журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СОБЫТИЯ

Международные банки

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Банковская деятельность

ПЛАТЕЖНЫЕ КАРТОЧКИ

Информационные технологии

Банковское оборудование

Новые рыночные страны

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №2, 2004

СОБЫТИЯ

Печальные последствия банкротства Parmalat

Ряд ведущих банков мира подозреваются в соучастии в организации исчезновения @14.3 млрд.

Интернет магазин натуральной косметики cocomint тайланд coconut-life.ru.
Полипропиленовые бассейны: преимущества бассейнов.

Внезапное банкротство итальянского пищевого концерна Parmalat потрясло мир не меньше, чем в свое время крах американского энергетического гиганта Enron. И последствия будут иметь не меньший размах. Когда события подобного масштаба сваливаются, как снег на голову, это явно свидетельствует о том, что им предшествовало грандиозное мошенничество. В данном случае обнаружилось, что суммарно долги Parmalat составляют @18 млрд., из которых около @14 млрд. бесследно исчезли, а финансовая документация уничтожена, к тому же, один из бухгалтеров покончил с собой. Верхушка менеджмента Parmalat оказалась за решеткой, арестованы и некоторые сотрудники аудиторских фирм Grant Thornton и Deloitte & Touche, но найти пропавшие деньги по сей день так и не удалось. Разумеется, прокуратура взялась за банки, которые осуществляли операции для концерна, и, хотя ни одному из финансовых институтов пока не было предъявлено каких-либо претензий, расследование причинит им серьезный ущерб уже тем, что растянется надолго.

В Bank of America

транзитом через десять итальянских банков?

Какие перспективы у этих расследований? – Ответ на этот вопрос стоит @14.3 млрд. (Из материалов BBC News)

События развивались стремительно. Еще в мае 2003 года Financial Times оценивала рыночную капитализацию Parmalat в $1.7 млрд. и отвела ей 451-вое место в своем ежегодном рейтинге "500 крупнейших компаний Европы". Позднее, в своем сентябрьском отчете, руководство концерна указывало, что располагает свободным капиталом в сумме @4.2 млрд. Тем не менее, 8 декабря выяснилось, что Parmalat не может погасить в нужный срок облигации на каких-то @150 млн. Сразу после этого объявления агентство Standard & Poor's понизило рейтинг Parmalat сразу на 10 пунктов: с инвестиционного ВВВ – до "бросового" СС. К тому же, им было объявлено, что представленные менеджментом Parmalat данные о финансовом положении "сильно искажены". Практически тут же аудиторская фирма Deloitte & Touche объявила, что не может считать ликвидными средствами @496.5 млн., вложенные Parmalat в оффшорный хедж-фонд Epicurum. Обстоятельства становились критическими. Основателю компании Калисто Танци пришлось уйти с должности председателя правления и покинуть пост генерального директора. Сменивший его Энрико Бонди срочно взял новый кредит, благодаря чему Parmalat избежала дефолта.

Однако это было лишь временным затишьем перед бурей. Дальнейшие открытия отчетливо носили уголовный характер. Во-первых, выяснилось, что сотрудники зарегистрированной на Каймановых островах Bonlat Financing Corp – дочерней компании Parmalat – подделали документ, которым Bank of America якобы подтверждал наличие на счету у этой фирмы @3.95 млрд. Банк заявил, что такого счета вовсе не открывал, и затеял расследование. Во-вторых, тогда же обнаружилось, что Parmalat не способна выполнять обязательства перед инвесторами своей бразильской дочерней фирмы Parmalat Emprendimentos e Administracao. Агентство Standard & Poor's, утверждая, что это дефолт, снизило рейтинг компании до D и отказалось продолжать работу с Parmalat, поскольку "отсутствие доступа к достоверной информации о ее истинном финансовом положении не оставляет агентству иного выбора, кроме как прекратить выставление рейтингов Parmalat". В результате акции компании упали на 87%, а ее облигации шли по цене, не превышавшей 26% от номинальной стоимости. Единственную возможность спасти компанию Энрико Бонди видел в регистрации факта банкротства, и 25 декабря Parmalat обратилась в суд с просьбой о защите от кредиторов. Через несколько дней – 29 декабря – акции компании были сняты с котировок на Миланской бирже.

