журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
Международные банки

СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

Новые рыночные страны

Банковские отделения

Банковская деятельность

Информационные технологии

ФИНАНСОВЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №4, 2003

Международные банки

Скандал в Моравии

Крах небольшого чешского банка продемонстрировал, что процесс реформирования национального банковского сектора еще далеко не завершен

Сегодняшняя ситуация в чешском банковском секторе выглядит совершенно типичной для стран Центральной Европы. На розничном рынке доминируют три больших банка – CSOB, Ceska Sporitelna и Komercni Banka; значительная часть банковской системы контролируется иностранными финансовыми группами, а сам рынок считается перспективным и отличается высокими темпами роста. Тем не менее, до подлинного благополучия здесь еще очень далеко. Обстоятельства краха Union Banka, небольшого финансового института из моравского города Остравы, показывают, что банковская система Чехии еще очень далека от стандартов Европейского Союза, в который страна должна вступить уже в будущем году. В этой скандальной истории нашлось место финансовым махинациям, сомнительным судебным решениям, закулисным и открытым разборкам между акционерами – всему тому, что, казалось, изжило себя после окончания чешского банковского кризиса середины 90-х годов. Не удивительно, что чешские банковские вкладчики встревожены и склонны принимать всерьез даже ничем не обоснованные слухи о финансовых проблемах в крупнейших банках страны.

Закономерный конец, ставший неожиданным началом

Вся эта история началась 21 февраля 2003 года, когда Union Banka, небольшой банк, зарегистрированный в г. Остраве, объявил себя неплатежеспособным и приостановил работу своего 91 отделения. Тогда это сообщение не вызвало особого ажиотажа, хотя Union Banka не был таким уж незначительным институтом. Его объем активов на конец 2002 года составлял около 25 млрд. крон ($862 млн.), его клиентами были порядка 250 тыс. физических и юридических лиц, а доля на национальном розничном банковском рынке оценивалась, примерно, в 1.5%. Дело, однако, заключалась в том, что крах Union Banka вовсе не был неожиданным. Общая точка зрения специалистов на его проблемы полностью соответствовала определению Владимира Шпильды, премьер-министра Чехии, который заметил, что Чешский национальный банк (CNB) мог бы отозвать лицензию у Union Banka и пораньше.

Union Banka, основанному в 1991 году группой металлургических предприятий Остравы, не везло с самого начала. Сразу же после его основания по рынку пошли слухи, что акционеры одолжили у самого банка средства на покупку его акций. В дальнейшем Union Banka выполнял роль типичного "карманного" банка, кредитуя своих же собственников и близкие к ним компании, естественно, не торопившиеся расплачиваться по долгам. Чтобы покрывать растущие потери, Union Banka активно привлекал депозиты, а также приобрел в 1996 году три небольших банка, чьи кредитные портфели, впрочем, тоже были переполнены невозвращенными займами. В дальнейшем поглощения продолжались, но все это, в основном, были мелкие банки с очень шатким финансовым положением.

Собственно говоря, уже с середины 90-х годов Union Banka испытывал очень серьезные проблемы. Его основные акционеры сами столкнулись с финансовыми трудностями и даже при желании не могли расплатиться с банком по взятым ранее кредитам. В результате банку пришлось приступить к продаже активов, а его собственники неоднократно обращались к правительству и CNB с просьбами о финансовой помощи. Однако государственные органы, в общих чертах зная причины проблем Union Banka, не спешили с предоставлением ему поддержки. В итоге наступивший в 2003 году крах был полностью предсказуем. Удивление могло вызвать только то, что банк продержался так долго.

Правда, в начале 2002 года акционеры Union Banka сумели найти иностранного инвестора. Им стала итальянская финансовая компания Invesmart, в настоящее время контролирующая банк, хотя, по некоторым данным, так и не выкупившая его контрольный пакет акций. Поначалу появление итальянцев было воспринято положительно. Все надеялись, что покупка банка компанией Invesmart поможет возродить банк. Было известно, что Invesmart собиралась приобрести Union Banka с целью его реструктуризации и последующей продажи через два года. По словам аналитиков, эта идея была совсем не плохая, учитывая приближающееся вступление Чехии в Европейский Союз. Несмотря на то что розничный банковский сектор страны фактически был поделен между тремя крупнейшими банками, контролирующими около 85% рынка, у средних и небольших банков, все же, оставалась возможность эффективно функционировать.

