журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Международные банки

Банковское регулирование

БАНКОВСКИЕ СТРАТЕГИИ

Банковская деятельность

Банковское оборудование

Информационные технологии

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

Новые рыночные страны

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №9, 2004

Международные банки

Создание супербанка как вынужденная мера

Японский банк UFJ под угрозой банкротства собирается объединиться с более крупным и стабильным финансовым институтом

Развитие событий в банковском секторе Японии приобретает сенсационный характер: в ближайшие месяцы должно состояться слияние двух банков "большой четверки", что приведет к образованию крупнейшей в мире финансовой группы по величине активов. Инициатор объединения – банк UFJ Holdings, который не сумел решить свою проблему безнадежных кредитов и в условиях ужесточения регулятивных положений вынужден прекратить самостоятельное функционирование. Однако второй участник будущей сделки еще не определился. Исходно предполагалось, что дружественное поглощение UFJ осуществит самый эффективный банк страны Mitsubishi Tokyo (MTFG), 16 июля потенциальные партнеры уже подписали меморандум о взаимопонимании, однако этот сценарий пришелся не по вкусу банку Sumitomo Mitsui (SMFG), который вознамерился любой ценой сорвать объединение конкурентов. С этой целью SMFG затеял судебные тяжбы и сделал собственное предложение UFJ, в котором обозначены более выгодные условия слияния. Однако независимо от того, будет заключен союз "по любви" (с MTFG) или "по расчету" (с SMFG), объем активов объединения окажется большим, чем у нынешнего лидера мирового рынка Citigroup, так что новая группа будет играть важную роль как внутри Японии, так и на международной арене.

Три хороших банка

и один UFJ

Реформы японского правительства, направленные на оздоровление финансовой системы страны, привели к консолидации банковского сектора. В 1999-2001 годы в стране появились четыре крупных банка – Mizuho, SMFG, MTFG и UFJ, образованные в результате слияния нескольких меньших по размеру финансовых институтов из первой двадцатки ведущих банков Японии. Ожидалось, что укрупнение в комбинации с инъекцией бюджетных средств в начале 1999 года обеспечит быстрое восстановление финансового здоровья этих банков, которые в условиях десятилетней депрессии были практически доведены до банкротства огромной массой невозвращенных кредитов. Фактически в конце 90-х годов только щедрая государственная помощь предоставила японским банкам возможность выжить, когда после обвала на рынке недвижимости спекулянты были не способны вернуть им огромные суммы кредитов.

Тем не менее, восстановление финансовой стабильности сектора происходило значительно медленнее, чем ожидалось. Банки не решались на проведение болезненных, но необходимых оздоровительных мер, в результате последующие реформы включали резкое ужесточение регулятивных требований. Главный орган банковского надзора Financial Services Agency (FSA) возглавил в конце 2002 года министр экономики Хейзо Такенака, который немедленно после назначения на этот пост пригрозил банкам национализацией в случае, если они не сумеют самостоятельно решить свои проблемы. Более пятнадцати институтов получили письменные предупреждения, что им следует начать давать прибыль, иначе в их отношении будут предприняты самые жесткие меры – от отставки членов правления до выкупа государством их контрольного пакета акций. Осознав серьезность намерений правительства, банки активно занялись списанием безнадежных займов. В результате в 2003/2004 финансовом году (апрель/март) три крупнейших финансовых института страны – Mizuho, Mitsubishi Tokyo и Sumitomo Mitsui – сократили общий объем невозвращенных кредитов на 47%. Более других преуспел в этом отношении Mitsubishi Tokyo, которому удалось уменьшить объем проблемных активов почти на две трети, а на волне начавшегося подъема экономики даже получить весьма неплохую прибыль – порядка 561 млрд. иен (более $5.1 млрд.).

