журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
Международные банки

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

БАНКОВСКИЕ СТРАТЕГИИ

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

Банковская деятельность

БАНКОВСКИЙ СЕРВИС

БАНКОВСКИЕ ПРОДУКТЫ

Банковское оборудование

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЕ РЕЙТИНГИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №6, 2005

Новые рыночные страны

Черепаший бег с препятствиями

КНР продолжает борьбу со старыми "болезнями" своего банковского сектора

С 1979 года в Китае был проведен целый ряд экономических реформ, которые уже успели подтвердить свою успешность. За годы преобразований средние темпы роста ВНП в Китае составили 9% в год, большинство государственных предприятий – совместные, частный сектор экономики развивался небывалыми темпами, множество иностранных компаний развернули свою деятельность на внутреннем рынке страны. В то же время, по сравнению с прочими экономическими реформами преобразование банковской системы КНР проходило гораздо более медленными темпами. Сегодня несмотря на все усилия основными проблемами банковской системы Китая все еще остаются низкая степень эффективности государственных коммерческих банков и слишком высокий процент безнадежных кредитов на их балансах.

Что день

сегодняшний готовит?

С конца XX века китайская экономика, все еще управляемая Коммунистической партией, функционирует, в основном, с использованием рыночных, а не командно-распределительных механизмов. А двухуровневая банковская система страны, характеризируемая полным и систематическим регулированием, занята не только учетом централизованно распределяемых материальных ресурсов, но и обслуживанием кредитно-денежных потоков. Уже более 20 лет, руководствуясь политикой реформ и открытости внешнему миру, КНР совершает переход от плановой экономической системы к использованию социалистической рыночно-экономической модели. Однако несмотря на долгие и значительные преобразования сфера действия рыночной экономики в стране все еще существенно ограничена государственным вмешательством (например, убыточные промышленные предприятия нередко не банкротятся, а получают финансовую "подпитку" от государства), что влечет за собой и ограничение рыночной модели функционирования всех кредитно-финансовых институтов страны.

Тем не менее, финансовая система Китая, приводимая в соответствие социалистической рыночной экономике, в период реформ непрерывно развивалась и укреплялась. К концу 2000 года общий объем ее активов составил 19.7 трлн. юаней (по сравнению с 1980-м увеличение в 65 раз).

Сегодня финансовая система КНР характеризируется использованием денежной политики для косвенного регулирования экономики страны, наличием системы конкурентоспособных финансовых организаций (в ближайшем будущем – различных форм собственности), существованием открытой, упорядоченной и конкурентоспособной системы финансовых рынков и новой системы контроля отдельных банковских операций и работы с ценными бумагами, а также по страхованию. В общем объеме активов финансового сектора доля банковской системы составляет 91%, фондовой – 7%, страхования – 2%.

Иногда слабость становится силой. Это утверждение вполне уместно для характеристики финансовой системы Китая. Ключ к пониманию такого парадокса состоит в соответствии не вполне развитой финансово-банковской системы Китая недостаточно свободным рыночным отношениям. Закрытость китайских фондовых рынков от внешнего мира, а также государственная поддержка крупнейших банков и отсутствие свободной торговли валютой избавили КНР от прямых ударов азиатского финансового кризиса, охватившего в 1997-1998 годах пять индустриальных восточноазиатских стран – Таиланд, Малайзию, Филиппины, Индонезию и Южную Корею.

Несовершенная, по современным меркам, банковская система страны не допустила в период азиатского финансового спада катастрофического оттока из КНР капитала и обвала национальной банковской системы с тяжелыми социальными последствиями, связанными с неизбежной волной протестов со стороны частных вкладчиков. Финансовая система КНР, кроме того, не проводила девальвации юаня и до сих пор к ней не прибегает.

Последнее обстоятельство имеет для Китая большое политическое и экономическое значение. Естественно, что устойчивость китайской валюты на фоне падения курсов национальных валют в странах – соседях по региону не могла не отразиться на позиции местных экспортеров на азиатских и мировых рынках. Однако твердость КНР в поддержании стабильного курса юаня и усилия по поддержанию гонконгского доллара способствовали повышению политических акций страны в регионе. Сегодня уже ясно, что политический выигрыш ценой краткосрочных экономических потерь помог Пекину заручиться региональной поддержкой при решении вопроса о вступлении страны во Всемирную торговую организацию (ВТО). По предварительным расчетам, членство в ней обеспечит Китаю в ближайшие годы дополнительные 4-5% среднегодовых темпов прироста национального экспорта.