Ситуация оказалась настолько явной, что тут же были проведены аресты: Калисто Танци, основатель Parmalat, был взят под стражу 27 декабря, а 31-го в тюрьме оказалось еще семеро, в том числе – финансовый директор и бывший глава отдела аудита Parmalat Лучано дель Сольдато, а также его предшественник на этом посту и предполагаемый автор противозаконных финансовых схем Фаусто Тонна. Кроме того, были арестованы Лоренцо Пенка, бывший председатель обслуживавшей Parmalat аудиторской компании Grant Thornton, и его коллега Маурицио Бьянки, ответственный за работу с Bonlat. Наконец, 9 января был лишен свободы возглавлявший венесуэльское подразделение Parmalat Джованни Боничи, ответственный также за деятельность компании на Каймановых островах. Всего под следствием находятся 25 человек, в их числе – два сотрудника аудиторской компании Deloitte & Touche и бывший сотрудник Bank of America Лука Сала, который уволился из банка в середине 2003 года, перейдя на должность консультанта в Parmalat.

Тем не менее, обнаружить исчезнувшие миллиарды до сих пор не удалось, так как финансовая документация компании уничтожена, а подследственные не спешат делиться информацией на допросах. Похоже, что при помощи сложной сети оффшорных фондов и сделок топ-менеджерам Parmalat удалось надежно укрыть @14,5 млрд. Единственное, что признал Калисто Танци, так это факт, что приблизительно @500 млн. было переведено на счета туристической компании Parmatour, контролируемой его дочерью (по сообщениям итальянской прессы, реальная цифра, скорее, приближается к @2.5 млрд.). Ситуация накалилась еще более, когда покончил с собой 32-летний бухгалтер Алессандро Басси, проработавший с обоими бывшими финансовыми директорами – Тонна, а затем и Лучиано дель Сольдато. Следователи привлекли его в качестве свидетеля, поэтому против него даже не было заведено уголовное дело, казалось, что никаких причин для того, чтобы семейный человек, отец двоих детей, бросился с моста на автостраду, обнаружено не было.

Танци утверждает, что в махинациях виновны, прежде всего, Тонна и его преемник Дель Сольдато. Еще один из арестованных, бухгалтер Джанфранко Боккьи, тоже называет Тонну главным творцом мошеннических схем с оффшорными компаниями (а их в общей сложности – около двухсот). Кстати, "генеральным директором" 25 таких фирм оказался Антонио Уголотти – оператор телефонного коммутатора Parmalat. Сознавшись, что ему было известно об убытках компании, Калисто Танци пытается убедить следователей, что его подчиненные обеспечивали их сокрытие на свой страх и риск. Разумеется, Фаусто Тонна заявил, что всегда действовал по указаниям Калисто Танци. Как бы то ни было, но, когда обнаружилось, что размеры суммы, очевидно, поглощенной "черной дырой", превышают @10 млрд. (сначала предполагали, что это около @4.5 млрд., ибо истинные масштабы вырисовывались постепенно), Калисто Танци решил передать Энрико Бонди, назначенному временным управляющим компании, часть своего состояния, в том числе и личный пакет акций Parmalat (50.5%), яхты, самолеты и пр. Однако Бонди заявил, что ему "нужны не ключи к капиталу Танци, а информация о том, где находятся украденные деньги и как их вернуть".

В настоящее время следователи не проявляют особого оптимизма в отношении возможности возврата похищенных сумм. Дело в том, что появились серьезные подозрения относительно способов, при помощи которых Танци удалось за 40 лет превратить мелкую семейную фабрику в концерн со штатом в 36 тыс. служащих и с филиалами в 30 странах мира. Компания Parmalat, учрежденная в 1961 году, начала быстро расширяться в период приватизации в 80-тые годы, используя массовую скупку государственных молочных магазинов. И именно тогда она приобрела национальные масштабы. Однако для этого требовались весьма немалые средства, так что некоторые эксперты полагают, что Калисто Танци брал деньги на экспансию из криминальных источников. Если эта гипотеза верна, то не исключено, что теперь эти кредиторы просто вернули отмытые деньги, чем и объясняется "мистическое растворение" миллиардов Parmalat. Собственно, в эту гипотезу легко укладывается и то, что Танци готов расстаться со своим собственным состоянием, но умалчивает о перемещениях и нынешнем местонахождении исчезнувших сумм, а также факт самоубийства бухгалтера Алессандро Басси.