Однако у UFJ, последнего из членов "большой четверки", дела обстояли значительно хуже: за прошедший финансовый год банк списал только 500 млрд. иен безнадежных долгов, хотя ожидалось, что их объем будет сокращен на 1.3 трлн. иен. В результате сумма "плохих" кредитов этого банка, по состоянию на 31 марта 2004 года, превышала 4 трлн. иен, а чистые убытки составили 402 млрд. иен ($3.67 млрд.), причем, суммарно за последние три года их объем дошел до $20 млрд. По мнению аналитиков, без значительных инвестиций со стороны отношение капитал/активы, которое у UFJ в конце марта находилось на уровне 8.36%, к концу сентября будет составлять менее 8%, т.е. ниже минимального предела достаточности капитала, определенного Базельским комитетом банковского надзора при Банке международных расчетов, фактически формирующем международные стандарты банковской деятельности. На фоне того, что другие банки за это же время снизили сумму "плохих" кредитов почти вдвое, а MTFG, который оказался успешнее остальных, даже получил прибыль несмотря на огромные списания, положение UFJ стало критическим. Руководители FSA обвинили банк во множестве грехов, включая неудовлетворительное состояние внутреннего контроля. Более того, проведенное FSA расследование показало, что банк сознательно вводил в заблуждение регулятивные органы относительно своего финансового состояния и предоставлял фальсифицированные данные. Поэтому сейчас UFJ грозят еще и штрафы, не говоря уже о возбуждении уголовных дел – решение по этим поводам пока не принято. Сгустившиеся над UFJ тучи вынудили его акционеров предпринять решительные меры для вывода банка из финансового кризиса.

В апреле была проведена замена большинства топ-менеджеров UFJ; новая команда разработала новый антикризисный бизнес-план, включавший распродажу активов. Выполнение этой программы началось незамедлительно: уже в мае UFJ подписал предварительное соглашение о продаже своего трастового подразделения банку Sumitomo Trust & Banking Co, тесно связанному с Sumitomo Mitsui Financial Group (SMFG) – третьей по размерам финансовой группой Японии, созданной в октябре 1999 года посредством слияния Sumitomo Bank и Sakura Bank. Однако немного позднее у менеджеров банка появилась новая идея, реализация которой открывала возможность радикального решения всех финансовых проблем UFJ. Они предложили второму по размерам и наиболее эффективному банку Японии Mitsubishi Tokyo осуществить полное слияние всех активов. Предложение было весьма заманчивым, так что переговоры длились недолго: уже 16 июля MTFG и UFJ подписали меморандум о взаимопонимании, по которому UFJ согласился вести с MTFG эксклюзивные переговоры (их срок истек 31 августа) об объединении, которое приведет к созданию крупнейшей в мире банковской группы с суммарными активами около $1.74 трлн. (у нынешнего лидера мирового рынка Citigroup – $1.32 трлн.).

Однако практически сразу после объявления об этой сделке выяснилось, что идея поглощения UFJ представляется разумной не только Mitsubishi; как оказалось, проблемный банк представляет интерес и для SMFG. Эта группа начала борьбу за его приобретение, когда сделка UFJ-MTFG была уже согласована на всех уровнях, и не исключено, что сумеет в этом преуспеть. Существенно то, что, если победа будет за Sumitomo Mitsui, активы объединенного банка окажутся ненамного меньшими: они составят около $1.6 трлн. Впрочем, в любом случае крупнейшая финансовая группа мира обретет японскую прописку.

Анатомия гиганта

Предстоящее слияние – наиболее впечатляющее проявление реформ в банковском секторе Японии после создания "большой четверки", а сам факт конкуренции за приобретение UFJ свидетельствует о радикальном изменении менталитета японских банковских корпораций. Фактически это первый такой случай в истории японского рынка слияний и поглощений, причем, обнаружилось, что в этой борьбе используется оружие, созданное по западным образцам. При этом, ценовая война между Sumitomo и Mitsubishi полностью соответствует интересам UFJ, и теперь акционерам этого проблемного банка остается выбрать то предложение, которое окажется наиболее выгодным. Правда, сделать оптимальный выбор – весьма непростая задача.

В случае с Mitsubishi Tokyo называть сделку "слиянием", вероятно, не стоит: UFJ – самый проблемный из четырех крупнейших кредитных банков, тогда как MTFG – наиболее успешный, прочный в финансовом отношении и эффективный институт страны. Фактически само решение UFJ относительно этой сделки свидетельствует о том, что банк не способен функционировать самостоятельно в условиях ужесточения регулятивных положений, поэтому в данном случае речь может идти, скорее, о дружественном поглощении конкурента, чем о слиянии. При этом, даже после того как объединение состоится, партнерам предстоит приложить немало усилий, чтобы полностью решить проблемы UFJ. На этом пути им придется преодолеть ряд препятствий, существенных даже для такого высокоэффективного банка как MTFG.

