журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
рубрики
ТЕМА НОМЕРА

ТЕХНОЛОГИИ

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

РЫНОК ЧЕРНЫХ МЕТАЛЛОВ

РЫНОК ЦВЕТНЫХ МЕТАЛЛОВ

ЦЕНОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Металлы мира" – №3, 2003
Приложения к статье
Цены на алюминий на Лондонской бирже металлов, $/т
Цены на алюминиевый сплав на Лондонской бирже металлов, $/т
Цены на медь на Лондонской бирже металлов, $/т
Цены на никель на Лондонской бирже металлов, $/т
Цены на цинк на Лондонской бирже металлов, $/т
Цены на свинец на Лондонской бирже металлов, $/т
Цены на олово на Лондонской бирже металлов, $/т

РЫНОК ЦВЕТНЫХ МЕТАЛЛОВ

Обзор мирового рынка базовых цветных металлов: 1 февраля – 5 марта

Нестабильность. Так можно одним словом охарактеризовать события, которые происходили на мировом рынке цветных металлов в феврале 2003 года. Цены прыгали то вверх, то вниз, обращая мало внимания на объективные обстоятельства. Там, где эти обстоятельства присутствовали, – например, на рынке никеля, – отмечен рекордный почти за три последних года скачок цен, хотя для этого особых оснований-то и не было. Стоимость меди, спрос на которую сдерживается продолжающимся экономическим спадом в странах Запада, приближалась к $1750 за т, хотя ранее специалисты называли оптимальным уровнем $1650 за т… Безусловно, причины всех этих колебаний следует искать в районе Персидского залива, весь февраль находившемся на грани войны, но так и не перешедшем за эту грань. Тем не менее, в скором начале военных действий не сомневался почти никто, что вынуждало одних участников рынка сводить активность до минимума, других, наоборот, закупать металлы впрок, пока поставки оставались стабильными, а цены не успели пойти в рост. В принципе, март – последний месяц, когда можно атаковать Ирак, так как уже в апреле начнется жара, задуют ветры, так что вести военные действия в регионе будет трудновато. Похоже, период нестабильности и неопределенности подходит к концу.

Алюминий: биржевые игры

Пока реальные производители и потребители алюминия, в основном, воздерживались от серьезных сделок, на Лондонской бирже металлов (ЛБМ) вовсю правили бал спекулянты. По словам наблюдателей, одна крупная компания (подозревают, что это швейцарская Glencore) аккумулировала значительные резервы алюминия на лицензионных складах биржи и вызвала искусственный дефицит наличного металла, что привело к подъему цен на него. Если обычно уровень цен по форвардному контракту выше, так как в них включаются расходы на хранение зарезервированной партии на складе, то в феврале дефицит алюминия, пригодного для немедленной поставки, обусловил обратную связь: весь месяц наличный металл котировался выше, чем продаваемый по трехмесячному контракту. При этом, разница порой превышала $20 за т, вследствие чего резко снизилась активность реальных потребителей, так как в такой обстановке им было выгоднее не заключать новых спотовых контрактов.

Подобная ситуация возникает на биржевом рынке алюминия далеко не в первый раз; бывали прецеденты, когда руководство ЛБМ вмешивалось и административными методами ставило заслон спекулянтам. Однако на этот раз никакого противодействия не было. Очевидно, свою роль сыграло то, что в неопределенной обстановке, вызванной продолжающейся экономической депрессией в США, Западной Европе и Японии, покупатели и так не торопились с приобретениями, поэтому игра на бирже не слишком им мешала.

Кроме того, сами по себе цены на алюминий сохраняли стабильность и по-прежнему находились в интервале $1350-1450 за т по трехмесячному контракту, который большинством специалистов считается равновесным. В последние дни февраля стоимость металла, правда, находилась ближе к верхней границе, достигнув наивысшего уровня за последние восемь месяцев, однако для серьезного ее увеличения на этом рынке, похоже, нет особых оснований.

Вообще ближайшие перспективы для мирового рынка алюминия весьма туманны. Так, например, специалисты российской компании "Русал" ожидают в этом году глобального роста спроса на 3-4%, при этом, для Западной Европы и США предсказывается 5%-ный подъем. В этом случае цены могут сохранить равновесие (конечно, если его не нарушат избыточные поставки из Китая). В то же время, британская компания Barclays Capital Research выступила с куда более пессимистичным прогнозом, предсказывая в этом году наличие избытка предложения в 1,2 млн. т и новое падение цен. В первых числах марта появились новые оценки, данные BB&T Capital Markets. По сведениям этой компании, в январе 2003 года производство алюминия в Китае сократилось на 9% по сравнению с декабрем прошлого года из-за завышенных цен на глинозем. Так как это сырье, большую часть которого КНР импортирует, остается дорогим (подробнее об этом ниже), аналитик BB&T Ллойд О'Кэролл предполагает, что этим будет сдерживаться рост производства в стране, а, следовательно, начнут повышаться цены.

Впрочем, все это – потенциальные возможности, а вот компания BHP Billiton официально сообщила в начале февраля, что строительство второй стадии алюминиевого комбината Mozal в Мозамбике близко к завершению (BHP Billiton принадлежат 47% акций Mozal). Новая линия, удваивающая производственную мощность предприятия, вступит в строй уже во втором квартале текущего года, а выход на плановый уровень – 500 тыс. т в год – запланирован на декабрь.