Однако после финансового кризиса заострился вопрос реформирования китайской финансово-банковской системы. Руководство страны понимало, что при существующей слабости китайских банков открытие финансовой системы внешнему миру чревато повторением азиатского кризиса, но уже на своей территории. Но, с другой стороны, без большой степени финансовой открытости и без финансовой либерализации трудно рассчитывать на значительный приток новых иностранных инвестиций. Вывод последовал вполне логичный: чтобы открыться, надо укрепиться, т.е. избавить финансово-банковский сектор от его ключевых проблем – тормозов развития.

Ох уж эти безнадежные кредиты…

Несмотря на утверждение некоторых аналитиков о том, что банковская система КНР может представлять собой некий образец для подражания, ей свойственны многочисленные слабые стороны, в частности, – большой процент невозвращенных (просроченных и безнадежных) кредитов. По оценкам Китайской комиссии регулирования банковской деятельности (CBRC), в конце 2004 года их объем достиг $205 млрд., что составляет более 13% от суммарных банковских активов, 20-45% кредитного портфеля китайских банков и, примерно, такую же долю от ВВП Китая.

По данным агентства Standard & Poor's, чтобы окончательно решить нынешнюю проблему безнадежных кредитов, китайскому банковскому сектору понадобится $656 млрд. А, по данным ряда аналитиков, и эта сумма – вовсе не предел.

Среди основных причин, способствующих росту объема безнадежных кредитов, главное место отводится сохранению элементов административного планирования, налагаемых на систему рыночных отношений. Например, процесс реформ сопровождается децентрализацией, а также передачей на места власти и полномочий в принятии экономических решений, тогда как основные параметры денежно-кредитной политики КНР закладываются в централизованные планы развития, утверждаемые в административном порядке. В то же время влияние Народного банка Китая (НБК) как центрального института ограничивается на общенациональном уровне недостаточной административной независимостью от Государственного Совета Китая, а в регионах – системой двойного управления, согласно которой все филиалы НБК зависят от местных органов власти и практически не защищены от политических вмешательств. Кроме того, государство контролирует 95% активов банковского сектора за счет "держателей акций" вне финансовой сферы – органов власти на местах и государственных предприятий. Эти факторы, а также наличие незначительной доли частного капитала в китайских банках значительно снижают уровень влияния финансовой системы КНР на проведение экономических реформ в стране.

Сегодня КНР уже в который раз пытается, если не решить проблему безвозвратных кредитов, то, по крайней мере, снизить уровень ее негативного влияния на банковскую систему в целом. В 2005 году китайские регулирующие органы – НБК и китайская Комиссия регулирования банковской деятельности – усовершенствовали единую систему классификации кредитов с целью упрощения процесса выявления "проблемных" займов. Ранее в рамках оздоровления банковской сферы были основаны Агентства по управлению активами с передачей им значительной части безнадежных долгов китайской "большой четверки" – Торгово-промышленного банка, Сельскохозяйственного банка, Народного строительного банка и Банка Китая. Государственные финансовые институты освобождаются от тяжелого бремени, в то время как агентства занимаются реструктуризацией и продажей их безнадежных кредитов, тем самым постепенно повышая качество займов.

Впрочем, помимо крупных игроков, немало проблем создают также малые и средние финансовые институты. У них меньше финансовых возможностей, и, в определенной степени, именно поэтому они не столь интересуют регулирующие органы. Тем не менее, малые и средние финансовые институты, используя довольно "прозрачные" условия кредитования, продолжают предоставлять рискованные займы, увеличивая тем самым общий процент безвозвратных кредитов на балансе банковского сектора страны. А их низкая рентабельность даже сильнее, чем состояние "гигантов", подрывает уверенность в банковской системе страны не только потенциальных инвесторов, но и собственно национальных клиентов.

Помимо создания Агентств по управлению активами, Пекин использовал и иные методы улучшения положения китайских банков. В частности, с января текущего года из валютных резервов КНР, превышающих $400 млрд., выделяются средства для поддержки финансовых институтов, страдающих от невозвращенных кредитов, львиная доля которых – займы, выданные государственным предприятиям и под государственные проекты.

Кроме того, еще в 2003 году Народный банк Китая дополнительно влил $22.5 млрд. в активы Банка Китая и Народного строительного банка – двух государственных гигантов, сильнее других страдающих от безвозвратных кредитов на своих балансах. Большая часть этих средств пошла на погашение долгов госпредприятий. Для облегчения участи "большой четверки" в Китае также было создано более 120 акционерных коммерческих банков, активы которых составляют 14% от общих банковских активов КНР.

В связи с низким уровнем развития национального фондового рынка местные банки стали едва ли не единственным источником долгосрочных средств для представителей бизнеса. Китайское правительство в ближайшие несколько лет рассчитывает не менее чем на 7-8% ежегодного прироста ВВП, который, соответственно, должен сопровождаться расширением кредитования не менее чем на 15% в год. В реальности же банки из-за "загруженности" безнадежными кредитами, низкой прибыльности и недостаточной квалификации в области кредитования не могут обеспечивать увеличения своих кредитных портфелей более чем на 5-7% в год. К сожалению, этот показатель слишком далек от желаемого и необходимого.