Прежде всего, для восстановления финансовой жизнеспособности UFJ необходимы огромные инвестиции. Деньги требуются не только для списания безнадежных кредитов, но и для оплаты акций, которые перешли в государственную собственность в обмен на бюджетные вливания в UFJ, сделанные в конце 90-х годов для спасения его предшественников от банкротства. Эти преференциальные акции на сумму $12.7 млрд. MTFG предпочитает выкупить до слияния, чтобы освободиться от государственного контроля над будущим объединением. Чтобы организовать необходимое финансирование, MTFG обратился к другим членам группы Mitsubishi с просьбой принять участие в выкупе части этих акций UFJ, но она вызвала серьезные разногласия в тесно сплоченной финансово-промышленной группе.

В принципе, Mitsubishi – один из самых почтенных японских конгломератов, составляющие группу 29 компаний играют важную роль в экономике страны. Однако многие из них оказались в трудном положении после многолетней экономической депрессии, поэтому не склонны рисковать собственной жизнеспособностью, инвестируя в другие проблемные компании. Определенное недовольство возникло еще весной, когда запрос о финансировании поступил от проблемного производителя автомобилей Mitsubishi Motors (MMC), для спасения которого от банкротства необходимо в общей сложности 190 млрд. иен. В этой ситуации Mitsubishi Heavy Industries, Mitsubishi Corporation и другие промышленные компании и группы приобрели преференциальные акции MMC на сумму 140 млрд. иен, а банк MTFG согласился заменить долг в 130 млрд. иен акционерным капиталом. Однако, прежде чем пойти на это, компании оказали серьезное сопротивление центральному руководству: акционеры Mitsubishi Heavy Industries попытались (правда, безуспешно) добиться судебного запрета на такие инвестиции, а остальные члены группы, в частности – Mitsubishi Electric, согласились помочь MMC только после того, как высказали свои категорические претензии руководству. И вот в июле, всего через несколько недель после этого редчайшего для группы примера неповиновения, поступила просьба о финансировании приобретения UFJ. Понятно, что это обусловило дополнительную напряженность в отношениях между дочерними компаниями Mitsubishi.

Другие препятствия, которые потенциальным партнерам придется преодолеть в процессе объединения, связаны с тем, что UFJ, образованный в апреле 2001 года при слиянии Sanwa Bank и Tokai Bank, до сих пор не сумел интегрировать деятельность составивших его институтов. Если объединение с Mitsubishi Tokyo состоится, его менеджерам придется решать эту непростую задачу. Далее, MTFG – член финансово-промышленной группы, которая традиционно не приемлет в своей структуре чужеродного бизнеса и пришлых менеджеров, поэтому в процессе интеграции неизбежно возникнут серьезные трения. Кроме того, безнадежные долги UFJ, которые превратятся в проблему объединенной группы, изрядно снизят коэффициент достаточности капитала MTFG – от 12.95% в настоящее время до 11.24%. Понятно, что этот факт вызывает определенное беспокойство у акционеров Mitsubishi Tokyo.

Перечень проблем можно было бы продолжить, но это не имеет смысла; очевидно, что для обоих потенциальных партнеров преимущества сделки значительно перевешивают негативные последствия. Именно по этой причине известие о предстоящей сделке привело к резкому скачку курсов обоих банков: акции MTFG подскочили на 10.5%, а UFJ – на 10.6%. Преимущества UFJ очевидны и связаны с мощной финансовой базой MTFG, который первым из японских банков вернул государству все средства, затраченные на его спасение в разгар кризиса. В свою очередь, MTFG рассчитывает за счет слияния с UFJ значительно расширить свою деятельность в сфере розничных банковских операций; у проблемного банка этот бизнес поставлен на прочную основу и развит достаточно широко. Учитывая, что японцы хранят на своих сберегательных и депозитных счетах в общей сложности около $12 трлн., розничная сеть UFJ представляет собой весьма ценное приобретение. Да и в целом активы обоих институтов прекрасно дополняют друг друга, и это обеспечит объединенному банку доминирующее положение во всех сегментах японского рынка.

