журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ЛИЧНОСТИ

СОБЫТИЯ

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

ИПОТЕЧНОЕ КРЕДИТОВАНИЕ

ТЕНДЕНЦИИ

Информационные технологии

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №8, 2003

ЛИЧНОСТИ

Citigroup: человек-легенда покидает сцену

Сэнфорд Уэйл, самый влиятельный банкир Соединенных Штатов Америки, определился с преемником. Им станет его многолетний помощник Чарльз Принс

Уже несколько лет на Уолл-Стрите строили догадки, кого же 70-летний Сэнди Уэйл, создатель и руководитель крупнейшей в мире финансовой группы Citigroup, назовет своим преемником. Сенсационное объявление было сделано 16 июля: с нового года власть перейдет к генеральному директору инвестиционного подразделения Salomon Smith Barney Чарльзу Принсу, впрочем, Уэйл останется председателем правления, по меньшей мере, до 2006 года. Теперь в финансовых кругах пытаются осмыслить это решение. Действительно ли Уэйл решил передать власть или теперь для него более привлекательна роль "серого кардинала"? На этот вопрос трудно ответить однозначно – ведь группу возглавит беззаветно преданный Уэйлу человек, а сам нынешний руководитель Citigroup на несколько лет сохранит за собой пост председателя правления. Так что, еще не известно, кто будет командовать парадом…

Уйти непобежденным

Последние два года были крайне трудными для Citigroup. Расследования роли банка в махинациях обанкротившихся компаний Enron и WorldCom, которые обманывали собственных акционеров, выдавая в финансовых отчетах долги за прибыли от продаж, а также скандалы, сопряженные с расследованиями конфликта интересов между биржевыми аналитиками и инвестиционными банкирами, безнадежно зависшие займы, предоставленные обанкротившимся впоследствии компаниям сектора телекоммуникаций, кризис в Аргентине и общий спад на рынках капитала – все эти события хотя и не подорвали стабильность группы, но причинили ей ощутимый ущерб. Пострадала и репутация респектабельного Сэнфорда Уэйла, который был лично замешан в скандале, разгоревшемся вокруг завышения рейтингов телекоммуникационных фирм, поручавших проведение выгодных для банка операций Salomon Smith Barney – инвестиционному подразделению Citigroup.

Многие ожидали, что нагромождение этих проблем вынудит 70-летнего Уэйла уйти в отставку, чего настойчиво добивался Генеральный прокурор штата Нью-Йорк Элиот Спитцер, избравший его главной мишенью для атак в своем стремлении приобрести политический капитал. Тем не менее, Уэйл и Citigroup выстояли в этой борьбе, и именно теперь, когда положение компании стабилизировалось, Уэйл объявил о решении передать бразды правления в другие руки.

На протяжении всей своей карьеры на Уолл-Стрите, которая началась еще в 50-х годах, Уэйл отличался обостренной способностью чувствовать нужный момент. Когда он сообщил о своем решении совету директоров, грозовые тучи, нависавшие над банком уже около полутора лет, начали рассеиваться. Соглашение со Спитцером и SEC уже было "в кармане", и, что не менее важно, основы бизнеса группы ощутимо упрочились, главным образом, – за счет зарубежной деятельности.

В июле Citigroup объявила о рекордно высоких квартальных результатах: прибыль от основной деятельности за апрель-июнь превысила $4.3 млрд. (годовой прирост по сравнению со вторым кварталом 2002 года – 14%), а суммарные доходы достигли $19.4 млрд. (прибавка – 8%). Чистый доход компании составил 83 цента на акцию, тогда как средний по Уолл-Стриту уровень – лишь около 3 центов. Через три часа после этого сообщения была оглашена новая сенсация: Citigroup объявила об увеличении квартальных дивидендов на 75% – до 35 центов на акцию. Несмотря на рыночную депрессию курс акций Citigroup повысился на $1, т.е. до $47.13 за акцию, а годовой доход самого Уэйла от принадлежащих ему 22 млн. акций возрос от $17.9 млн. до $31.4 млн.

