журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

Банковское регулирование

БАНКОВСКИЕ СТРАТЕГИИ

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

ПЛАТЕЖНЫЕ КАРТОЧКИ

Банковское оборудование

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

Новые рыночные страны

Новые рыночные страны

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №1, 2005

Новые рыночные страны

Банки на обломках Югославии

Становление банковской отрасли Сербии и Черногории после завершения Балканских войн

Начало нового десятилетия для образованной в 1992 году Союзной Республики Югославия в составе Сербии и Черногории (в настоящее время: Содружество Сербии и Черногории – СиЧ) стало новой вехой в развитии банковской отрасли государства, которая к тому времени оказалась в тисках жесткого кризиса. Нерациональное управление экономикой, бремя введенных против СРЮ экономических санкций, разрушение югославской инфраструктуры и промышленности в результате войны в Косово и НАТОвских бомбежек привели экономику страны к пропасти: в начале 2000 года объем ВВП не превышал и половины того показателя, который был достигнут в 1990-м. Однако после смены власти в стране и выдачи международному трибуналу бывшего президента Югославии Слободана Милошевича в октябре 2000 года правительство коалиции Демократическая Оппозиция Сербии применило стабилизирующие меры и стартовало кардинальную программу рыночных реформ, в том числе и в финансовом секторе. После восстановления членства в Международном валютном фонде (МВФ) в декабре 2000 года Югославия продолжила процесс реинтеграции в международное сообщество посредством присоединения к Мировому банку (МБ) и Европейскому банку реконструкции и развития (ЕБРР). Впрочем, это было только началом длительного процесса...

Кардинальная

перестройка

В 2000 году финансовая сфера СРЮ претерпела самые серьезные с начала 90-х годов изменения. В ноябре 2000 года Скупщина Черногории приняла решение об учреждении собственного Центрального банка и выходе республики из динаровой зоны. Официальным средством платежа в Черногории была объявлена немецкая марка, которая и оставалась таковым до введения евро. Более того, фискальные связи между Сербией и Черногорией фактически были полностью разорваны, а в середине 2000 года власти Подгорицы создали, к тому же, собственные торговые и таможенные режимы. Юрисдикция Национального банка Югославии (НБЮ) также не распространялась на территорию Косово, находящуюся под управлением международного сообщества.

Таким образом, к концу 2000 года под контролем НБЮ находилась только Сербия. Союзный бюджет также формировался лишь за счет средств, собираемых на территории Сербии, поскольку с 1999 года Черногория прекратила какие бы то ни было отчисления на федеральные нужды. Ситуация в экономике двух республик тоже была далека от идеальной: крупные югославские предприятия несли серьезные убытки и нуждались в реструктуризации, деятельность средних и малых структур напрямую увязывалась с теневой экономикой, поскольку они всеми способами избегали уплаты налогов. Приватизационные процессы в Сербии и Черногории к 2000 году фактически приостановились.

Подводя итоги 2000 года, НБЮ охарактеризовал ситуацию в государственном банковском секторе как "очень плохую". Безусловно, для такой оценки у него были объективные причины. Так, коэффициент достаточности основного капитала в банковском секторе СРЮ, по итогам 2000 года, составил лишь 0.7%, что гораздо ниже того минимального уровня (8%), который был установлен Базельскими нормативами 1988 года. Этот коэффициент у пяти крупнейших банков страны, владеющих 28.6% всех банковских активов государства, вообще был отрицательным.

Доля семейных сбережений, исключая замороженные счета в иностранной валюте, в финансовых институтах СРЮ на то время не превышала 1% от всех банковских пассивов, а это лишний раз свидетельствовало о том, что физические лица были несущественным источником банковских финансовых средств, подтверждая отсутствие доверия среди населения к национальным кредитным институтам. Последние, впрочем, и не проявляли особого рвения в удовлетворении потребностей частных лиц и компаний в получении кредитов, а также игнорировали такие важные для банков операции как управление риском. По данным МВФ, в декабре 2000 года 30 банков СРЮ (включая шесть самых крупных) согласно данным их собственных годовых отчетных документов считались неплатежеспособными, лишний раз подтверждая необходимость проведения срочной и всесторонней реструктуризации банковской отрасли СРЮ.