Понятно, что после слияния MTFG сразу оставит далеко позади своего ближайшего конкурента – крупнейший в настоящее время банк Mizuho. Mitsubishi Trust & Banking, подразделение MTFG, представляет собой крупнейший по величине активов трастовый банк Японии, так что его консолидация с UFJ Trust обеспечит группе долгосрочное лидерство в этой сфере. Аналогичные преимущества принесет слиянию и объединение брокерских подразделений Mitsubishi Securities и UFJ Tsubasa Securities, из которых будет создан новый банк – Mitsubishi UFJ Securities Co. Кроме того, в результате слияния MTFG получит многочисленных розничных клиентов от UFJ и его портфель корпоративных займов мелким и средним предприятиям. Это обеспечит существенную экономию на масштабах, поскольку общий портфель займов новой компании окажется удачно сбалансированным: MTFG выдает 53% всех кредитов крупным корпорациям и зарубежным компаниям, а UFJ предоставляет 64% своих займов физическим лицам и мелким предприятиям. В отношении географического охвата рынка потенциальные партнеры тоже идеально подходят друг другу: 77% отделений MTFG находятся в восточной Японии, а 62% розничных точек UFJ функционируют в центральной и западной частях страны. Разумеется, принесет выгоду и сокращение персонала отделений банков в тех регионах, где они до сих пор выступали в роли конкурентов. В этих условиях объединение деятельности MTFG, который специализируется на продаже оптовых услуг, с развитым розничным бизнесом UFJ должно принести неплохие дивиденды.

Кроме того, гигантский размер активов объединения ($1.74 трлн.) предоставит ему прочные позиции в конкуренции с лидирующими финансовыми институтами мира – Citigroup, JP Morgan & Co и HSBC. Разумеется, в отношении рыночной капитализации новая группа MTFG/UFJ ($85 млрд.) будет отставать от Citigroup ($234 млрд.) и HSBC ($161 млрд.), тем не менее, ее роль на международной сцене станет весьма значительной. Уже сейчас из всех крупных японских кредитных банков у MTFG самые прочные позиции на мировом рынке, так как его филиалы действуют в 40 странах, а после реорганизации деятельности внутри страны группа планирует расширить свои операции за рубежом.

Таким образом, новая холдинговая компания, которую потенциальные партнеры намереваются назвать Mitsubishi UFJ Holdings, имеет все шансы на успех. Ее акции предполагается выпустить в обращение на биржах Нью-Йорка, Лондона, Токио, Осаки и Нагои. По условиям базового соглашения, ее президентом станет нынешний президент MTFG Нобуо Куроянаги, а пост председателя правления займет президент UFJ Holdings Роусуке Тамакоси. Было объявлено, что полное слияние активов компании планируют завершить до 1 октября 2005 года.

Кто будет

третьим лишним?

Тем не менее, этот радужный сценарий был нарушен вмешательством Sumitomo Mitsui – третьего по величине банка страны. Очевидно, что появление в стране конкурента подобных масштабов вытеснит SMFG на задворки рынка, поэтому банк предпринял все необходимые меры, чтобы не допустить этого. В результате дальнейшее развитие событий приобрело драматический характер, совершенно необычный для японского бизнеса.

Sumitomo Mitsui в стремлении предотвратить слияние MTFG с UFJ начал свои враждебные действия через сестринский банк Sumitomo Trust & Banking, который обратился в суд, чтобы добиться запрета на сделку на том основании, что она не совместима с заключенным ранее предварительным соглашением о продаже трастового подразделения UFJ (за $2.76 млрд.) дочерней компании группы Sumitomo. Этот иск был подан в нарушение всех традиций; до сих пор японские компании предпочитали улаживать все разногласия вне суда, юридические же баталии, связанные с приобретениями и слияниями, были крайне редки. Разумеется, UFJ предложил Sumitomo Trust компенсацию за разрыв этой сделки, но банк гордо отказался от отступных: его юристы заявили, что "это – дело чести". Поэтому токийский окружной суд продолжил рассмотрение иска и неожиданно для всех 27 июля UFJ получил судебное предписание, обязывавшее его временно приостановить переговоры о слиянии с MTFG. Токийский суд намеревался рассмотреть дело в двух его аспектах: во-первых, требовалось принять решение, причинит ли ущерб Sumitomo Trust разрыв соглашения о приобретении UFJ Trust (очевидно, что на этот вопрос ответ может быть только положительным), и, во-вторых, следовало определить размер компенсации, которую UFJ должен выплатить этому банку за срыв сделки.