Естественно, все это делает предстоящий отход Уэйла от власти весьма эффектным: он объявил, что окончательно выбрал преемника, через два дня после публикации блестящего финансового отчета Citigroup. Разумеется, выбор момента был далеко не случайным. Фактически Уэйл в наиболее доходчивой – материальной – форме объявил акционерам банка и всему рынку капитала о своей убежденности в будущем процветании группы. Параллельно была обнародована и новая стратегия компании, предусматривающая дальнейшее расширение деятельности. Сразу после публикации отчета стало известно, что Citigroup приобрела за $3 млрд. подразделение по операциям с кредитными карточками розничной торговой компании Sears.

Хотя некоторые аналитики скептически отнеслись к этой покупке, ибо у Sears много проблемных счетов, большинство обозревателей убеждены, что с новым руководством карточное подразделение сможет поправить дела. Стало также известно, что Citigroup планирует серию приобретений и в других сферах – частной банковской деятельности, управления активами, процессинга трансакций и розничной банковской деятельности. Кроме того, утверждается, что группа проявляет интерес к приобретению нескольких крупных региональных банков. Распространились также слухи о том, что список будущих приобретений Citigroup возглавляют FleetBoston Financial и Texas Commerce Bank (подразделение J.P. Morgan Chase). С учетом огромных размеров компании – активы Citigroup превышают $1.1 трлн. – сделки такого рода только увеличат темпы ее экспансии. У группы вполне достаточно капитала, чтобы обеспечить приобретенные активы новыми бизнес-технологиями и поднять их прибыльность.

Однако, отвлекаясь от прогнозов относительно доходности подобных приобретений, в американских финансовых кругах полагают, что Уэйл намеренно хочет завершить свое руководство Citigroup эффектной финансовой операцией. По мнению аналитиков, это – лучшее, чего он может желать при уходе из банка, когда бы он ни вознамерился это сделать.

Правда, о его действительных намерениях можно только гадать; по мнению всех, кто когда-либо имел дело с этим мудрейшим финансистом, Уэйл никогда не уйдет из Citigroup и не откажется от власти в группе до конца жизни или до глубокой старости. Определенные сомнения в намерении Уэйла реально выпустить из рук бразды правления вызывает и личность выбранного им преемника – абсолютно лояльный ему Чак Принс не станет, скорее всего, вести самостоятельную политику, а будет выполнять все рекомендации Уэйла, который сохранит за собой пост председателя правления Citigroup.

"Ликвидатор проблем"

Чарльз ("Чак") Принс, которому сейчас 53 года, долгое время работал главным юрисконсультом Citigroup. Фактически его главной задачей было ограждать Уэйла от всевозможных проблем правового характера или решать их, если они все-таки возникали. У многих его имя ассоциируется с картиной, которую можно было наблюдать несколько лет тому назад у входа в нью-йоркский отель "Шератон", где проходил гала-концерт балета Элвина Эйли, посвященный открытию сезона. В числе попечителей этого мероприятия были Сэнди Уэйл и его жена Джоан. Погода в тот вечер была отвратительной, и многим запомнился непритязательный, промокший, но строго одетый человек, который грациозно держал свой зонтик над головами гостей Уэйла, когда они под проливным дождем проходили от машин к отелю. Это и был Чак Принс.

Уже будучи одним из топ-менеджеров крупнейшей в мире финансовой группы, он играл в ней аналогичную роль. Не имело значения, насколько непреодолимы обстоятельства и насколько сложна или нелицеприятна задача: обязанностью Принса было отводить беду от Уэйла, даже если проблемы падали с небес. По словам Кеннета Бьялкина, бывшего директора Citigroup и внешнего юрисконсульта Уэйла на протяжении нескольких десятилетий, "Сэнди использовал его в качестве наперсника, плановика и специалиста по улаживанию конфликтов". Теперь же именно Принс возглавит Citigroup – он станет президентом компании 1 января 2004 года.