Однако проблема заключалась в том, что Invesmart поставила покупку контрольного пакета акций Union Banka в зависимость от получения государственной помощи. В январе 2003 года итальянская компания официально обратилась в Министерство финансов Чехии, CNB и Антимонопольный комитет с просьбой о предоставлении ими 1.5 млрд. крон ($52 млн.) на покрытие потерь от невозвращенных кредитов. Позднее эта сумма была доведена до 1.7 млрд. крон.

По словам аналитиков, у Invesmart были основания надеяться на получение такой помощи. Во время финансового кризиса середины 90-х годов, когда были отозваны лицензии у 18 банков, государство выделило на аналогичные цели около 500 млрд. крон ($17 млрд.). Казалось, оно должно было поддержать и Union Banka – небольшой, находящийся в частной собственности банк, контролируемый иностранцами и обладающий весьма широкой клиентской базой: это был именно тот тип финансового института, который считается "будущим" банковского сектора страны.

Однако государственные органы не пошли навстречу Invesmart. Вероятно, причиной этой неуступчивости были, во-первых, странное положение итальянского инвестора, который уже фактически контролировал банк, но, при этом, только обсуждал условия его покупки, а, во-вторых, неподтвержденные пока обвинения в инсайдерском кредитовании, которые выдвигались против Invesmart. Да и вообще репутация у Union Banka была настолько испорчена, что у чешских правительственных чиновников, очевидно, вызывала отвращение сама идея его санации за государственный счет.

Убедившись, что деньги государство не даст, Invesmart была вынуждена объявить Union Banka неплатежеспособным. По ее оценкам, для возобновления его работы требовалось вливание капитала объемом в 4.5 млрд. крон ($155 млн.). Министерство финансов было готово дать, максимум, 650 млн. крон, однако, как заявил Паоло Каталфамо, руководитель Invesmart, он не собирается сдаваться и предпримет все возможное для спасения банка.

До этого момента ситуация была вполне обычной и развивалась в соответствии с законами рынка. Однако затем события, как говорится, понеслись кувырком.

Злые языки страшнее пистолета

В конце февраля и начале марта ряд чешских банков внезапно оказались объектами информационной атаки. Посредством электронной почты, через Интернет и короткие текстовые сообщения (SMS) по мобильным телефонам начали распространяться анонимные сообщения, утверждавшие о слабой ликвидности, надвигающихся проблемах или даже неплатежеспособности некоторых финансовых институтов. Объектом слухов, распространяемых таким образом, стали крупнейшие банки Чешской Республики – Komercni Banka (KB), Ceskoslovenska Obchodni Banka (CSOB) и меньший по размерам eBanka, а также чешское подразделение германской банковской группы HVB.

Первая "очередь" электронных сообщений появилась в конце февраля, сразу же после банкротства Union Banka, и касалась деятельности eBanka. В посланиях отмечалось, что eBanka испытывает недостаток средств и может в ближайшее время обанкротиться, и делались ссылки на "достоверные источники" в банковском секторе. Электронное сообщение с таким содержанием получило широкое распространение и было даже размещено на нескольких новостийных веб-сайтах.

По словам Павла Маковски, представителя eBanka, "появление подобной информации не оказало какого-либо негативного влияния на деятельность банка. К счастью, наши клиенты все с достаточно хорошим образованием и понимают, насколько легко распространить слухи посредством Интернета. Мы даже получали письма поддержки и предложения помощи от некоторых наших клиентов". Банк подал исковое заявление с требованием возмещения убытка против неизвестного злоумышленника – особенность чешского законодательства, которой нет на Западе.

Следует отметить, что в течение нескольких последних месяцев слух о слабой ликвидности eBanka уже не раз "облетал" банковский сектор страны, что не могло не оказать негативного влияния на отношение клиентов к данному финансовому институту. Так, в конце ноября 2002 года было распространено аналогичное электронное сообщение о том, что eBanka испытывает "большие проблемы". Полиция так и не нашла отправителя (расследование все еще продолжается).

