журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СОБЫТИЯ

Международные банки

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Банковская деятельность

ПЛАТЕЖНЫЕ КАРТОЧКИ

Информационные технологии

Банковское оборудование

Новые рыночные страны

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №2, 2004

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Потемкинская деревня по-японски

Цена высокой прибыльности Shinsei Bank

Объявление о том, что японский банк Shinsei намеревается осуществить первоначальное публичное предложение акций на токийской бирже, вызвало ажиотаж в местных финансовых кругах. Фактически "торги" начались за месяц до предстоящего события – спрос на эти акции настолько высок, что владельцы банка изменили стартовую цену от 450 иен за акцию до 525. Таким образом, иностранные инвесторы, которые в 2000 году выкупили у государства этот обанкротившийся финансовый институт за $1.14 млрд., теперь получат, по меньшей мере, $2.36 млрд. за 35% его акций. Правда, вряд ли следует считать этот ажиотаж свидетельством успеха западных бизнес-моделей и технологий, внедрение которых обеспечило превращение банкрота в процветающий финансовый институт. Скорее, эта "волшебная метаморфоза" связана с умением американцев заключать сделки на выгодных условиях. Правда, это умение – неотъемлемая составляющая хорошей бизнес-модели, и ее успехи очевидны.

Чудес не бывает, а если и

бывают, то для этого кто-то должен хорошо потрудиться

(Народная мудрость)

Банк Shinsei стал первым представителем японского финансового сектора, перешедшим в собственность иностранных инвесторов. В принципе, эта отрасль и до сих пор закрыта для иностранного капитала, но во времена продажи банка, который тогда назывался Long Term Credit Bank of Japan (LTCB), сложилась особая ситуация.

Этот банк долгосрочного кредитования был учрежден в 1952 году для финансирования восстановления страны после Второй мировой войны. Азиатский кризис перевел такое количество его займов в категорию безнадежных, что их сумма превысила стоимость активов на 340 млрд. иен. В октябре 1998 года банк объявил о банкротстве и был национализирован. Политики реформистского толка считали закрытие LTCB самым разумным решением проблемы, но правительство предпочло выставить его на продажу: предполагалось, что это будет ярким свидетельством радикального характера реформ. Японские лидеры полагали, что, если иностранные инвесторы вернут LTCB рентабельность, это послужит вдохновляющим примером для прочих финансовых институтов и компаний, обескровленных экономическим кризисом. При этом, сумма безнадежных долгов LTCB не была обнародована, но было очевидным, что единственный способ продать банк заключался в назначении бросовой цены и предоставлении потенциальному покупателю определенных гарантий относительно компенсации потерь, если остальные займы LTCB будут переходить в разряд невозвратимых.

С другой стороны, намерение американского инвестиционного фонда Ripplewood приобрести LTCB вызвало улыбки на Уолл-Стрите: во-первых, до этого момента никто из иностранцев никогда не покупал японский банк, а, во-вторых, приобретение настолько безнадежного банкрота считалось совершенно безрассудным. За фондом закрепилось прозвище "ковбой", которое ввели в обиход банкиры Goldman Sachs, занимавшиеся оформлением сделки. Тем не менее, Ripplewood не свернул с намеченного пути. Трудные переговоры начались в 1999 году и продолжались около года. В конце концов банк обрел нового владельца, новый менеджмент и новое имя – в 2000 году LTCB был переименован в Shinsei. За последующие годы новые владельцы Shinsei внедрили целый спектр западных бизнес-моделей, включая жесткую культуру кредитования, в самое сердце корпоративной Японии. Этот эксперимент по "культурному обмену" часто провоцировал японцев к сопротивлению, но банк оставался прибыльным. Если IPO окажется успешным – а для этого, судя по всему, нет препятствий – инвесторы будут щедро вознаграждены, дерзкая же игра "ковбоя" превратится в сказку о мудрой стратегии проницательных американских финансистов.

Собственно говоря, она уже стала ею, когда выяснилось, на каких именно условиях Ripplewood приобрел LTCB за $1.14 млрд. Японское правительство истратило более 4 трлн. иен ($38 млрд.) из бюджета, чтобы перед продажей банка освободить его от значительной части безнадежных долгов. Кроме того, правительство обязалось выкупать у нового владельца остальные долги LTCB, если их стоимость уменьшится более чем на 20% (на это ушло впоследствии еще около 1 трлн. иен). К тому же, другие японские банки тайно скупали "плохие" займы Shinsei по приемлемым ценам, чтобы иностранцы не обанкротили их клиентов. Разумеется, в этих условиях корпоративная реформа Shinsei дала почти немедленные плоды. Как Ripplewood, так и инвесторы, обеспечившие финансирование сделки, – Citigroup, GE Capital и Deutsche Bank – за четыре года окупили свои исходные вложения в пятикратном размере.