Это решение вызвало огромное удивление на Уолл-Стрите. В финансовых кругах все были уверены, что по собственной воле неутомимый Уэйл никогда не покинет Citigroup, а, если он все-таки уйдет, то вместе с ним группу покинет и его верный "Санчо Панса". Тем не менее, Чак Принс, юрист по образованию, который впервые возглавил самостоятельное подразделение Citigroup только в сентябре прошлого года, окажется во главе крупнейшего и самого сложного в мире финансового института.

Так выглядит финал волшебной сказки о блестящей карьере сына каменщика из Южной Калифорнии, детство и юность которого прошли в двух милях от Диснейленда. Его первым увлечением была музыка, но он покинул шоу-бизнес, когда группа Righteous Brothers не сумела завоевать популярность, исполняя написанные Принсом песни. После этого он решил сделать карьеру в бизнесе. Принс закончил университет в Южной Калифорнии магистром права и международных отношений, после этого в 1975 году получил работу в сталелитейной компании US Steel. Однако в 1979 году он перешел в Commercial Credit в Балтиморе – в банк, который специализировался на потребительском кредитовании. Принсу было уже далеко за тридцать, когда его "открыл" Уэйл. Их сотрудничество дало блестящие результаты.

В 1985 году Уэйл оказался в крайне затруднительном положении. Как и Принс, Сэнфорд Уэйл – выходец из малообеспеченных кругов. Сын портного-иммигранта, он сумел к пятидесяти годам достичь прочного положения на Уолл-Стрите: ему принадлежала брокерская фирма Shearson Loeb Rhodes. Однако позднее он продал ее American Express, и, когда в укрупненной компании началась борьба за власть, Уэйл потерпел сокрушительное поражение. Ему пришлось покинуть American Express и на время оставить банковский бизнес.

Тем не менее, эта неудача не сломила талантливого банкира. В 1986 году он и небольшая группа его сторонников переехали в Балтимор для организации поглощения Commercial Credit. Этот банк считался проблемным, поэтому эту задачу было нетрудно решить. Кроме того, в юридическом отделе Commercial Credit Уэйл обнаружил Чарльза Принса, в котором сумел рассмотреть задатки, о которых тот и сам не подозревал. Именно тогда Принс стал главным консультантом Уэйла – он сопровождал его на всем пути "возвращения" в Нью-Йорк и создания гигантского финансового "супермаркета".

Восхождение на Олимп

По словам Принса, в 1986-м и даже в 1998 году "никто не поверил бы, во что может превратиться эта команда и сама компания". В 1988 году банк Commercial Credit поглотил компанию Primerica и ее брокерское подразделение Smith Barney Brokerage, а на ее базе началось создание новой финансовой империи. После нескольких небольших приобретений в 1992 году Primerica учредила альянс со страховой фирмой Travelers, заплатив $722.5 млн. за 27% ее акций, а в 1993-м приобрела остальные 73% и изменила свое название на Travelers. Тогда же Уэйл выкупил у American Express свою бывшую фирму – подразделение розничной брокерской деятельности и управления активами Shearson Lehman Brothers – и интегрировал его со Smith Barney Brokerage, а позднее усилил это объединение инвестиционным банком Salomon Brothers, который Travelers присоединила за $9 млрд. в 1997 году. Наконец, в 1998-м Travelers осуществила слияние с Citicorp (стоимостью $70 млрд.), результатом которого и стала гигантская Citigroup, прибыль которой уже за первый полный год функционирования – 1999-тый – составила $11.2 млрд.