Частично проблему невозвратов могло бы решить открытие в КНР фондового рынка и рынка деривативов. По оценкам аналитиков, инвесторы уже за первые несколько лет могли бы приобрести более трети невозвращенных кредитов. Однако в силу понятных экономико-политических причин Пекин пока не склонен рассматривать этот путь в качестве выгодного средства борьбы с безнадежными кредитами.

Нынешние попытки снизить уровень "плохих" кредитов на балансах банковской системы могут пойти крахом, если только не будет ограничена практика выдачи слишком рискованных займов и не повысится эффективность управления риском в государственных банках. В противном случае проблема невозвращенных кредитов может перейти в затяжной кризис.

Для решения проблемы улучшения качества кредитов финансовым институтам Китая придется серьезно модернизировать и повысить эффективность систем управления риском. Ужесточение условий кредитования, тщательная проверка кредитоспособности клиентов, система гарантий и обеспечения займов, усовершенствование приемов предотвращения случаев мошенничества, высокий уровень технического обеспечения, ужесточение корпоративного управления, создание межбанковской системы обмена информацией о клиентах – вот далеко не полный перечень мероприятий, которые необходимо осуществить китайским банкам. Впрочем, если учесть, что львиная доля нынешних невозвращенных кредитов приходится на государственные предприятия, выдача кредитов которым стала своего рода обязанностью для всех государственных банков, и что подобная политика будет продолжаться, – проблема снята не будет. Для ее решения нужен конструктивный диалог между всеми участниками рынка банковских услуг страны. Однако пока столь необходимым сотрудничеством регулирующих органов, финансовых институтов и инвесторов в КНР, к сожалению, и не пахнет.

Финансовые проблемы экономики

Следующей "проблемной зоной" финансовой системы Китая считается неэффективное использование кредитных ресурсов. Коэффициент монетизации в настоящее время достиг 130%. Это один из самых высоких показателей в мире. Причем, объемы депозитов населения в банках составляют более $600 млрд. (свыше 60% от ВВП). В данной ситуации одной из главных задач для китайской банковской системы будет превращение сбережений в инвестиции. Однако решение этой задачи сопряжено с рядом трудностей, связанных с монополией четырех государственных банков, на долю которых приходится 90% сбережений и более 80% инвестиций. Среди объектов их кредитования, в основном, числятся государственные предприятия, куда в 90-тые годы поступало 85-90% всех кредитов, выданных "большой четверкой". В то же время, малые и средние финансовые институты в силу небольших объемов активов и слабых финансовых возможностей не в состоянии обеспечить противовес крупным игрокам, поэтому опять все сводится к реорганизации деятельности "большой четверки" китайских банков и повышению эффективности их работы.

В качестве третьей серьезной "болезни" банковского сектора КНР выступает уровень такого показателя надежности финансового института как коэффициент достаточности собственного капитала (capital adequacy ratio). К примеру, в 1998 году Министерство финансов Китая выделило $32.5 млрд. для пополнения собственного капитала четырех специализированных государственных банков, с тем чтобы довести этот показатель до 6% в соответствии с рекомендациями Организации экономического сотрудничества и развития для стран-членов. Для того чтобы его повысить до 10%, т.е. до уровня, приемлемого для развивающихся стран, Китаю потребуется еще около $100 млрд. (почти 10% от ВВП страны).

Еще одна проблема финансовой системы Китая – высокие затраты на рабочую силу и низкая производительность труда в национальных финансовых институтах. В банковском секторе страны – 150 тыс. различных финансовых институтов и их отделений – занято, примерно, 1.7 млн. человек. По показателю отношения активов к числу занятых (около $750 тыс.) Китай отстает от всех стран мира. А "большая четверка" китайских банков тратит на оплату труда своих служащих до 85-90% доходов.

Ко всему этому добавляется еще одна не менее важная проблема – финансовая система Гонконга, представляющая собой мост между китайской экономикой и мировым финансовым рынком; к тому же, по международным стандартам, она весьма развита и открыта. Поэтому сохранение баланса фондового и валютного рынка Гонконга жизненно важно для КНР. И несмотря на собственные большие валютные резервы этого нового административного района страны решение данной задачи требует от Пекина особого внимания к развитию финансовой ситуации в Гонконге и определенных финансовых затрат, с тем чтобы защитить гонконгский доллар от периодических атак международных финансовых спекулянтов.

