кризиса

Опасения американских политиков и банкиров разделяет и глава Международного валютного фонда (МВФ) Доминик Стросс-Кан. По его мнению, возникший в экономике Запада финансовый кризис будет долговременным и приведет к серьезным проблемам. Ожидается, что в дальнейшем он затронет и экономики развивающихся государств. На пресс-конференции 17 марта в Париже Доминик Стросс-Кан заявил: «Не существует границы между развитыми и развивающимися странами; между процессами в их системах есть лишь разница во времени». Аналитики же могут позволить себе большую откровенность. Так, старший рыночный стратег британской консультационной компании Lombard Майкл Тейлор уверен, что проблемы с Bear Stearns – только начало, а фактически «многие банки и хедж-фонды приближаются к катастрофе». «Мы все говорили о том, что нынешний кризис напоминает ситуацию 70-х годов, но с каждым днем он становится все больше похож на

30-тые», – отметил он в интервью газете Independent.

Безусловно, Federal Reserve, исполняющая в США функции Центрального банка, делает все возможное, чтобы предотвратить подобный сценарий развития событий. Еще 11 марта она предложила проблемным банкам заем в государственных облигациях на $200 млрд. Затем 17 марта ФРС снизила дисконтную ставку на 0,25 процентного пункта – до 3,25%. Это решение было принято «с целью уменьшения рисков для экономики, и стимулирования ликвидности». Кроме того, Federal Reserve в экстренном порядке объявила о новых чрезвычайных мерах, в частности, о новой программе кредитования для крупных финансовых компаний, которые заключают прямые сделки с ФРС на финансовых рынках. До этого такие компании не могли получать кредиты у американского Центробанка напрямую. ФРС выдает займы с дисконтом лишь банкам, которые принимают депозиты. Центробанк США может предоставлять кредиты учреждениям, не осуществляющим депозитные операции, в особых обстоятельствах и в последний раз пользовался этим правом в 30-х годах, во времена Великой Депрессии.

Получение кредитов в федеральных резервных банках – это чрезвычайная мера, применяемая при краткосрочном снижении ликвидности в банковской системе, как это и произошло вследствие кризиса на ипотечном рынке США. С момента учреждения в 1913 году Центральный банк служил для обычных банков кредитором «на крайний случай», предоставляя им возможность получать высококачественные займы через «дисконтное окно». До 2002 года уровень дисконтной ставки устанавливался ниже уровня ставки по федеральным фондам, однако для получения кредита посредством дисконтного окна коммерческие банки должны были отвечать ряду жестких требований. В настоящее время получение подобных кредитов доступно большому количеству финансовых институтов, однако они пользуются этой возможностью лишь в крайних случаях, так как ставки по кредитам, предоставляемым посредством дисконтного окна, выше рыночных. Теперь же дисконтная ставка была уменьшена: сначала до 3.25 от 3.50% годовых, затем – еще на 0.75 процентного пункта – до 2.5%.

Таким образом, теперь Центральный банк может предоставлять кредиты инвестиционным банкам, причем, на тот срок, который им потребуется (разумеется, пока они способны предоставлять обеспечение). Фактически Federal Reserve может стать кредитором «на крайний случай» для 20 крупнейших инвестиционных институтов Уолл-Стрита, хотя раньше она могла им быть только для коммерческих банков. Это решение будет действовать, по крайней мере, в течение шести месяцев. Таким образом, «первичные дилеры», в качестве которых и выступают эти 20 крупнейших фирм, получат доступ к наличным деньгам в обмен на активы, которые на рынке сейчас заморожены.

Правда, этот «спасательный трос» не устраняет корней, из которых выросли проблемы рынка жилья: падение цен и рост числа дефолтов. Поэтому аналитики сомневаются, что это убережет ипотечные банки от новой волны убытков, глубоко запрятанных в мелком шрифте бухгалтерских отчетов. По мнению экспертов, стоит лишь повнимательнее присмотреться к бухгалтерии крупных кредитных банков, как обнаружится ряд моментов, не отраженных в финансовых отчетах. Во многих банках безнадежные займы накапливаются быстрее, чем объем средств, резервируемых для покрытия этих убытков. Причем, ипотечные банки вписывают в свои приходные статьи доход по уязвимым займам и ипотечным ценным бумагам, до того как получают реальные деньги. Эти «бумажные» прибыли подлежат ревизии путем списаний. Кроме того, стоимость некоторых проблемных займов, которые были учтены ранее, в предыдущих убытках, может оказаться завышенной. Поэтому ожидается, что финансовые отчеты кредитных банков за первый квартал, которые будут представлены в апреле, приведут к новым неприятным открытиям.