Разумеется, такое стремительное восхождение было сопряжено с непрерывным маневрированием. Когда Уэйл начинал свой новый поход к высотам банковского бизнеса, ему было уже 53 года, и он не мог терять времени зря. Его предложение о приобретении Citicorp было сделано, несмотря на то что в 1998 году подобная комбинация активов еще не вписывалась в рамки закона США о банковской деятельности (было запрещено соединять в рамках одного института страховые, инвестиционные и коммерческие банковские операции). Уэйл загрузил работой своих юристов, и они нашли щели в законе, что открывало возможность добиться утверждения этой сделки еще до того момента, как был изменен сам закон, лишь через два с половиной года после создания Citigroup легализовавший подобные объединения. С тех времен прибыли Citigroup быстро увеличивались и в прошлом году дошли до $15.3 млрд., а курс акций группы повысился втрое по сравнению с уровнем 1998 года.

Когда в начале 2000 года бывший президент Citicorp Джон Рид не выдержал силовой борьбы за власть и вынужден был уйти из группы, вся полнота власти оказалась в руках Уэйла и его команды, после чего их стратегия приобретений стала еще более агрессивной. В мае 2000 года Citigroup присоединила британский инвестиционный банк Schroders, который вошел в состав Salomon и открыл для группы европейский рынок, а в ноябре – Associates First Capital ($31 млрд.), одну из крупнейших в США компаний сектора потребительского финансирования. Год 2001-й ознаменовался поглощением мексиканского банка Banamex ($12.5 млрд.), а в прошлом году группа купила за $5.4 млрд. Golden State Bancorp. Наконец, в текущем году в Citigroup влилось карточное подразделение Sears ($3 млрд.).

Ошеломляющая скорость, с которой действовал Уэйл на протяжении последних семнадцати лет, в большой мере была обеспечена интеллектом Принса, что превращало его в бесценного соратника. Принс успевал удерживать оборону на всех фронтах, отражая атаки групп потребителей, обвинявших Citigroup в грабительской практике кредитования, ограничивая нарастание проблем банка в Аргентине и возглавляя переговоры с регулятивными органами, которые расследовали конфликты интересов в Citigroup и ее роль в махинациях Enron. Миролюбие, проявленное Принсом после того, как он возглавил инвестиционное подразделение группы Salomon Smith Barney, принесло ему уважение следователей и самого грозного прокурора Элиота Спитцера. Правда, отзывы истцов из числа клиентов Citigroup далеко не всегда были хвалебными. По словам Мэттью Ли, исполнительного директора группы Inner City Press Community, развернувшей кампанию против деятельности крупных банков, "он – именно тот человек, который способен добиться оправдания их сомнительных способов кредитования с высокими процентными ставками".

Тем не менее, успешная деятельность Принса в юридической сфере и его репутация "ликвидатора проблем" не дает ответа на вопрос: достаточно ли у него опыта практической финансовой деятельности, чтобы руководить таким гигантом как Citigroup? В качестве молчаливого признания того, что ему может потребоваться определенная помощь, Citigroup назначила – начиная с будущего года – нынешнего руководителя подразделения потребительского кредитования Роберта Уилламстеда (ему 57 лет) главным администратором компании (chief operating officer). Уилламстед, как и Принс, уже введен в совет директоров, им предоставлено одинаковое количество привилегированных акций Citigroup – каждому на сумму в $14.2 млн.

Уэйл утверждает, что Принс быстро освоит новый вид деятельности. По словам руководителя Citigroup, он не знает более никого, кто способен так быстро учиться. Это мнение разделяет и Бьялкин, который тесно сотрудничал с Принсом на протяжении многих лет: "Он всегда стремился расширить круг своих знаний, отличаясь огромной интеллектуальной и профессиональной любознательностью, широкими философскими воззрениями".

Даже Мэттью Ли, который однажды встречался с Принсом в Citigroup, был изумлен тем, что он прочитал юридические документы, направленные банку группой протеста, поскольку находить время для таких вещей – не в стиле топ-менеджеров. Невозмутимость Принса непоколебима. Он сохраняет ее, случайно оказавшись под проливным дождем, а также в спорах с адвокатом, защищающим права потребителей, который воспринимает его как классового врага. Как Бьялкин, так и Ли утверждают, что за столом переговоров поведение Принса всегда сориентировано на проблему и никогда – на личности. Тем не менее, стать преемником настолько неординарной личности как Сэнди Уэйл – задача невероятно сложная.