В этой связи в 2001-2002 годах новые сербские власти предпринимают комплекс неотложных мер для наведения порядка в банковском секторе страны. Реформа финансовой отрасли стала одним из наиболее масштабных структурных преобразований, проведенных в Сербии на рубеже нового века. Так, в январе 2001 года НБЮ принимает решение установить более жесткий контроль валютного курса, привязав динар к немецкой марке (евро) из расчета 30 YUD/DEM. После введения евро в начале 2002 года этот курс был скорректирован и установлен в размере 60 YUD/EUR, что привело к небольшой девальвации динара. Фиксация валютного курса дала возможность обуздать инфляцию и укрепить доверие к национальной валюте. Инфляция в Сербии в 2001 году упала до отметки 39%, а к концу 2002-го и того ниже – до 14.2% (в 2000-м она составила 113.3%). С 2001 года управляемый плавающий валютный курс формируется на межбанковской валютной бирже, а не объявляется НБЮ, как это было ранее.

Осенью 2001 года сербские власти достигли важного соглашения с Парижским клубом (ПК) о реструктуризации долгов, которое вступило в силу после подписания трехлетнего соглашения с МВФ весной 2002-го. Договоренности с Парижским клубом обеспечили поэтапное сокращение (на 66%) задолженностей Сербии группе суверенных кредиторов в размере около $4.5 млрд. Благодаря этому размер внешнего долга Югославии в середине 2002 года упал до менее $10 млрд., а объем валютных резервов тоже благодаря зарубежной финансовой помощи к марту 2003 года достиг $2.1 млрд.

В начале 2001 года новое руководство НБЮ (после образования в феврале 2003 года государства Сербия и Черногория и законодательного закрепления положений о создании в его составных частях различных валютных, фискальных, торговых и таможенных режимов, НБЮ прекратил свое существование и преобразовался в Национальный банк Сербии – НБС) проводит всестороннюю оценку банковской отрасли страны. На основании полученных данных в мае того же года при техническом содействии МВФ, МБ и других доноров была разработана стратегия реструктуризации банковской отрасли СРЮ. Суть этой стратегии заключалась в том, что реабилитация и рекапитализация того или иного югославского финансового института осуществлялись только в том случае, если эти мероприятия могли привести к созданию жизнеспособного банка с перспективой его приватизации путем продажи стратегическому инвестору по доступной цене.

"Диагноз" банковской системы СРЮ проводился по таким параметрам как достаточность капитала, ликвидность, качество банковского управления, операционная деятельность и приватизационные возможности. В соответствии с полученными на этой основе оценками НБЮ классифицировал все банки страны по четырем группам: платежеспособные (группа "А"); платежеспособные, но требующие докапитализации ("В"); подлежащие санации ("С"); банки-банкроты, подлежащие ликвидации ("D").

В Сербии на конец 2001 года действовал 71 банк; 29 из них (13% всех банковских активов страны) попали в группу "А", 16 (соответственно 19%) – в группу "В". В состав группы "С" вошли 7 кредитных институтов (60%). Банкротами были признаны 19 банков (9%), составившие группу "D". Надзор над группами "А" и "В" был передан в ведение НБЮ, а одной из функций реорганизованного Федерального агентства по страхованию депозитов и банковской реструктуризации (Federal Agency for Deposit Insurance and Bank Rehabilitation – BRA) стало проведение санации или ликвидации банков групп "С" и "D".

Следует отдать должное сербским чиновникам, рьяно взявшимся за реализацию данной стратегии реструктуризации банковской отрасли страны. В октябре 2001 года в Сербии принимается новый закон о банковских банкротствах. Во второй половине того же года все 19 банков группы "D" (относительно небольшие, недостаточно капитализированные и неэффективные учреждения) были закрыты. Кроме того, правление BRA по рекомендации НБЮ приняло решение списать акционерный капитал пяти крупнейших банков государства группы "С". Ситуация в этих институтах, созданных еще до 1989 года, была критической из-за бремени недействующих замороженных активов и обязательств в форме долгосрочных кредитов в иностранной валюте и валютных депозитов. BRA выступило в роли эксклюзивного владельца этих пяти банков, осуществив в них кадровые перестановки и полностью обновив команды менеджеров среднего и высшего звена. Вместе с тем, детальный анализ балансовых показателей, счетов прибылей и убытков этих институтов подтвердил, что они практически неплатежеспособны, несут постоянные операционные убытки и имеют серьезные проблемы с ликвидностью.

