журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ЛИЧНОСТИ

СОБЫТИЯ

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

ИПОТЕЧНОЕ КРЕДИТОВАНИЕ

ТЕНДЕНЦИИ

Информационные технологии

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №8, 2003

ЛИЧНОСТИ

Ротшильды всех стран, соединяйтесь!

После 200-летнего перерыва французская и английская ветви знаменитого банковского дома возвращаются под единое управление

На нынешнем финансовом рынке с его многомиллиардными сделками и стремительными оборотами банковский дом Ротшильдов выглядит пришельцем из далекого прошлого – из тех давно минувших дней XIX столетия, когда подобные семейные финансовые группы доминировали в банковском деле Европы и Америки, поддерживая своими займами королей и президентов и финансируя войны и технические проекты века. Индустриальная революция, мировые войны, появление крупного промышленного и финансового капитала положили конец господству этих банковских империй прошлого. Некоторые американские группы сумели достойно ответить на вызов времени. Поступившись кое-какими принципами, они преобразовались в акционерные общества, допустили к собственности и управлению чужаков, начали расширять масштабы операций за пределы узкого круга избранных. Более консервативные европейцы не поддались соблазнам и до последнего момента сохраняли бизнес в семейных руках и, в конце концов, были поглощены. Все некогда могущественные банки – Barings, Schroders, SG Warburg, Robert Fleming – ныне стали частями более крупных групп, и во всей Европе только группы Lazard и Rothschild, двое "последних из могикан", еще сохраняют независимость и даже могут почти на равных соперничать с намного более сильными международными инвестиционными банками. Однако даже этим выходцам из прошлого, чтобы не превратиться в музейные реликты, необходимо осовременивать свой бизнес.

История современной группы Rothschild уходит своими корнями в XVIII век, когда основатель Майер Амшель преобразовал наследственный финансовый бизнес рода Ротшильдов в прогрессивный по тем временам и весьма мощный банк. У Амшеля было пятеро сыновей, каждый из которых мог стать достойным продолжателем дела, поэтому старый банкир в конце XVIII века разделил бизнес между ними, отправив всех отпрысков возглавлять филиалы банковского дома в различных странах Европы. С тех пор Rothschild, формально оставаясь единой группой, на самом деле представляла собой собрание полностью независимых друг от друга финансовых институтов. Иногда они сотрудничали и помогали клиентам друг друга в своих странах, однако объединяли их только присутствие фамилии "Rothschild" в названиях банков, невероятно запутанная и сложная единая структура собственности да воспоминания об общем предке-основателе, все более далекие. Что говорить, если английская и французская ветви семьи (именно они составляют сейчас основу дома Ротшильдов) ни разу не породнились друг с другом на протяжении 200 лет.

Однако в 2003 году разделенная группа снова объединяется под общим управлением. Смена власти в N.M. Rothschild, лондонском инвестиционном банке, стала поворотным моментом в истории семьи, так как наследником сэра Ивлина Ротшильда, руководителя N.M. Rothschild, стал барон Давид де Ротшильд, возглавляющий французский банк Rothschild & Cie Banque. В принципе, сенсацией это известие не было, так как данное право наследования было определено еще несколько лет тому назад, однако подобные перемены в одном из последних семейных банков мира привлекли исключительное внимание публики к этому немного таинственному, закрытому и многоопытному финансовому институту.

Идея о воссоединении группы, по всем сведениям, принадлежит Давиду Ротшильду, 60-летнему руководителю французского банка. В международных финансовых кругах он еще с 80-х годов пользуется заслуженным авторитетом, когда ему удалось заново создать свой банк, после того как старый был национализирован в 1982 году президентом Франсуа Миттераном. В 1983 году Давид Ротшильд убедил французские власти выдать ему лицензию, с тем чтобы основать новый банк под старым названием. Благодаря таланту и своим широчайшим связям ему уже к началу 90-х годов удалось превратить воссозданный Rothschild & Cie в крупнейший инвестиционный банк Франции.

Волна банковской консолидации в 90-х годах показала, что у небольшого семейного банка мало шансов выстоять в конкурентной борьбе с международными финансовыми группами. Многие из сохранившихся к тому времени независимых инвестиционных банков утратили свою самостоятельность, некоторые превратились в "бутики" – небольшие институты, функционирующие в узких нишах финансового рынка. Rothschild со своими английской и французской ветвями, а также общим филиалом в Нью-Йорке был слишком крупной структурой, чтобы превратиться в такой бутик, а сложная система собственности в известной мере страховала банк от поглощения, однако, чтобы выжить и преуспеть в современном мире, надо было играть по современным правилам.