В течение последней недели февраля также были распространены порочащие слухи о HVB и KB. Хотя представители пресс-служб данных банков не комментировали ситуацию, источники, близкие к ним, сообщали, что слухи, скорее, причинили неудобства, чем поставили какие-либо серьезные проблемы. Впрочем, данные слухи не были такими уж безосновательными (по крайней мере, в отношении HVB). Второй по величине банк Германии HVB Group незадолго до этого сообщил о худших, чем ожидалось, результатах деятельности в 2002 году, отразив убыток в сумме @858 млн., вызванный большим объемом просроченных кредитов. Зато КВ, как говорится, был полностью "чист", им были обнародованы очень даже солидные предварительные результаты деятельности за 2002 год с отображением чистой неконсолидированной прибыли в размере 8.76 млрд. крон, что на 246% выше, чем в 2001 году.

Представители "пострадавших" банков отмечали, что слухи не нанесли существенного вреда их деятельности, однако они могут вызвать панику среди их клиентов относительно возможного кризиса банковской системы, аналогичного тому, который имел место в середине 90-х годов. Однако, по мнению многих наблюдателей, данные опасения были беспочвенными, поскольку в настоящее время все банки, ставшие объектом нападок, находились в иностранной собственности.

Позднее, в начале марта, дошла очередь и до банка CSOB, хотя в данном случае авторы посланий ограничились окрестностями г. Пльзеня. В сообщении содержалось предостережение о том, что ликвидность банка низкая и его банковская лицензия будет изъята центральным банком 10 марта. Банк CSOB принадлежит бельгийскому КВС, представители которого поспешили опровергнуть слухи и указать на их "комичность".

Аналогичным образом недавно в Словакии был распространен слух о кризисе одного из трех крупнейших банков страны – Vseobecna Uverova Banka (VUB). Информация о возможном его банкротстве начала распространяться одновременно с сообщениями о крахе Union Banka в Чехии. Отток депозитов клиентов VUB начался в южной части Словакии; по словам Даны Двораковой, директора по маркетингу и коммуникациям, в течение нескольких дней практически всем филиалам банка в разных регионах страны был нанесен определенный ущерб. С депозитных счетов была снята сумма в размере почти 200 млн. словацких крон ($5.3 млн.). "После этого мы провели серию пресс-конференций, публичную презентацию деятельности банка совместно со Словацким национальным банком и разместили соответствующие объявления во многих крупных ежедневных новостийных изданиях", – сообщила Дворакова.

По словам Двораковой, банк "легко отделался" по сравнению с его конкурентом Tatra Banka, который в течение двух недель в 2001 году после аналогичных необоснованных слухов потерял с депозитов 2 млрд. словацких крон. Особенно активно реагировали на подобные сообщения пенсионеры, многие из которых потеряли деньги в разных финансовых пирамидах в начале 90-х годов и во время кризиса середины прошлого десятилетия.

Возникло несколько версий относительно причин появления "эпидемии" слухов в банковском секторе Чехии. По мнению Анджея Новачека, банковского аналитика британского Credit Suisse First Boston, "одновременно с приватизацией многих банков осуществлялась их реструктуризация, в ходе которой достаточно большое количество служащих лишились рабочих мест. Возможно, кто-либо из уволенных мог использовать распространение ложной информации о банке в качестве мести прежнему работодателю".

Другая версия о причинах возникновения слухов была непосредственно привязана к краху Union Banka (по крайней мере, это объясняло их "своевременное" появление). Дело здесь в том, что, по национальному законодательству, в случае банкротства чешского банка клиентам, сумма вкладов которых не превышает 790 тыс. крон (@25 тыс.), компенсируются 90% их средств из Фонда страхования депозитов. Соответственно, в очевидном проигрыше остаются клиенты, размеры вкладов которых превышают данную сумму. "Следовательно, это может быть один из клиентов, сумма вклада которого превышает застрахованный лимит. Он и распространяет слухи, с тем чтобы спровоцировать правительство на увеличение объема компенсации в целях уменьшения паники в банковском секторе", – считает один из специалистов.

По словам аналитиков, слухи воскресили некоторые опасения относительно повторения банковского кризиса в Чехии, однако, несмотря на то что ими не был нанесен реальный вред какому-либо банку, их не следовало недооценивать. Впрочем, все еще было впереди. Заинтересованные в конфликте вокруг Union Banka лица перешли от слов к делу.