В этой связи руководящие денежно-кредитные органы Сербии по согласованию с сербским правительством приняли решение закрыть и ликвидировать четыре из пяти данных банков. Соответствующие распоряжения об инициировании процедуры банкротства в отношении этих институтов были опубликованы 3 января 2002 года. Следует отметить, что в Beobanka, Beogradska Banka, Investbanka и Jugobanka было сосредоточено почти 60% всех банковских активов Сербии и 2/3 просроченных коммерческих кредитов, выданных нефинансовому сектору государства. После некоторых задержек, связанных с протестами их служащих, четыре банка в течение января 2002 года были переданы под эффективный контроль BRA. Принятие решения по Borska Banka было отложено, в связи с тем что он был важным экономическим и политическим игроком для национальной медной промышленности, а также занимал прочные позиции в ряде регионов Сербии.

Сербские власти указали такие причины ликвидации четырех вышеупомянутых банков как отсутствие финансовых ресурсов, необходимых для их санации, которые оценивались в $3.8 млрд. (в 2001 году – 38% от ВВП) и превосходили по своему объему гарантированные сербским правительством выплаты Лондонскому и Парижскому клубам, а также размеры валютных депозитов, замороженных в этих банках в начале 90-х годов, и то, что с учетом кризисной ситуации закрытие проблемных банков вряд ли могло еще более подорвать доверие сербского общества к финансовой системе государства. В конечном итоге так и произошло: действия сербских властей по ликвидации неплатежеспособных банков получили одобрение большей части населения страны.

Зарубежные инвесторы

Завершив операцию по закрытию Beobanka, Beogradska Banka, Investbanka и Jugobanka, власти Сербии совместно с НБЮ предприняли ряд шагов по наращиванию и укреплению потенциала Центрального банка в сфере банковского надзора, контроля за нормативной и регулятивной средой. В середине 2002 года парламент Сербии утверждает поправки к закону "О банках и других финансовых институтах", что помогло НБЮ издавать или модифицировать регулятивные нормативы и правила банковского надзора без их последующего прохождения и утверждения в парламенте, как это было заведено ранее. Это повысило уровень регулятивного влияния национальных финансовых органов и их гибкость в плане реагирования на меняющиеся обстоятельства в финансово-экономической жизни страны. Несмотря на ужесточение ряда регулятивных нормативов, особенно касающихся создания достаточных резервов капитала для покрытия рисков, сербские банки получили возможность проводить более транспарантную и открытую политику по отношению как к государству, так и к своим клиентам.

Благодаря проведению ряда мер по консолидации финансовой отрасли к середине 2002 года количество банков в Сербии уменьшилось до 48. С 2001 года НБЮ и BRA последовательно укомплектовывали свои штаты профессиональными первоклассными специалистами, что существенно улучшило банковский надзор и управление финансовыми институтами в государстве. В этот же период велась активная работа по ревизии банковских законов и регулятивных нормативов и приведению их в соответствие с международными стандартами и требованиями ЕС.

Конечно, нельзя считать, что реформа банковского сектора Сербии проходила гладко и без каких-либо сбоев. Так, несмотря на повышение доверия общества к банковской системе государства большая часть населения продолжала хранить свои валютные сбережения где угодно, но только не в финансовых институтах. То, что им доверяют далеко не все сербы, показала проведенная в начале 2002 года операция по замене наличных немецких марок на евро. Для проведения подобной конвертации требовалось положить на счет наличные марки, которые затем конвертировались в евро. Таким образом, конвертации в евро подверглась сумма в размере DEM7.8 млрд., однако со счетов было снято около 2/3 от полученной в результате обмена суммы в евро. Но даже тот @1 млрд., оставшийся на банковских счетах, как показали последующие события, в немалой степени содействовал дальнейшему развитию банковской отрасли Сербии.

Между тем, в начале нового века зарубежные банковские институты предпринимают первые шаги по проникновению в финансовую отрасль Сербии. Так, с конца 2000 года по декабрь 2002-го НБЮ выдал восемь новых банковских лицензий, семь из которых получили банки, владельцами которых были зарубежные финансовые институты. В их число вошли Micro Finance Banka (принадлежит группе немецких и нидерландских банков, ЕБРР и Международной финансовой корпорации), Alfa Banka (им владеют россияне), HVB Banka (Германия/Австрия), National Bank of Greece (частный греческий кредитный институт), Raiffeisenbank Jugoslavija (Австрия), Delta Banka (Кипр), Zepter Banka (Швейцария). Французский банк Societe Generale получил лицензию на ведение операций в Югославии еще в начале 90-х годов. В октябре 2002 года австрийский Alpe-Adria-Bank приобрел контрольный пакет акций в сербском институте Depozitno-Kreditna Banka. По данным на конец 2001 года, в зарубежных банках было сосредоточено 13% всех активов сербской банковской отрасли.