Правда, когда всплыла информация об условиях этой сделки, японцы отнюдь не испытали восторга, но, если подходить к делу прагматично, результат налицо: иностранный инвестиционный фонд превратил глубоко проблемный японский банк в высокоприбыльное предприятие, у которого отношение невозвращенных долгов к активам не превышает 4.1%. В 2003/2004 финансовом году чистая прибыль Shinsei составит, по предварительным оценкам, 65 млрд. иен, а средняя за три года увеличится до 60 млрд. иен. От этого выиграло и правительство, сохранив за собой пакет привилегированных акций. Разумеется, не проиграл и сам банк: благодаря "особым" условиям сделки и агрессивной бизнес-модели он сумел сберечь прибыльность даже на протяжении последних двух лет, когда его более крупные конкуренты терпели огромные убытки из-за груза невозвращенных долгов.

Shinsei выходит на фондовый рынок в переломное для Японии время. Крупнейшие банки страны – Mizuho, SMFG, MTFG и UFJ – начинают выбираться из кризиса, а экономика уже более двух лет медленно, но стабильно идет на подъем. Успешное проведение IPO окажет большую поддержку правительству, решившемуся на смелый эксперимент и предоставившему иностранцам возможность вернуть обанкротившееся предприятие к рентабельности. Кроме того, это поможет японцам пережить шок от недавнего вывода из кризиса Resona, пятого по величине банка страны, за счет инъекции капитала правительством и национализации Ashikaga, крупного регионального кредитного банка. При этом, выход Shinsei на фондовый рынок свидетельствует о том, что после долгих лет пассивной политики в Японии могут произойти перемены и достаточно смелые иностранные инвесторы могут собрать богатый урожай от капиталовложений в эту страну.

Однако несмотря на несомненный спрос на акции IPO (консорциум выставит на продажу половину принадлежащих ему 67% акций Shinsei) у инвесторов есть некоторые опасения относительно будущего Shinsei. Дело в том, что 33% акций банка принадлежат японскому правительству, и оно может предпочесть продать их неким третьим лицам. С другой стороны, у правительства имеются серьезные опасения относительно целесообразности бизнес-модели Shinsei, основанной на том, что более половины доходов банка не связаны с получением процентов. Кроме того, в Японии еще не утихло возмущение тем фактом, что при продаже банка национальным компаниям предпочли иностранных инвесторов. Японцев легко понять: стартовая цена акций IPO составит 525 иен, а это означает, что исходные инвестиции консорциума в $1.14 млрд. теперь оцениваются в $4.7 млрд. Оппозиция даже намеревается поднять вопрос в парламенте о причинах, по которым правительство предоставило банку $37.8 млрд. из денег налогоплательщиков только для того, чтобы иностранцы получали прибыль от перепродажи акций.

Критиков у японского правительства предостаточно, но сторонников тоже немало. Разумеется, сами условия продажи Shinsei иностранным инвесторам этому банку открыли прямой путь к прибыльности. Однако не следует забывать, что к этому добавилось квалифицированное руководство, поскольку Ripplewood наняла для этой работы одного из исполнительных менеджеров Citigroup, Масамото Ясиру. С точки зрения Синити Саито, директора Ernst Young Global Financial Services (Токио), "этот шаг сформировал модель корпоративной реструктуризации японской банковской отрасли. Они сумели увеличить корпоративную ценность Shinsei, поскольку передали руководство опытным менеджерам, принадлежащим к различным культурам, и предоставили им автономию". В свою очередь, западные обозреватели полагают, что успехи банка объясняются не только отличным руководством, но и значительно улучшенной финансовой базой наряду с ориентацией стратегии развития в оптимальном направлении.

Как бы там ни было, 19 февраля акции Shinsei начнут свой путь на токийской фондовой бирже. Это – первое IPO японского банка, после того как в 1997 году получил листинг Tohoku Bank, и серьезный прогресс в развитии японского рынка. В конце января агентство Standard & Poor's повысило свой краткосрочный рейтинг Shinsei Bank и объявило, что это "отражает возрастающую стабильность финансовой базы, чему подтверждение – рост депозитов розничных вкладчиков, высокое качество активов и капитализации". Кроме того, агентство подтвердило высокий долгосрочный рейтинг BBB, присвоенный Shinsei, и все рейтинги по его кредитам. С точки зрения аналитиков Standard & Poor's, перспективы относительно этих долгосрочных рейтингов остаются стабильными. Сумма невозвращенных долгов в конце декабря 2003 года ($1.25 млрд.) уменьшилась на 14% по сравнению с сентябрем и на 43% – по сравнению с мартом прошедшего года.

Мораль, которую было бы целесообразно извлечь из этой истории, сводится к тому, что, если начинать реформы загнившей финансовой системы с единственного банка при отсутствии какой-либо политической программы, охватывающей весь сектор, то цена преобразований будет слишком высокой. И не только потому, что открывает для проницательных инвесторов возможности скупки и перепродажи ценных бумаг. Дело в том, что, если бы японское правительство осознало свои банковские проблемы раньше, окончательные затраты были бы значительно меньшими. Разумеется, сейчас японские налогоплательщики возмущены, и правительствам других стран (например, Китая) с аналогично увязшими в проблемах банковскими системами есть смысл учесть историю Shinsei при планировании реформ.

Галина Резник,
по материалам
Japan Times, Bloomberg News, AFP, Reuters

 
© агенство "Стандарт"