Закон – что дышло…

Между тем, пока чешские СМИ обсуждали тему скандальных слухов, ситуация с Union Banka развивалась своим чередом. В начале марта его руководство представило в CNB собственный план реструктуризации банка. По словам нового генерального директора Union Banka Романа Ментлика (он был назначен в конце февраля), основой его должно было стать некоторое изменение роли Фонда страхования депозитов (FPV), который, как правило, сначала выплачивает компенсацию клиентам банков-банкротов, а затем берет банк под собственный контроль и пытается вернуть себе эти средства. "Поскольку FPV в любом случае должен будет погашать долги Union Banka, если его объявят банкротом, в данной части его обязанности не изменятся, – заявил Роман Ментлик. – Мы же предложили Фонду выплатить сумму, причитающуюся на возврат депозитов, нам самим. Мы бы сами погасили долги перед нашими клиентами, а затем провели бы реструктуризацию и в течение пяти лет рассчитались бы с FPV".

По плану Ментлика, после возвращения депозитов, не превышающих @25 тыс., банк за пять лет постепенно рассчитался бы с клиентами, чьи вклады составляют до 5 млн. крон ($170 тыс.), а 130 клиентов банка, имеющих в нем депозиты на сумму более 5 млн. крон, получили бы акции банка пропорционально размеру их вкладов. План реструктуризации, помимо прочего, включал продажу имущества и активов банка, включая, возможно, часть его сети отделений. "Мы бы хотели сохранить банковскую лицензию и после завершения пятилетнего периода реструктуризации сфокусироваться на финансировании инвестиционных проектов, консалтинге и перекрестной продаже финансовых продуктов с использованием оставшихся отделений", – сообщил Ментлик.

Генеральный директор Invesmart Паоло Каталфамо подчеркнул, что, по его мнению, план нельзя считать совершенным, однако это единственный вариант, который может быть предложен в сложившейся ситуации. По его словам, сумма, которую FPV должен будет выплатить клиентам Union Banka, составляет 12.3 млрд. крон, а при использовании предложенного Ментликом плана реструктуризации существует большая вероятность возврата данных средств, чем при проведении процедуры банкротства, поскольку тогда стоимость активов банка существенно снизится.

Однако этот план не был принят. По словам Павла Трнки, директора FPV, подобное предложение было противозаконным. "Согласно законодательству Фонд гарантирует вклады населения в том случае, если банк не выполняет своих обязательств, однако он не кредитует банки. Это невозможно", – заключил Трнка. После консультаций с FPV заместитель министра финансов Чехии выступил с официальным заявлением о том, что министерство не поддержало план восстановления Union Banka, предложенный руководством последнего, и рекомендовал CNB продолжить процедуру отзыва у банка лицензии, что и было сделано 18 марта. В соответствии с вердиктом центрального банка 21 мая FPV должен был начать выплаты вкладчикам Union Banka. Роман Ментлик, убедившись, что его план отклонен, ушел в отставку, проработав на должности генерального директора банка менее месяца.

В ответ руководство Union Banka сообщило, что подает апелляцию на данное решение и будет добиваться возврата лицензии. Паоло Каталфамо заявил, что он уже договорился с крупной западной финансовой компанией, которая примет участие в реструктуризации банка; в случае, если будет сохранено доверие клиентов, новому инвестору банка понадобится лишь несколько сотен миллионов крон для восстановления бизнеса Union Banka. Правда, в то, что такое возможно, уже никто не верил. Сообщалось, что ведущие розничные банки Чехии уже готовы к "приему" бывших клиентов Union Banka. Например, CSOB сообщил, что им будет предложено бесплатное пользование счетами в течение трех месяцев и предоставлен лимит овердрафта до 100 тыс. крон.

Тем не менее, в конце марта стало известно, что интерес к Union Banka проявил элитный американский инвестиционный банк Goldman Sachs. Его представители признали, что надеяться на возобновление розничных операций банка уже не приходится, но он еще может принести немалую прибыль, действуя в качестве инвестиционной компании, даже без банковской лицензии.