Пора переквалифицироваться в режиссеры?

Поклонникам Уэйла – волевого и неутомимого банкира с макиавеллиевским мышлением – трудно представить его в роли пассивного председателя правления, особенно после объявления о приобретении подразделения Sears; эта сделка свидетельствует о том, что группа вернулась к своей стратегии роста за счет приобретений. Поэтому на Уолл-Стрите сложилось мнение, что Уэйл вовсе не намерен бросать штурвал – просто он откажется от продолжения "сценической" карьеры и посвятит себя исключительно "режиссуре". В пользу этого свидетельствует также то, что он не собирается уходить с поста председателя правления, по крайней мере, до общего собрания акционеров весной 2006 года. Кроме того, очевидно, что как Принс, так и Уилламстед будут охотно выполнять все его указания.

С другой стороны, а нуждается ли Citigroup в радикальной смене управленческой команды, стратегии и политики? Ведь именно эта команда сумела за короткий срок превратить провинциальный банк в самый прибыльный в мире финансовый конгломерат, а грядущая перестановка в ней – замена Уэйла на Принса – вполне соответствует требованиям момента. Чарльз Принс – прекрасный оратор, разумный, элегантный и обаятельный человек, способный очаровать практически любого собеседника (включая Спитцера).

По мнению Артура Левитта, бывшего председателя Securities & Exchange Commission (SEC), который был партнером Уэйла в самом начале его карьеры, "Принс – весьма представительная личность, значительно более представительная, чем сам Уэйл". Он великолепно проявил себя в решении всех проблем, возникавших у компании, особенно в последней из них, самой трудной, когда потребовалось "вытащить" Citigroup и самого Уэйла из расследования конфликта интересов, в которое были вовлечены Salomon и его бывший аналитик Джек Грубман (см. БП № 4). То, что он сумел справиться даже с ситуацией, когда у Спитцера на руках были реальные компрометирующие Уэйла материалы, свидетельствует об исключительных способностях Принса.

Возможно, именно эти таланты и есть главное качество, которым должен в данный момент обладать руководитель Citigroup. Тем более что объявление о предстоящем уходе Уэйла делает бессмысленной дальнейшую публикацию компрометирующих материалов, чем усиленно занимался Спитцер в последний год. Хотя скандалы вокруг Citigroup уже поутихли, не исключено, что прокурор в своем неуемном стремлении к популярности опять подольет масла в огонь.

К тому же, есть вероятность, что такие возможности у него еще сохранились. В ходе расследования деятельности сотрудника Salomon Smith Barney Джека Грубмана обнаружилось, что этот ведущий специалист Уолл-Стрита в сфере телекоммуникаций долгое время намеренно завышал рейтинги компаний – клиентов банка. Он рекомендовал инвесторам покупать акции этих фирм, когда они уже находились на грани банкротства. Кроме того, у менеджеров данных компаний был привилегированный доступ к акциям первоначальных публичных предложений, размещением которых занимался банк, а Грубман имел к этому непосредственное отношение. При этом, в ходе расследования всплыли некоторые факты, которые навлекли подозрения на Уэйла.

В апреле 2000 года банк оказался одним из трех андеррайтеров эмиссии облигаций телекоммуникационной корпорации AT&T на рекордную по тем временам сумму в $10.62 млрд. Оплата услуг банкиров тоже была значительной даже по меркам Уолл-Стрита: каждый из андеррайтеров – Salomon Smith Barney, Goldman Sachs и Merrill Lynch – получил по $45 млн. Это соглашение с самого начала было сомнительным. В течение многих лет Грубман публиковал низкие рейтинги AT&T, а Salomon, как правило, не получал от этой компании подобных поручений. Тем не менее, после того как Грубман повысил свой рейтинг AT&T до "покупать", Salomon Smith Barney был выбран главным андеррайтером ценных бумаг этой компании. Позднее выяснилось, что Грубман изменил свою оценку AT&T, после того как Уэйл посоветовал ему "окинуть эту компанию свежим взглядом". Ситуация для Уэйла складывалась все более неблагоприятно: не имея достаточных для суда доказательств его вины, Спитцер в стремлении сделать Уэйла "персоной нон грата" в собственном банке непрерывно раздувал скандал, публикуя в прессе обнаруженные против него улики.