По мнению международных финансовых аналитиков, зарубежные банки сыграли ключевую роль в возрождении и укреплении доверия сербского населения к банковскому сектору страны, а также аккумулировали львиную долю новых депозитов национальных вкладчиков. Вместе с тем, многие сербы продолжали с недоверием относиться к местным банкам и кредитным институтам, храня деньги в авторитетных зарубежных банках с устоявшейся репутацией. Так, к примеру, по данным на конец 2001 года, в Сербии около 2/3 всех незамороженных счетов было сосредоточено в банках с иностранным капиталом.

С другой стороны, правда, по состоянию на начало 2003 года, лишь только два иностранных банка – Raiffeisenbank Jugoslavija и Societe Generale Yugoslav Bank – входили в десятку крупнейших по объемам активов банков страны. В этом плане банковский сектор Сербии отличался от финансовых систем Хорватии, Болгарии, Румынии и других центральноевропейских государств, где зарубежные банки уже на то время занимали лидирующие позиции по такому показателю как объем банковских активов. Как бы там ни было, но к началу 2003 года в Сербии был завершен период, когда иностранные банки могли получать лицензию для работы на местном рынке. Далее иностранные банки могли "внедряться" на внутренний рынок лишь путем приобретения акций сербских банков.

Для реализации этой программы НБС обязал коммерческие банки эмитировать и передать в собственность государства акции на сумму, эквивалентную задолженности перед Парижским и Лондонским клубами с последующим безвозмездным их переходом в собственность государства. При этом, законом было предписано, что номинальная стоимость одной акции всех банков, за исключением Capital Banka, должна составлять $150.

В результате проведенной операции государство стало владельцем части капитала 16 из 48 коммерческих банков. В соответствии со специально принятым Законом в целях привлечения иностранного банковского капитала государственные акции должны были быть проданы зарубежным стратегическим партнерам. По планам Национального банка Сербии продажа государственных пакетов акций в коммерческих банках должна была начаться во второй половине 2003 года. По существу это означало открытость финансового рынка для иностранных банков при существовании определенного государственного механизма предотвращения их неограниченной экспансии.

По состоянию на начало 2004 года, зарубежные инвесторы владели контрольным пакетом акций в 16 сербских банках, совокупный объем активов которых составлял 40% всех банковских активов страны. В ближайшее время эта доля сербских активов, контролируемых иностранными институтами, наверняка возрастет, поскольку в недалеком будущем должны быть приватизированы еще три местных банк – Jubanka (пятый по величине банк Сербии), Novosadska Banka и Continental Banka. От их продажи правительство намерено получить порядка $260 млн. Кроме того, в настоящее время в двух других государственных банках – Vojvodjanska Banka и Komercijalna Banka – идет реструктуризация с целью подготовки их к приватизации, которую намечено провести в 2005 году. По мнению сербских экспертов, участие зарубежных инвесторов в банковском секторе страны содействует созданию здесь здоровой конкуренции, улучшению качества финансового сервиса, проведению дальнейшей консолидации отрасли и обеспечению высоких результатов деятельности местных финансовых институтов.

Так, по данным Национального банка Сербии (НБС), за право покупки 88% акций пятого по величине сербского банка Jubanka будут бороться семь авторитетных международных финансовых институтов, в том числе – Alpha Bank (Греция), Erste Bank (Австрия), Bank Austria-Creditanstalt (Австрия), Societe Generale (Франция), UniCredito (Италия), Nova Ljubljanska Banka (Словения) и GE Capital (США). У большинства из них уже имеются прочные позиции на финансовых рынках Центральной и Юго-Восточной Европы. По данным же Министерства международных экономических отношений Сербии, особую заинтересованность в приватизации двух крупных банков страны – Komercijalna Banka и Vojvodjanska Banka – проявляет известная итальянская банковская группа Banca Intesa.