Передышка

Впрочем, меры, принятые Federal Reserve (включая предыдущее снижение ставок в четвертом квартале 2007 года и январе текущего), сыграли свою роль: ситуация на вторичном рынке жилья стабилизировалась. Более того, через неделю после описанных событий был опубликован неожиданно обширный отчет за февраль: рост продаж домов составил 2.9% (до $5.03 млрд.), хотя самые оптимистичные прогнозы не переступали через $4.85 млрд. При этом, ожидается, что ФРС в очередной раз сократит ставку для содействия восстановлению экономики. Майские фьючерсы на федеральные фонды учитывают 100%-ную вероятность снижения основной процентной ставки ФРС 30 апреля на 25 б.п., в то время как вероятность снижения еще на 25 б.п. 30 июня составляет 35%. В этой ситуации доллар несколько вырос против основных своих конкурентов. Тем не менее, его курс продолжает оставаться низким, а это делает американские активы более привлекательными для иностранных инвесторов. Например, Кувейт собирается инвестировать в финансовый сектор и сектор недвижимости. Кроме того, кувейтцы планируют покупать акции компаний нефинансовой сферы.

Таким образом, ожидаемая катастрофа отдалилась, но этим положительные новости не исчерпываются. На фондовых рынках началось повышение сразу после сообщения, что JP Morgan в 5 раз увеличил свое предложение по поглощению Bear Stearns (до $1.12 млрд.). Дело в том, что, когда было обнародовано исходное предложение ($2 за акцию), инвесторы проблемного банка во главе с его крупнейшим акционером (9%) британским миллиардером Джо Льюисом начали искать альтернативного покупателя. В сложившейся ситуации при покупке акций Bear Stearns незадолго до краха банка Льюис потерял около $1.2 млрд. Поэтому он заявил, что предпримет «все необходимые меры» для защиты своих инвестиций. Такую же позицию заняли и служащие Bear Stearns, которым принадлежит около 30% акций. Им и вовсе нечего терять в этой борьбе: по уточненным оценкам аналитиков, из 14 тыс. сотрудников банка 8 тыс. подлежат увольнению. Причем, сберегательный и пенсионный фонды привязаны к стоимости акций Bear Stearns. Гнев был настолько сильным, что 74-летний председатель правления Bear Stearns Джимми Кэйн нанял себе вооруженного телохранителя.

Однако менеджеры JP Morgan «проявили небрежность», оттого в заключенном 17 марта соглашении оказалось условие: “покупатель гарантирует торговые операции Bear Stearns, даже если акционеры заблокируют поглощение”. Комбинация этих факторов вынудила JP Morgan повысить свое предложение. В новом договоре указано, что срок этой гарантии составит 120 дней, она будет аннулирована, если правление Bear Stearns порекомендует акционерам утвердить альтернативную сделку. Более того, Federal Reserve объявила об изменении условий финансирования сделки: в соответствии с новым соглашением JP Morgan принимает на себя первый миллиард убытков, связанных с портфелем Bear Stearns, из $30 млрд., обещанных ФРС, и передаст ей любые прибыли, которые проистекут из этого портфеля. Причем, Federal Reserve по­обещала предоставить JP Morgan 10-летний заем на приобретение проблемного банка под залог портфеля Bear Stearns.

В результате акции Bear Stearns подскочили в цене на 88% (до $11.25), а рейтинговое агентство Standard & Poor’s повысило его рейтинг. Однако аналитики пришли к выводу, что борьба за контроль над этим банком пока еще далека от завершения. Тем более что продажа акций не принесет Bear Stearns наличных денег, так как JP Morgan заплатит за покупку 20.67 млн. собственных акций. Однако сам факт резкого повышения предложения и перспектива борьбы за это поглощение позитивно повлияли на настроения инвесторов в США и обусловили повышательные тенденции на азиатских биржах.

Галина Резник,
по материалам Associated Press, Bloomberg, St. Louis Business Journal,
Thomson Financial, Los Angeles Times, Reuters, Guardian, Dow Jones Newswires, Forbes, Agence France-Presse, MarketWatch

 
© агенство "Стандарт"