Некоторый свет на судьбу "растаявших денег" был пролит 8 января, когда адвокаты, представляющие комитет кредиторов Parmalat, сообщили, что им удалось напасть на след, примерно, $7.7 млрд. Речь идет об облигациях Parmalat на сумму @7 млрд., а также о @500 млн., переведенных в оффшорный фонд Epicurum. Как сообщает Agenzia Giornalistica Italica, именно таков размер переводов, поступивших в Bank of America транзитом через десять итальянских банков. Существует ли возможность добраться до этих денег, пока не известно, но банковский сектор оказался в центре внимания следственных органов, поскольку именно банки проводили все операции Parmalat, и, понятно, делали это не вслепую. Тем не менее, никаких явных правонарушений пока не обнаружено, хотя расследование уже охватило финансовые институты трех стран.

Скажи, кто твой друг…

Как и в случае с Enron, банки, сознательно или нет, но помогали Parmalat утаивать от инвесторов истинное финансовое состояние компании. Установлено, что Parmalat использовала сложные схемы сокрытия долгов и реальной величины доходов при помощи международных валютных операций, подставных и дочерних структур и т.п. Аудиторская фирма PricewaterhouseCoopers обнаружила, что прибыли в финансовых отчетах Parmalat завышены в 5 раз по сравнению с реальными. Кроме того, установлено, что с 1997 года Parmalat получила @7.5 млрд. только от выпуска облигаций, а было еще частное размещение ценных бумаг, использовались и иные способы "честного отбирания денег". По сравнению с этим эпопея интернет-компаний в конце 90-х годов представляется скромной самодеятельностью.

Банк Lazard, консультируя Энрико Бонди, назначенного временным управляющим Parmalat, посоветовал ему собрать данные обо всех операциях Parmalat за последние 10 лет, ибо юристов компании, итальянскую прокуратуру и Комиссию по ценным бумагам США (SEC) интересует степень вовлечения американских банков в эту грандиозную аферу. По сведениям Wall Street Journal, основные подозрения вызывают операции, осуществляемые для компании Bank of America, Citigroup, Deutsche Bank, Morgan Stanley и UBS. Кроме того, обнаружилось, что одним из участников андеррайтинга облигаций на сумму в $500 млн. в 1998 году был банк Barclays, более других британских банков вовлеченный в финансовую экспансию Parmalat на протяжении 90-х годов. С итальянской стороны в "странных" операциях Parmalat участвовали Banca Popolare di Lodi, Nextra и Banca Intesa.

Теперь в Милане пытаются выяснить, что именно о реальном положении Parmalat знали банки, через которые осуществлялись эти операции, и когда они об этом узнали. В свою очередь, SEC пытается установить, была ли известна американским банкам суть дел, а уж ежели они об этом не знали, то – почему? Этими же вопросами заинтересовались и регулятивные органы Люксембурга. С другой стороны, юридическая фирма Bingham McCutchen, представляющая интересы 75 американских и британских держателей облигаций Parmalat номинальной стоимостью $2.5 млрд., тоже желает знать, какая роль отводилась банкам в махинациях этой компании. Адвокаты намерены выяснить, каким образом банки оценивали финансовое положение Parmalat, перед тем как осуществлять выпуск ценных бумаг. В принципе, у следствия пока нет особых претензий к андеррайтерам, ведь они полагались на результаты аудита, проведенного известной бухгалтерской фирмой. В настоящее время против банков не планируется возбуждение исков, хотя позднее ситуация может в корне измениться. Представитель Bingham McCutchen заявил: "Наши клиенты понимают, что их обманули, но пока не знают, кто именно".

В общей сложности с 1997 года Parmalat выпустила долговых обязательств на общую сумму @7.5 млрд., причем, андеррайтингом около 80% этих бумаг занимались международные банки, а доля американских институтов в этих операциях превышает 50%. Выпуском остальных ценных бумаг компании занимались итальянские лид-менеджеры. Расследование SEC сконцентрировано на размещении среди американских частных инвесторов долговых обязательств и облигаций Parmalat на сумму $1.5 млрд. С точки зрения следователя SEC Лоуренса Уэста, похоже, что было задумано грандиозное преступление, в которое – вольно или невольно – были вовлечены американские банки: "Мы не считаем, что Bank of America в чем-либо виновен, но в данной ситуации необходимо разобраться во всех подробностях. Кроме того, следует изучить обстоятельства организации выпуска облигаций Parmalat банками JP Morgan Chase, Merrill Lynch и Morgan Stanley, а также выяснить, как Citigroup организовывал для Parmalat структурное финансирование". В центре внимания следователей – Bank of America и JP Morgan Chase, которые занимались андеррайтингом этих ценных бумаг на сумму $1 млрд.