Однако тут с банком начали происходить удивительные вещи. Районный суд города Усти-над-Лабем 31 марта объявил Union Banka банкротом, назначив арбитражным управляющим некоего Даниэля Тоната, и признал его переименование в Ceska Revitalizacni и перенесение штаб-квартиры из Остравы в г. Мост на севере Богемии. На следующий день Тонат в сопровождении "от 20 до 30" бодигардов появился в филиале Union Banka в Праге и, предъявив свои полномочия, попытался принять на себя руководство операциями банка. Первым делом он подписал приказ об увольнении с поста генерального директора Петра Вотоупала, назначенного на эту должность всего неделей ранее. Сам Тонат, как впоследствии выяснилось, был недавним выпускником юридического факультета, но он еще не сдал всех положенных экзаменов. Ранее он принимал участие в нескольких делах о банкротстве, но везде сумма активов не превышала нескольких миллионов крон.

Как стало вскоре известно прессе, решение судьи Иржи Берки сопровождалось целым "букетом" подозрительных моментов и прямых нарушений. Во-первых, заявление о банкротстве было принято к рассмотрению и удовлетворено в течение считанных минут, в то время как в том самом районном суде уже рассматривалось 150 аналогичных дел, из которых 46 тянулись в течение, как минимум, трех лет. Во-вторых, Иржи Берка вообще не имел права рассматривать это дело, так как первое обращение о признании Union Banka банкротом поступило в районный суд Остравы еще в феврале и в соответствии с законом именно там должны были рассматриваться все последующие иски. В-третьих, решение о переименовании банка (очевидно, чтобы объявить, мол, в Остраве рассматривается дело о Union Banka, а решение по поводу Ceska Revitalizacni может быть принято и в Усти-над-Лабем) было незаконным, так как оно могло быть принято только общим собранием акционеров, которого не было. Между прочим, как стало известно, 31 марта было подано два, а не один иск о переименовании Union Banka в Ceska Revitalizacni и признании его банкротом, но в районном суде в Пльзне его принимать отказались.

Впрочем, самое интересное, что две доверенности, на основании которых было вынесено судебное решение, оказались сфальсифицированными. Документы, подтверждавшие переименование банка, и заявление о признании банка банкротом, якобы, были подписаны Романом Ментликом 20 марта, в день его ухода с поста генерального директора, а также членом правления Михалом Гаубе. Оба они уверяли, что ничего подобного не подписывали, а оперативно проведенная графологическая экспертиза подтвердила их заявления. Наконец, было совершенно не ясно, кто уполномочил некоего юриста Михала Пауле, подавшего заявление, на совершение таких действий. После того как дело получило огласку, 1 апреля Иржи Берка заявил, что даже "не помнит, кто дал ему эти документы". Сам Пауле бесследно исчез, и, по состоянию на 18 апреля, о его местонахождении ничего не было известно.

Безусловно, те, кто стоял за этим делом, рассчитывали с помощью Тоната получить, хотя бы на время, контроль над активами Union Banka. Шансы на успех у них были, так как, по чешским законам, в делах о банкротстве все решает суд, а процесс подачи апелляции мог продлиться не один месяц. Однако дело получило очень большую огласку и слишком быстро, так что они ничего не успели.

Всяческая суета

Уже 2 апреля, на следующий день после того, как сведения о скандальном банкротстве Union Banka стали достоянием общественности, Министерство юстиции Чехии начало расследование. Дело под свой контроль взял лично министр Павел Рыхетски. В Усти-над-Лабем срочно отправились официальные представители министерства, была подключена полиция. В то же время CNB изо всех сил тянул время, под различными предлогами откладывая признание права подписи за Даниэлем Тонатом. В пятницу, 4 апреля, судья Иржи Берка ко всеобщему облегчению отменил свое прежнее решение на основании того, что он был введен в заблуждение фальсифицированными документами. Как потом признавала Дагмар Зацкова, заместитель районного прокурора в Усти-над-Лабем, судью убедили поступить именно таким образом, а не отсылать дело в Верховный Суд в Прагу, что затянуло бы его рассмотрение на несколько недель.

Днем ранее Invesmart и Goldman Sachs подписали соглашение о реструктуризации Union Banka, в соответствии с которым американская сторона (действующая через свой чешский филиал) обязалась вложить в эту процедуру до 7 млрд. крон ($236 млн.). Как заявили представители заинтересованных сторон, этот план будет реализован, если банк не будет признан банкротом и продолжит деятельность (даже без банковской лицензии) как инвестиционная компания. Кредиторам пообещали вернуть около 30% их средств, тогда как при проведении процедуры банкротства они могли бы рассчитывать не более чем на 10-20%.