Интересен и другой факт; по данным НБС, на ноябрь 2004 года банком № 1 среди всех институтов, ведущих операции на сербском рынке, по таким показателям как совокупный объем активов, кредитный портфель, общее количество депозитов и размеры получаемой прибыли был признан австрийский Raiffeisenbank a.d, Belgrade. Всего за три года функционирования в Сербии он вышел на первое место по объему банковских активов, совокупный размер которых, по состоянию на ноябрь 2004 года, составлял @802 млн. По этому показателю Raiffeisenbank a.d, Belgrade опережает занимающие в этом рейтинге второе и третье места Delta Banka и Komercijalna Banka соответственно на @130 млн. и @200 млн. Среди зарубежных банков, действующих в Сербии, идущий на втором месте Societe Generale Bank имеет активов на @500 млн. меньше, чем Raiffeisenbank a.d, Belgrade. За последнее время австрийский банк выдал сербским компаниям, а также частным предпринимателям и физическим лицам кредиты на общую сумму @521 млн., что на @180 млн. больше, чем тот же Delta Banka. Уверенно держит лидерство Raiffeisenbank a.d, Belgrade и по такому показателю как совокупный объем привлеченных депозитов, располагая клиентскими счетами на общую сумму @718 млн.

Становлению банковской отрасли страны способствовало также принятие в середине 2003 года нового закона о Национальном банке Сербии, который полностью соответствовал европейским стандартам и провозгласил НБС независимым финансовым институтом, осуществляющим общий банковский надзор над всей финансовой отраслью страны. Наряду с этим, сербскими властями также были внесены основополагающие изменения в федеральный закон "О банках" с учетом требований европейских нормативов, что обеспечило большую безопасность банковским операциям, а также создало условия для развития межбанковского денежного рынка. В целом же за последние четыре года в Сербии было принято около 25 новых законов, регулирующих деятельность национальной банковской отрасли в соответствии с требованиями нормативов ЕС; ключевыми из них, в частности, стали законы о реформе платежной системы, внедрении в обращение новых банковских продуктов и услуг, лизинговых финансовых операциях, подготовке банковского персонала и пр.

Черногория

идет своим путем

Черногория в стремлении показать свою независимость от федеральных властей СРЮ в 2000 году решила проводить самостоятельную монетарную политику и тогда же приступила к самостоятельному реформированию собственного банковского сектора. Так, в середине 2000 года Валютный совет Черногории объявляет об окончательном выходе из зоны единой югославской валюты, так что вплоть до введения в 2002 году евро в качестве единственного наличного платежного средства использовалась немецкая марка. Правительство Черногории приступило к обмену югославских динаров на немецкие марки в ноябре 2000 года (марка имела хождение в республике с июня того же года параллельно с динаром). В начале ноября 2000 года парламент Черногории учредил республиканский Центральный банк (Central Bank of Montenegro – CBM) для создания независимой денежной системы и подготовки банковской реформы в стране.

CBM приступил к операционной деятельности в начале 2001 года, зоной его ответственности стали операции по лицензированию кредитных институтов, осуществлению банковского надзора и контроля над платежной системой. В соответствии с установленным в Черногории монетарным режимом CBM не был наделен полномочиями предоставлять займы правительству или национальным кредитным институтам.

Сразу же после своего создания Центральный банк Черногории приступает к проведению реформы национальной банковской отрасли при поддержке зарубежных доноров. Безусловно, финансовой системе Черногории в то время были присущи те же характерные черты, что и банковскому сектору Сербии: крупные объемы замороженных депозитов и кредитов, низкий уровень доверия клиентов к банкам, тесные "традиционные" связи между акционерами и заемщиками и т.д. В этой связи в начале 2001 году всем банкам страны предписывалось провести оценку своего состояния и подать заявки на получение новых банковских лицензий. По данным на конец 2002 года, семи банкам были повторно выданы лицензии, два банка (в том числе один зарубежный) получили новые лицензии, а в отношении еще двух кредитных институтов была начата процедура ликвидации (одним из них стало дочернее подразделение Jugobanka, которое было закрыто белградскими властями в начале 2002 года). Крупнейший банк Черногории Montenegrobanka был передан CBM во временное администрирование.

Таким образом, на начало 2003 года в республике функционировало 11 банков, контрольный пакет акций двух из которых находился в собственности зарубежных владельцев. Так, мажоритарным акционером Euromarket Bank был Фонд Сороса (Soros Economic Development Fund), а крупнейшим акционером Opportunity Bank – христианская неприбыльная организация Opportunity International Canada. Что касается Montenegrobanka, переданного под управление CBM, то в отношении него в декабре 2001 года правительством был утвержден специальный план по реорганизации и реструктуризации, в соответствии с которым в начале 2002 года около 2/3 персонала банка (примерно 300 служащих) было уволено, с его баланса были списаны замороженные сбережения и долгосрочные кредиты в иностранной валюте. После завершения процедуры временного администрирования Montenegrobanka был возвращен своим бывшим владельцам для дальнейшего управления, а в середине 2002 года было принято решение о проведение тендера по выбору стратегического инвестора для его приватизации.