Злой рок Bank of America

Непосредственной причиной банкротства Parmalat стал один из крупнейших финансовых институтов мира Bank of America: именно он объявил о подделке письма, которым якобы подтверждал наличие на своем балансе @3.8 млрд., принадлежащих Bonlat – дочерней компании Parmalat на Каймановых островах. Кроме того, именно Bank of America несет ответственность за организацию "сделки с обратной премией" на сумму $400 млн., касающейся бразильской дочерней компании Parmalat. Условиями данной сделки было оговорено, что Parmalat выкупит у американских инвесторов 18.2% акций этой бразильской фирмы, если она до определенного срока не пройдет регистрацию на фондовой бирже. Компания не прошла регистрацию. Однако у Parmalat не нашлось оговоренных $400 млн. для выкупа этих акций. Что ж, это было одним из факторов, подтолкнувших концерн к скорому концу. С другой стороны, операции Bank of America с Parmalat были весьма многогранными. Например, банк возглавлял частное размещение ценных бумаг Parmalat в США, в результате чего концерн получил $500 млн., а в целом с 1997 года принимал участие в размещении долговых обязательств Parmalat номинальной стоимостью $800 млн. При этом, за два месяца до объявления о банкротстве компании аналитики его подразделения Banc of America Securities утверждали, что "финансовое состояние Parmalat свидетельствует о значительном потенциале роста и стабильном генерировании наличного капитала".

Похожие проблемы с андеррайтингом облигаций для Parmalat возникли и у Credit Suisse First Boston (CSFB). С точки зрения компании PricewaterhouseCoopers, нового аудитора банкрота, с этой операцией банка далеко не все было в порядке. В данном случае речь идет о выпуске конвертируемых облигаций на @500 млн., который CSFB осуществил в январе 2002 года для бразильской дочерней компании концерна Parmalat Partecipacoes. Все эти ценные бумаги были приобретены одним инвестором, посему и полагают, что это было частью операции "налоговый обмен", в результате чего Parmalat могла получить налоговые скидки для дочерних компаний, расположенных в других странах. По данным PricewaterhouseCoopers, частично выпуск облигаций осуществил испанский банк SCH, который помог провести половину денег через Каймановы острова. Второй факт, свидетельствующий против CSFB, – это то, что его подразделение Credit Suisse Asset Management год тому назад распродало значительную часть принадлежавших банку акций Parmalat. Это наводит на подозрение, что для CSFB уже тогда не было тайной истинное состояние дел концерна. Правда, подозрение – еще вовсе не уверенность, тем более что в то время и других инвесторов Parmalat уже начинало беспокоить нарастание долгов концерна, а его банкротство вынудило CSFB списать около $100 млн. убытков.

В свою очередь, попала под обстрел и крупнейшая финансовая группа мира Citigroup, в 1999 году учредившая для внебалансовых финансовых операций Parmalat компанию Buconero в Люксембурге (ее название, кстати, с итальянского переводится как "черная дыра"). В свое время Citigroup создавала аналогичные оффшорные предприятия для операций с Enron, дававшие возможность менеджерам энергетического гиганта выдавать долги за прибыли от продаж (да и в данном случае название "черная дыра" вполне соответствует сути дел Buconero). Тем не менее, нет никаких данных о том, что Citigroup замешана в аферах руководителей Parmalat, ибо в факте создания подобных фирм нет ничего противозаконного. Тем не менее, после скандала с Enron, из которого Citigroup выпуталась с огромным трудом, группа прекратила предоставление услуг такого рода. Помимо Buconero, банку можно инкриминировать только то, что за полтора месяца до банкротства концерна аналитики Citigroup присвоили акциям Parmalat рейтинг "покупать".

При этом, Citigroup, будучи одним из кредиторов Parmalat, тоже понесла серьезные убытки из-за банкротства молочного концерна, а разгоревшийся вокруг этого скандал может причинить корпорации еще больший ущерб. Сейчас для Citigroup крайне важно, чтобы ее не коснулись новые подозрения. Ставший генеральным директором группы Чарлз Принс прилагает отчаянные усилия, чтобы изменить имидж группы, которому сильно повредили скандалы вокруг махинаций Enron и иже с нею, поэтому опять оказаться на первых полосах газет (теперь уже в связи с Parmalat) для корпорации худшее из зол. На этом фоне факт, что Citigroup придется списать $242 млн., поскольку банк выдал Parmalat необеспеченные кредиты, отнюдь не самый серьезный ущерб, причиненный ей банкротством итальянского концерна.