Вероятно, стремление Давида Ротшильда связать более тесными узами Париж и Лондон так ни к чему бы и не привело, если бы в 1996 году не произошло трагическое событие, сделавшее такой союз возможным. Амшель Ротшильд, 41-летний банкир, считавшийся официальным наследником английской части дома, покончил с собой в номере парижского отеля. Других преемников у 64-летнего (в то время) сэра Ивлина Ротшильда, возглавлявшего лондонский банк N.M. Rothschild, не было, выпускать же управление из рук семьи было для него неприемлемо, и, в итоге, Давид Ротшильд стал единственным претендентом.

В 1997 году французский банкир сделал первый шаг к объединению, возглавив международное инвестиционное подразделение Rothschild, которое традиционно считалось совместным владением обеих частей семьи и управлялось ими на паритетных началах. Ему удалось наладить сотрудничество между лондонскими, парижскими и нью-йоркскими банкирами, которые стали больше помогать друг другу при проведении международных операций, а также значительно расширить бизнес за счет привлечения квалифицированных специалистов. Давид Ротшильд поднял заработную плату до уровня международных финансовых групп, а относительно небольшой коллектив (в настоящее время весь персонал группы насчитывает не более 2100 служащих) облегчал и ускорял карьерный рост для наиболее талантливых и работоспособных сотрудников.

В области бизнеса Давид Ротшильд решил полностью сосредоточиться на консультировании слияний и поглощений, а также операциях на рынке частных ценных бумаг, а в 2002 году основал подразделение частных банковских операций. В то же время, убыточное подразделение по управлению активами было в прошлом году продано британскому банку HBOS. Подобная политика дала положительные результаты. В то время как крупнейшие инвестиционные банки мира в последние два года переживают кризис и вынуждены увольнять тысячи специалистов, Rothschild (как и еще один независимый банк его уровня – Lazard) чувствует себя совсем неплохо. По итогам первого полугодия 2003 года, группа, в целом, заняла почетное пятое место среди консультантов по слияниям и поглощениям в Западной Европе (по объему завершенных с ее помощью операций), при этом, во Франции она сохраняет лидирующие позиции, а в Великобритании участвует в ряде крупных сделок.

Правда, уровень интеграции между французским и английским подразделениями пока еще не слишком высокий, поэтому специалисты предсказывают, что Давида Ротшильда, с июля 2003 года сосредоточившего в своих руках управление всем бизнесом группы, ожидают трудности. К тому же, у всех участников рынка на виду – неудачная попытка объединения операций банка Lazard. В 2000 году председатель правления этого успешного независимого финансового института Мишель Давид-Вейль попробовал интегрировать подразделения в Лондоне, Париже и Нью-Йорке (в тех же городах находятся и основные центры деятельности Rothschild), но противоречия между их менеджерами были слишком велики. При этом, как напоминают комментаторы, Мишель Давид-Вейль обладал прочной и единоличной властью над всей группой, в то время как Давиду Ротшильду, все же, придется считаться с английской ветвью рода.

Действительно, 72-летний сэр Ивлин Ротшильд не уходит в отставку, а только перемещается на пост неисполнительного председателя правления N.M. Rothschild; кроме того, он будет руководить Concordia BV, недавно основанной в Нидерландах холдинговой компанией, контролирующей все банковские активы группы. При этом, сама Concordia будет находиться в совместной собственности британской и французской частей семьи в соотношении 52:48 в пользу англичан. Такой расклад вызван большей финансовой мощью N.M. Rothschild по сравнению с Rothschild & Cie Banque. В отличие от французского банка, который пережил не только национализацию, но и несколько революций и оккупацию в годы Второй мировой войны (родители Давида Ротшильда тогда бежали от нацистов в Америку), N.M. Rothschild развивался беспрепятственно на протяжении двух с лишним столетий, а в 80-тые годы, к тому же, получил мощный толчок, будучи одним из ведущих консультантов при реализации широкомасштабной приватизационной программы правительства Маргарет Тэтчер. Известно, что для достижения относительного паритета французские Ротшильды выкупили у N.M. Rothschild около 20% акций Concordia, заплатив, по некоторым оценкам, около 400 млн. ф. ст.

В этой связи эксперты возлагают надежды на дипломатический талант Давида Ротшильда, который считается специалистом не только по консультированию слияний и поглощений, но и наведению мостов между людьми. Кроме того, сильными сторонами Rothschild остаются квалифицированный персонал, а также двухвековые традиции ведения бизнеса. Даже в наш прагматичный век репутация стоит дорого и ценится высоко.

Виталий Шимкович, по материалам Financial Times, Business Week, The Observer, Reuters, www.telegraph.co.uk

 
© агенство "Стандарт"