По мнению японских юристов, у Sumitomo Mitsui практически нет шансов воспрепятствовать слиянию UFJ и MTFG в судебном порядке, поскольку юридические основания для этого практически отсутствуют. Действительно, в упомянутом предварительном соглашении о продаже UFJ Trust никаких штрафов за аннулирование сделки оговорено не было, а японское коммерческое законодательство не предусматривает судебного запрета на слияние, который можно было бы наложить из-за разрыва предыдущего контракта. Да и прецеденты подобных исков отсутствуют. Такого рода процессы часты в США, но в Японии этого до сих пор не случалось. Правда, на чем именно Sumitomo Trust основывает свой иск, обнародовано не было; возможно, банк выдвигает обвинения в недобросовестной конкуренции или незаконных корпоративных действиях. Как бы там ни было, по мнению Мэтью Уилсона, адъюнкт-профессора права в токийском Temple University, шансы выиграть дело у поправшего все традиции Sumitomo невелики, тем более что, если бы даже это и произошло, у MTFG появились бы основания для аналогичного иска…

Однако не исключено, что при помощи этого разбирательства SMFG просто пытался выиграть время: задержка, обусловленная судебным предписанием, предоставила Sumitomo Mitsui возможность сделать собственное предложение UFJ Holdings о слиянии активов, не относящихся к трастовой сфере (никаких запретов на подобные переговоры суд не накладывал). Предложение заключалось в том, что активы Sumitomo Trust будут интегрированы с UFJ Trust, а остальные подразделения UFJ объединятся с SMFG. Правда, банк Sumitomo Trust никогда не был частью SMFG или его предшественников, но обе группы входят в состав холдинговой компании Sumitomo со времен Второй Мировой войны, так что их операции тесно связаны между собой.

Разумеется, возмущенные подобными действиями Sumitomo топ-менеджеры UFJ с негодованием отвергли это предложение (хотя и более выгодное) и обратились с апелляцией в более высокую судебную инстанцию. Однако Sumitomo использовал вынужденный перерыв в переговорах между UFJ и MTFG, для того чтобы продвигать собственную оферту, причем, в отличие от MTFG широко освещал содержание своих предложений в прессе, имея целью оповестить акционеров UFJ о предлагаемой цене. Разумеется, после решительного отказа проблемного банка от слияния с SMFG эти действия выглядят лишь попыткой враждебного поглощения, тем не менее, не исключено, что Sumitomo сумеет преуспеть в переговорах, поскольку предложение этого банка более привлекательно для акционеров UFJ.

Таким образом, хотя для Японии это совершенно необычно, за приобретение проблемного банка разгорелась ожесточенная борьба. Прежде всего, Sumitomo в отличие от MTFG предлагает слияние "на равных" (обмен акций предполагается осуществить как 1:1). Кроме того, помимо оплаты акций, это предложение включает инвестиции в UFJ в сумме 700 млрд. иен ($6.3 млрд.), тогда как MTFG исходно планировал сделать финансовые инъекции в сумме 300-500 млрд. иен и провести обмен акций с коэффициентом 2.2-2.5:1. Поэтому в начале августа акционеры UFJ, включая ABN Amro Asset Management и Anima SpA, потребовали, чтобы менеджмент тщательно изучил предложение SMFG, хотя к этому времени суд высшей инстанции уже отменил решение токийского суда, так что переговоры с MTFG возобновились.

Однако MTFG не собирается сдаваться и уступать контроль над UFJ конкуренту. В этой ситуации он изменил свое исходное предложение и тоже согласился до конца сентября выделить UFJ $6.3 млрд. для компенсации убытков, обусловленных невозвращенными долгами. Кроме того, если исходно предполагалось, что в правлении объединенной компании будут доминировать менеджеры MTFG, то теперь основные посты уже предложены руководителям UFJ, а ведущие сотрудники Mitsubishi Tokyo будут управлять оперативной деятельностью. Ответный жест Sumitomo Mitsui стал известен 24 августа: группа предложила заплатить за UFJ Holdings $29 млрд., т. е. на 23% больше рыночной капитализации этого проблемного банка. Понятно, что акционеры UFJ просто не могут проигнорировать это предложение, и теперь, чтобы не выбыть из игры, MTFG придется изменить исходно предполагавшийся коэффициент обмена акций. Таким образом, за контроль над UFJ идут настоящие банковские бои, завершение которых станет важным этапом в консолидации сектора: в стране останется только три мегабанка в отличие от 12 крупных финансовых институтов, которые лидировали в отрасли в 90-тые годы.