Того же порядка финансовые убытки, обусловленные кредитованием Parmalat, вынуждены списать Bank of America ($206 млн.), итальянский банк Capitalia (примерно @215-240 млн.) и некоторые другие финансовые институты. Тем не менее, хуже всех приходится злополучной Citigroup: против нее и ее компании Buconero уже возбуждены коллективные иски юридическими фирмами Milberg Weiss Bershad Hynes & Lerach и Schiffrin & Barroway, действующими от имени обманутых инвесторов Parmalat. Здесь Citigroup оказалась в громкой компании – в качестве ответчиков по этим искам названы также бухгалтерские фирмы Deloitte & Touche Tohmatsu, Deloitte & Touche SpA, Grant Thornton International и Grant Thornton SpA, осуществлявшие внешний аудит обанкротившегося концерна. В свою очередь, SEC, которая уже возбудила гражданский иск против Parmalat по обвинению в мошенничестве, возможно, включит в него и андеррайтеров долговых обязательств этой компании. Решение по этому поводу комиссия примет после выяснения всех обстоятельств дела.

Банки все равно

оказались крайними

Итальянским финансовым институтам тоже приходится нелегко: в поисках растаявших миллиардов прокуратура проводит обыски и допросы, не взирая на лица. В январе налоговая полиция Италии с целью изъятия документов, имеющих отношение к связям между Deutsche Bank Italia, компанией Parmalat и рейтинговым агентством Standart&Poor's. провела досмотр в главном офисе DBI. Накануне аналогичная процедура была проведена в офисе самого Standart&Poor's. Аналогичным санкциям подвергся миланский филиал Bank of America, а теперь прокуратура допрашивает топ-менеджеров Capitalia and Banca Intesa. Таким образом, широкомасштабное изучение вопросов, как же именно Калисто Танци перекачивал миллиарды евро Parmalat в семейные холдинги и почему аудиторы и банкиры не били тревогу, пока финансовая прореха не увеличилась до @14 млрд., проводится по обе стороны Атлантики.

Скандал вокруг банкротства Parmalat усилил давление на итальянские банки, которые и без того обвиняются во многих грехах. Инвесторы и так возмущены тем, что банки не сумели вовремя предупредить своих клиентов о рисках, сопряженных с приобретением облигаций, выпущенных в Аргентине, и долговых обязательств другой обанкротившейся итальянской пищевой компании Cirio, а теперь они вынуждены нести огромные убытки из-за банкротства Parmalat. Безусловно, итальянцы убеждены, что банки догадывались о махинациях менеджеров этой компании.

Разумеется, на эти проблемы накладываются и чисто финансовые убытки: суммарные долги пищевого концерна итальянским банкам превышают @3 млрд. ($3.7 млрд.), но это не представляет для них реальной угрозы, поскольку названная сумма составляет всего 0.3% от размера итальянских банковских активов. Значительно опаснее вот что: новый скандал вокруг Parmalat усилил позиции итальянского министра финансов Джулио Тремонти в его затянувшейся борьбе за единоначалие с руководителем Bank of Italy (Центральный банк) Антонио Фацио, так что теперь, вполне возможно, будет принят новый закон, на необходимости введения которого Тремонти настаивает уже давно. Разработанный Тремонти законопроект предусматривает реформу регулятивной системы: министр полагает, что Центральный банк должен уступить право контроля конкуренции в банковском секторе Антимонопольному комитету, а функции надзора за выпуском облигаций передать новому регулятивному органу, в который войдет Consob (нынешний регулирующий орган биржевого рынка). Премьер-министр Сильвио Берлускони намеревался в феврале вынести этот законопроект на обсуждение в Кабинете Министров, но до этого дело пока не дошло.