Чтобы погасить этот скандал, требовалось немалое мастерство. Тем не менее, Принс сумел решить и эту задачу. В сентябре прошлого года он сменил на посту руководителя Salomon Майкла Карпентера, которого благополучно вывели из игры, и активно включился в переговоры со следственными органами. В апреле Citigroup согласилась уплатить $400 млн. в виде своей части суммарного штрафа ($1.4 млрд.), наложенного на 10 инвестиционных банков. Эта доля оказалась самой крупной, но дело стоило того: направленное против Уэйла расследование было прекращено. При этом, в ходе многомесячных переговоров сам Принс произвел неизгладимое впечатление на Элиота Спитцера, который выразил восхищение его "интеллектом и честностью". В результате Уэйл получил шанс уйти со сцены с гордо поднятой головой: скандалы вокруг него и Citigroup поутихли, а доходы банка резко возросли.

Однако особенно медлить с прощанием тоже не следует. В настоящее время акционеры Citigroup чрезвычайно довольны своими доходами. Тем не менее, банку еще предстоят серьезные юридические битвы за максимально возможный возврат займов, предоставленных Enron, WorldCom и прочим нынешним банкротам. Кроме того, в конце июля Конгресс США, прокуратура и регулятивные органы завершили расследование роли банков в мошеннических операциях Enron, WorldCom и других компаний, банкротства которых унесли с собой миллиарды долларов обманутых инвесторов, и пришли к выводу, что банкиры Citigroup сознательно помогали Enron маскировать долги, вводя в заблуждение акционеров.

Хотя Citigroup уже подписала "мирный договор" с SEC, а пригодных для судебного процесса доказательств виновности банка в обмане инвесторов Enron следствием не обнаружено, Citigroup еще предстоит уладить иски, возбужденные против банка пострадавшими акционерами лопнувших компаний. Таким образом, впереди – новые юридические баталии, в ходе которых могут всплыть очередные нелицеприятные факты, а новые скандалы могут пробудить прошлогодние сомнения у акционеров Citigroup в том, способен ли один человек (тем более, 70-летний) возглавлять настолько разветвленный финансовый конгломерат.

Из этих соображений уход Уэйла из-под света софитов – оптимальное решение как для него самого, так и для группы в целом. Фактически главная из оставшихся проблем Citigroup – максимально быстро урегулировать частные иски акционеров Enron, и, понятно, что самый подходящий для этого человек – именно Чарльз Принс. С другой стороны, сомнения в финансовых кругах относительно его способности руководить Citigroup в "мирной жизни", скорее всего, безосновательны: человек, прошедший рука об руку с Уэйлом весь путь из низов на финансовый Олимп, безусловно, освоил все тонкости управления конгломератом, в строительстве которого принимал участие, начиная с закладки фундамента. Правда, высказывания, что Принсу недостает опыта практической финансовой деятельности, не лишены оснований, но это – дело наживное, кроме того, у него прекрасные помощники, да и сам Уэйл пока не намерен покидать банк…

Таким образом, с нового года официальным главой Citigroup станет во всех отношениях подходящий для этого поста человек, а реальное руководство банком будет осуществлять та же команда менеджеров, которая превратила его в самую прибыльную группу мира. В этой ситуации нападки критиков на то, что Уэйл выбрал своим преемником Принса лишь по тому принципу, что он – его близкий друг, просто несерьезны: не врагу же передавать дело всей своей жизни?!.

Галина Резник, по материалам Financial Times, Washington Post, New York Times

 
© агенство "Стандарт"