Модернизация финансового сектора, проводимая сегодня в Китае, направлена на достижение, главным образом, двух основных целей: укрепление банковской системы для ее дальнейшей либерализации; поддержание соответствия между банковской системой и проводимой политикой в реальном секторе экономики. Двигаясь к ним, правительство КНР намерено совершить ряд преобразований.

Во-первых, Пекин планирует усилить позиции и провести реформирование работы Народного банка Китая, со временем превратив НБК в подобие Федеральной резервной системы США. В свою очередь, НБК надеется более тщательно контролировать операции коммерческих банков через свои недавно укрупненные региональные отделения, обеспечив последним независимость от местных органов власти. Основные задачи НБК – отказ от регулирования режима установления процентных ставок и эффективное проведение политики в отношении их формирования.

Поскольку в Китае существует четыре главных государственных банка, которые берут на себя всю основную нагрузку по кредитованию экономики, в целях повышения их эффективности и надежности предполагается снятие с них нагрузки по кредитованию затратных государственных проектов и нерентабельных государственных предприятий. Для дальнейшего кредитования экономики в Китае уже было создано три так называемых "политических" банка, основной задачей которых стало финансирование реальной экономики, в основном, за счет бюджетных средств.

В целях поощрения развития частного предпринимательства китайские власти стимулируют создание в стране частных банков. Также остро стоит вопрос о либерализации фондового рынка, что требуется для увеличения притока иностранных портфельных инвестиций.

В целях стимулирования внутреннего спроса в Китае предпринимаются попытки побудить вкладчиков более активно тратить свои сбережения. К примеру, в 1999 году были существенно снижены проценты по депозитам. Кроме того, в качестве стимулятора спроса в 1999 году был введен налог на проценты по вкладам. Параллельно была создана система кредитования частного жилищного строительства. Пекин надеется, что программа приобретения жилья китайскими гражданами за счет использования денежных ресурсов из $600 млрд., размещенных на частных депозитах, станет способом комплексного решения сразу двух глобальных проблем КНР – ликвидности и жилищной.

Однако провозглашение реформ банковской системы и системы государственных промышленных предприятий еще не означает полного успеха. В Китае накоплен определенный опыт по поддержанию адекватности финансового и реальных секторов экономики, однако, при этом, намеченные реформы фактически требуют усиления роли частного предпринимательства при соответствующем уменьшении реального влияния государственных административно-бюрократических структур и, следовательно, ослабления социально-политического статуса возглавляющих их людей. Впрочем, если подобные изменения и состоятся, то не в ближайшем будущем.

Как ни парадоксально, но в 2001 году, после упорной пятнадцатилетней борьбы Китаю удалось, пусть и формально, вступить в ВТО. В связи с этим уже к 2006 году в КНР национальные и иностранные финансовые институты будут поставлены в равные условия. Пекин надеется, что успеет за это время реформировать системы собственности, управления персоналом и распределения государственных банков, а также внедрить международные стандарты проведения расчетов.

Однако, кроме неоспоримых плюсов, в этом решении есть и свои минусы. С вступлением в ВТО Китаю придется проводить либерализацию не только финансовой сферы, а, пожалуй, и всей экономики в целом. Независимо от того, каким именно образом Китай будет решать проблемы либерализации как финансовой системы, так и экономики страны, он неизбежно подойдет к тому моменту, когда известный теоретический постулат о разделении политики и экономики, т.е. проведение рыночных экономических преобразований при неизменной политической системе, уже не будет работать. Нынешнее руководство КНР не готово заменить этот принцип другим, причем, не только по психологическим, но и по объективным причинам. Ведь финансовая открытость чревата ростом конкуренции и, соответственно, усилением сомнений в национальной финансовой неуязвимости, в общем, как теперь модно говорить, – в степени финансовой безопасности.

Вероятнее всего, можно ожидать, что преобразования пойдут еще медленнее и с еще большими "затяжками", чем было до сих пор. Впрочем, несмотря на пессимистические прогнозы, членство Китая в ВТО обеспечит стране еще более широкий доступ иностранных инвесторов на внутренний финансовый рынок на тех условиях, которыми сегодня пользуются исключительно резиденты. Это откроет иностранцам широкие возможности для вложения капитала в экономику страны, что обеспечит ее дальнейшее развитие довольно высокими темпами. А появление финансовых институтов различных форм собственности (сегодня в Китае нет частных банков, а участие иностранных инвесторов строго ограничено) укрепит ее банковский сектор. Многие западные инвесторы, в том числе Citigroup, Morgan Stanley, HSBC Holdings, UBS и Deutsche Bank, уже готовы к активной экспансии на рынок Китая, "открытие" которого запланировано на 2006 год.

Евгения Лакосник,
по материалам McKinsey Quarterly, Business Week, Bloomberg

 
© агенство "Стандарт"