Банкиры осторожно относятся к возможным переменам. С одной стороны, сама идея увеличить ресурсы и расширить права Consob, предоставив ему возможность проводить расследования и применять более жесткие санкции, довольно привлекательна, во всяком случае, с точки зрения Коррадо Пассеры, генерального директора Intesa. Однако здесь есть и еще одна сторона: уменьшение власти Антонио Фацио, который возглавляет Bank of Italy с 1993 года, автоматически усилит позиции его противника Тремонти, и система регулирования банковской деятельности будет подвергнута политическому влиянию. Именно этого опасается, в частности, председатель Consob Ламберто Кардиа. Конечно, понятно, что, если реформа будет проведена, то за ней последует волна консолидации сектора: в отрасль откроется широкий доступ иностранным финансовым институтам, которые начнут скупать итальянские банки. До сих пор Антонио Фацио отказывался утверждать такие сделки.

Итальянский банковский сектор – один из самых фрагментированных в Европе (третье место после Германии и Испании). В стране функционирует более 800 банков, в трех крупнейших сосредоточено 32% итальянских депозитов, а доля первой пятерки на рынке кредитования составляет 55%. За 11 лет своей деятельности в качестве руководителя Центрального банка Антонио Фацио утвердил более 150 слияний, но его явный деспотизм в принятии таких решений создает серьезные трудности как банковским менеджерам, так и инвесторам. Наиболее жесткую позицию он занимает по отношению к альянсам, которые планируют три крупнейших банка страны – Banca Intesa, Sanpaolo IMI и UniCredito Italiano. Это относится как к их объединению между собой, так и к масштабным поглощениям других компаний: Фацио требует, чтобы сначала эти институты навели полный порядок во всех своих активах, приобретенных в конце 90-х годов.

Эта его позиция в комбинации со стремлением создать крупный банк на юге Италии, способный составить серьезную конкуренцию северным гигантам, защищает от враждебных поглощений банки второго эшелона – римские Capitalia и Banca Nazionale del Lavoro, а также Monte dei Paschi из Сиены. С другой стороны, незначительные размеры трех крупнейших банков по сравнению с активами и рыночной капитализацией их французских, британских и швейцарских конкурентов делают их уязвимыми при консолидации европейского сектора, оттого их стремление сначала укрупниться в национальных масштабах вполне объяснимо.

По мнению аналитиков, антимонопольные власти не станут блокировать слияние между любыми двумя банками первой тройки. Этот орган вообще начинает подробно изучать предполагаемое слияние в любой отрасли только в том случае, если рыночная доля будущего объединения достигает 20-25%. Скорее, власти и Фацио ограничат продажу активов в регионе, где доминируют крупные банки (на севере Италии).

Однако, при этом, финансовые институты автоматически затягиваются в противоречивые ситуации. Например, самый доходный и более других подготовленный к слиянию банк UniCredito имеет показатель прибыли на акционерный капитал свыше 20%, что вдвое больше, чем у большинства итальянских конкурентов, но это значит, что любое приобретение приведет к снижению этого показателя. Целесообразным может быть только крупное поглощение, обеспечивающее операционную экономию в размере не менее @1 млрд. в год. Именно из этих соображений два года тому назад акционеры UniCredito воспротивились планам менеджмента, связанным с приобретением Commerzbank.

По мнению аналитиков, UniCredito может быть заинтересован в приобретении, например, BNL или Capitalia только в том случае, если он сможет одновременно сделать крупную покупку за рубежом. Однако, чтобы это стало возможным, итальянские власти должны, со своей стороны, шире распахнуть двери для иностранного капитала. В принципе, миноритарные доли в итальянских банках уже есть у многих зарубежных финансовых институтов, например, – у французских банков BNP Paribas и Credit Agricole, ABN Amro (Нидерланды), BBVA (Испания), британской финансовой компании Aviva и германской страховой корпорации Allianz. Тем не менее, Антонио Фацио не дает им шанса захватить контроль, и такая его позиция защищает банки наподобие Banca Intesa. Именно по этой причине генеральный директор Intesa Коррадо Пассера выступает с требованием сохранить за Центральным банком его полномочия в отношении контроля над итальянской банковской системой. Тем не менее, не исключено, что на волне скандала вокруг Parmalat министр финансов сумеет-таки провести свою реформу, отчего банковский сектор лишится своего иммунитета к политическим воздействиям.

Галина Резник
Источники: Financial Times, The Observer, ВВС, www.telegraph.co.uk, CFO.com, New York Times, Reuters, Associated Press, lenta.ru, NEWSru.com, БИЗНЕС И ФИНАНСЫ, Коммерсантъ, РИА "Новости", Газета.Ru, Деловая неделя, Ведомости, ls@gc.kiev.ua, news.ng.ru

 
© агенство "Стандарт"