Но на этом дело не закончилось. Председатель наблюдательного совета Union Banka Джузеппе Роселли (представитель Invesmart) был 7 апреля похищен двумя неизвестными. В тот же день он был освобожден, но, по его словам, только после того, как подписал несколько десятков пустых бланков. В связи с этим Invesmart выступила с официальным предупреждением о том, что в дальнейшем возможно появление сфабрикованных неизвестными злоумышленниками документов за подписью Роселли, советуя всем партнерам банка и государственным органам впредь относиться ко всем документам, подписанным председателем наблюдательного совета, с особой осторожностью.

Все эти перипетии широко освещались в чешской прессе и, по словам местных комментаторов, нанесли большой вред престижу страны и ее финансовому сектору, особенно в свете грядущего вступления Чехии в ЕС. Хотя на саммите в Афинах Чехия наравне с остальными девятью кандидатами получила уведомление о вступлении в Евросоюз в 2004 году, подобные скандалы крайне негативно влияют на репутацию страны в глазах будущих партнеров. Как отметил один журналист в Prague Business Journal, "подобный беспредел – это слишком, даже для Чехии".

Между тем, дело еще далеко от завершения. До сих пор не известно, кто стоял за беспрецедентно наглой и отчаянной попыткой захвата власти в Union Banka. Пока что в чешской прессе выдвигаются три основные версии. По первой, подобную акцию мог предпринять кто-то из бывших акционеров или менеджеров Union Banka, кому надо было срочно и любой ценой замести следы прежних злоупотреблений либо попытаться увести активы из-под носа новых собственников. Правда, никто из остравских промышленных предприятий, которые изначально выступали собственниками банка, никогда ранее не был замечен в организации подобных провокаций, но это еще ничего не доказывает. Как раз слишком прямолинейная комбинация, производящая впечатление спешки и неподготовленности, и может указывать на недостаточную квалификацию аферистов.

Версия номер два указывает на Invesmart. Кстати, в опросе, проведенном в середине апреля чешским интернет-сайтом Banky.cz, основную вину в проблемах банка 62% респондентов возложили именно на итальянцев. Хотя здесь все обвинения базируются исключительно на косвенных доказательствах, Invesmart в этом деле определенно выглядит не совсем безгрешной. Как, например, выяснили чешские журналисты, итальянская компания выплатила самой себе гонорар за организацию собственного же приобретения Union Banka (по неподтвержденным данным, так и не доведенного до конца). Есть информация, согласно которой Роселли занимался инсайдерским кредитованием, выдавая через Union Banka кредиты, которые затем не возвращались. В связи с этим выдвигаются предположения, что похищение Роселли было им же и организовано, дабы потом отказаться от некоторых неудобных документов с собственной подписью.

Наконец, версия номер три связывает события вокруг Union Banka с таинственной фигурой предпринимателя Томаша Питра, связанного с крупной компанией Setuza, которой принадлежит ряд предприятий пищевой и химической промышленности. Как утверждают чешские журналисты, еще в феврале Питр заявлял, что Invesmart не контролирует Union Banka, а вот он уже ведет переговоры с крупным международным инвестором и может спасти банк от банкротства. По этой версии, Питр заинтересован в как можно более скорейшем банкротстве Union Banka, чтобы приобрести часть его активов, представляющих для него большой интерес. Впрочем, пока единственный довод в пользу того, что именно он стоит за попыткой захвата Union Banka, заключается в том, что компания Томаша Питра базируется в Усти-над-Лабем, где и было принято скандальное судебное решение.

Пока что ни одна из выдвинутых выше версий не получила документального подтверждения. Не исключено даже, что ошибочна каждая из них, а все было организовано некой "четвертой" стороной, которая пока не попала в поле зрения прессы. Вполне вероятно, что большая часть информации о подлинных событиях вокруг Union Banka так никогда и не выплывет наружу. Многое в судьбе банка решится 2 мая, когда CNB должен принять решение о продолжении процесса банкротства или принятии совместного плана Invesmart и Goldman Sachs о реструктуризации банка и превращении его в инвестиционную компанию. Но в любом случае это, наверное, еще не конец.

Виталий Шимкович & Наталья Коноваленко, по материалам Prague Business Journal, The Prague Post, Financial Times, CTK

 
© агенство "Стандарт"