Многое должно

измениться

В настоящее время трудно предсказать, кто победит в этой войне. Менеджеры UFJ предпочитают слияние с MTFG, но SMFG настолько повысил ставки, что акционеры UFJ могут согласиться и на вариант поглощения этим банком, если, разумеется, Mitsubishi Tokyo, который сейчас тщательно изучает финансовое состояние UFJ, не предложит аналогичную сумму. В принципе, оба потенциальных покупателя одинаково заинтересованы в этом приобретении: помимо лидирующих позиций в Японии, победитель обретет статус крупнейшей в мире банковской группы с прекрасными перспективами в отношении зарубежной деятельности, тогда как проигравший окажется третьим по величине банком страны, значительно отстающим от двух лидеров. Правда, в отношении зарубежной деятельности будущего гиганта иностранные аналитики проявляют определенный скепсис, основанный она опыте прошлых лет.

На совместной пресс-конференции топ-менеджеры UFJ и Mitsubishi Tokyo излучали оптимизм, соизмеримый с масштабами будущего банка. Президент MTFG Нобуо Куроянаги заявил: "Слияние предоставит нам возможность занять достойное место на мировом рынке". Однако после тринадцати лет кризиса в японском банковском секторе подобные амбиции вызывают смешанные чувства в международных финансовых кругах. Это напоминает о временах бума 80-90-х годов, когда подъем экономики, рост цен на недвижимость и промышленные активы, а также убежденность в собственной непогрешимости обеспечивали японским банкам мощную мотивацию для зарубежных расширений. Они смело проникали в Нью-Йорк и Лондон, быстро увеличивали рыночные доли, но, при этом, практически не имели прибыли, так как концентрировались на малодоходных видах деятельности наподобие кредитования зарубежных подразделений крупных японских корпораций. По словам Бретта Хемсли, директора кредитной рейтинговой компании Fitch, "иностранные банкиры не могли понять, что же творят японцы". Вопросы прибыли были для них явно вторичными, "похоже, они интересовались, прежде всего, флажками на карте – символом их международного статуса".

Разумеется, это не могло продолжаться долго, поэтому в начале 90-х годов пришло время расплаты. Мыльный пузырь японского бума лопнул, и японские корпорации – основные получатели банковских кредитов – оказались в трудном положении. Соответственно, резко возрос объем невозвращенных займов. Банки оказались на грани банкротства и выжили лишь за счет государственной поддержки: только за 1998-1999 годы правительство направило в финансовый сектор более 9 трлн. иен. Их уход с зарубежных рынков был радикальным: по статистике Банка международных расчетов, доля японских банков в международном кредитовании сократилась от 34% в 1990 году до 9% в 2003-м. По данным Japan Bankers Association, за этот же период количество зарубежных филиалов японских банков уменьшилось почти на две трети. Поэтому большинство западных обозревателей считают, что обратный путь на мировой рынок будет для японских финансовых институтов долгим и трудным.

Боб Копеч, директор консалтинговой фирмы Mercer Oliver Wyman, заявил: "Попытки купить рыночные доли будут безуспешными, а основные клиенты японских банков – японские корпорации – уже не представляют доминирующей силы на мировой арене". Он уверен, что у японцев нет преимуществ и в плане обслуживания заказчиков: "Если они не могут конкурировать в цене, им необходимо предлагать сервис, лучший, чем у банкиров нового поколения. Но это новое поколение за последние несколько лет обзавелось неплохими зубами". Таким образом, аналитики и банкиры не переоценивают краткосрочных возможностей будущего банка в международной сфере.

Всем понятно, что прежде всего новому объединению (независимо от того, кто окажется вторым партнером, MTFG или SMFG) необходимо будет разобраться с проблемами UFJ внутри страны, в первую очередь, с его кредитами, выданными обанкротившимся заемщикам, сокращением расходов и интегрированием активов. По мнению Тодда Томсона из Citigroup, укрупненный банк в ближайшие годы ограничит свою деятельность Японией, однако позднее, лет через пять-десять, японцы "вернут себе былую репутацию опасных конкурентов на международных рынках".

Галина Резник,
по материалам
Financial Times, Reuters

 
© агенство "Стандарт"