Следует также отметить и то, что с середины 2001 года власти Черногории предпринимают меры по установлению более жесткого контроля над большим количеством (более 500) оффшорных банков. Оффшорный банковский бизнес зародился в Черногории еще в 1996 году, управление им осуществлялось на базе специального законодательства. Этот бизнес был достаточно прибыльным, поскольку здесь действовали различные налоговые преференции и сохранялась тайна вкладов. Лицензирование оффшорных банков проводилось Министерством финансов, так что они находились вне сферы ответственности CBM. Вместе с тем, под давлением ЕС и США власти Черногории в середине 2002 года вынуждены были отменить данное законодательство и предложить оффшорным институтам самоликвидироваться, заняться иной деятельностью или передислоцироваться в любой другой регион мира. По последним данным, из прежних 500 оффшорных банков на сегодняшний день лишь 15 институтов продолжают размещать свою рекламу в Интернете.

Мероприятия по дальнейшему реформированию банковской отрасли Черногории были продолжены в 2003 году. Так, в этот период завершилась приватизация Montenegrobanka, был ликвидирован обанкротившийся Ekos Bank, приняли закон "О защите депозитов" (Deposit Protection Law), ввели меры по предотвращению функционирования в Черногории бывших оффшорных банков. Продажа Montenegrobanka стратегическому инвестору из Словении, входящему в состав бельгийской финансовой группы KBC, повысила конкуренцию в банковской отрасли Черногории и открыла двери для новых стратегических партнеров, готовых участвовать в приватизации других банков республики.

С другой стороны, издав распоряжение о ликвидации Ekos Bank, Центральный банк Черногории дал ясно понять всем финансовым институтам республики, что не намерен мириться с сомнительными операциями, включая незаконные банковские сделки и информационный подлог. Это лишний раз убедило черногорские банки в том, что CBM стремится повысить уровень безопасности финансовых трансакций, в частности, и всей банковский отрасли государства в целом. Как заявили по этому случаю представители CBM, выданная однажды банку лицензия абсолютно не означает, что она предоставлена ему навечно. По их мнению, все регулятивные нормативы в отношении банковской деятельности должны строго и всесторонне соблюдаться, поскольку в противном случае страдать будут не столько акционеры и менеджеры банка, сколько владельцы депозитов, т.е. банковские клиенты.

Вступление в Черногории в силу "Закона о защите депозитов" повысило уровень доверия банковских клиентов к финансовой отрасли страны. Сегодня в республике гарантируется быстрая выплата всех депозитов на сумму до @5 тыс. (в перспективе она будет увеличена), за исключением случаев банкротства или ликвидации банка. С другой стороны, в 2003 году в Черногории был также принят закон об обслуживании внешнего долга и замороженных вкладов в иностранной валюте, что дало возможность создать механизм выплат по таким депозитам и укрепить лояльность потребителей к банковскому сектору страны. Кроме того, последовательная ликвидация замороженных вкладов в иностранной валюте, по мнению местных экспертов, повысит привлекательность финансовой отрасли Черногории для иностранных инвесторов.

По состоянию на середину 2004 года, в состав банковской системы Черногории входило десять банков, причем, лишь только в двух из них государство владело более 50% капитала, еще в двух его доля составляла от 20 до 50%. Совокупный объем активов этих банков достигает @67 млн., или 19.13% от всех банковских активов финансовой отрасли Черногории. Интересно, что в 2001 и 2002 годах этот показатель составлял соответственно 62 и 30.9%, что свидетельствует о последовательном переходе банковских активов республики в частные руки, в том числе и зарубежным инвесторам.

Таким образом, по мнению международных аналитиков, реформирование банковских секторов Сербии и Черногории постепенно набирает обороты. Учитывая стремление обеих республик при новом демократическом руководстве во что бы то ни стало вступить в перспективе в Европейский Союз (независимо от того, порознь или сообща), можно предположить, что и дальнейшее становление финансовой отрасли в этих странах будет проходить в соответствии с требованиями ЕС. Представляется также, что в создании европейской модели банковских систем в Сербии и Черногории заинтересованы и сами финансовые структуры ЕС, стремящиеся к унификации банковской среды на всех просторах Союза.

Олег Зайцев,
по материалам
The Development of Banking in Serbia and Montenegro, siepa.sr.gov.yu, pwcglobal.com, cb-mn.org

 
© агенство "Стандарт"