Кроме того, определенные опасения у специалистов вызывает постепенное восстановление алюминиевой отрасли США. В 2001 году только массовое выведение из строя производственных мощностей на северо-западе страны из-за роста тарифов на электроэнергию и низких цен на металл смогло предотвратить полный развал мирового рынка алюминия и компенсировать уменьшение спроса. Теперь цены ненамного выше, чем в 2001 году, но более выгодные условия, которые могут предложить энергетические компании, способствуют расширению выпуска. По данным US Aluminium Association, среднедневное производство в январе 2003 года составило 7809 т. Это самый высокий показатель с февраля 2001 года и на 15,3% выше, чем в январе 2002-го.

Правда, в феврале на американском спотовом рынке наблюдался, скорее, дефицит алюминия, что привело к увеличению премий Midwest от прежних 4,5-4,75 центов за фунт по сравнению со стоимостью металла на бирже Comex до 4,9-5,0 центов за фунт. Однако единственной более-менее долгосрочной тенденцией, стоявшей за этим подъемом, была тотальная нехватка алюминиевого лома (особенно высокосортного), вынуждавшая производителей алюминиевых сплавов приобретать вместо него слитки первичного металла. В остальном же нехватка была вызвана временными перебоями с поставками из России и Венесуэлы, и к началу марта действие обоих этих факторов стало спадать.

В Западной Европе потребительская активность стимулировалась тем, что долларовые цены на алюминий при пересчете в европейскую валюту из-за снижения курса доллара по отношению к евро оказались самыми низкими за последние четыре года. Кроме того, тяжелые ледовые условия на Балтике привели к перебоям с поставками не только из России, но и из Швеции. Правда, к концу февраля положение начало улучшаться, но к тому времени только в Санкт-Петербургском порту, по сведениям европейских трейдеров, скопилось порядка 200 тыс. т алюминия, которые, таким образом, не поступили вовремя на рынок. Кроме того, значительные запасы алюминия на европейских складах были вовлечены в различные финансовые сделки и оказались временно не доступными для потребителей.

Под влиянием этих факторов премии на западноевропейском спотовом рынке алюминия ощутимо пошли вверх и на пике подъема их уровень для спотовых поставок металла с уплаченной пошлиной достигал $105-108 за т по сравнению с ценами на ЛБМ. Правда, ближе к концу месяца на европейские склады начали поступать новые крупные партии металла, в результате чего премии несколько уменьшились. В последних числах февраля западный алюминий с уплаченной пошлиной котировался с премией на уровне $95-100 за т для спотовых контрактов, что, примерно, на $5 за т превышало январский уровень. Металл без пошлины стоил, как и в январе, на $40-45 за т дороже, чем на бирже, а российский алюминий А7е продавался с премией в $36-42 за т. Впрочем, по мнению трейдеров, после открытия балтийских портов этот уровень должен неизбежно понизиться.

На биржевом рынке алюминиевого сплава почти весь февраль продолжалась полная неразбериха, усиливаемая действиями спекулянтов, последовательно "зажимавших" рынок. Большую часть месяца спотовые цены едва не достигали $1500 за т, превышая на $60-70 за т уровень по трехмесячному контракту, при этом, и те, и другие были больше, чем у первичного алюминия. Только в последних числах февраля, когда алюминий несколько поднялся в цене, он смог превзойти сплав.

Впрочем, сейчас ни один аналитик не решается давать прогнозы относительно дальнейшего развития событий. Дефицит сплава на ЛБМ был вызван не только спекулятивными операциями, но и вполне объективными факторами – в первую очередь, сокращением резервов на лицензионных складах. Если в январе 2002 года на них хранилось около 120 тыс. т материала, то уже к середине февраля 2003 года произошел спад до рекордно низких 29 тыс. т. Примерно, на том же уровне находились резервы и в начале марта, причем, практически все они были сосредоточены на европейских складах.

Причина дефицита сплава заключается, в первую очередь, в нехватке алюминиевого лома на рынках Западной Европы и США. Это вызвано, прежде всего, низкими объемами производства в обрабатывающей промышленности, внедрением новых технологий, минимизирующих отходы, а также переориентированием экспортных потоков на Восточную Азию. Кроме того, европейские и, в меньшей степени, американские компании в последнее время предпочитают выпускать более дорогие сорта сплавов, сокращая выпуск стандартного материала А380/Din226, цены на который в Западной Европе в конце февраля доходили до @1550-1590 за т, так что поставщикам было значительно выгоднее продавать его напрямую, а не отправлять на биржу. К этому процессу подключились даже восточноевропейские производители сплавов, ранее более охотно использовавшие ЛБМ.

Итак, пока что спрос на алюминиевые сплавы в США и Западной Европе оставляет желать лучшего. И, если во второй половине этого года в развитых странах возобновится экономический рост, дефицит может приобрести очень острый характер. Не исключено, что превышение стоимости сплава над первичным металлом на бирже превратится из временной флуктуации в привычное явление, а плавильные заводы будут замещать лом в своих печах алюминиевыми слитками. Впрочем, на спотовом рынке сплав в последнее время и так дороже необработанного чистого алюминия, поэтому эти изменения будут отражать уже сложившееся положение вещей.

Китайские потребители глинозема, отгуляв на новогодних праздниках в начале февраля, вернулись на рынок, как говорится, отдохнувшими и с удвоенной энергией. Под влиянием новых крупных закупок цены уверенно двинулись вверх, достигнув самого высокого значения за последние два с половиной года. По сравнению с нижней точкой спада в ноябре 2001 года стоимость глинозема возросла более чем в 1,7 раза.

В конце февраля австралийский глинозем при поставках в Китай котировался на уровне, близком к $230 за т FOB, карибский материал, как обычно, оценивался на $10-20 за т дешевле, отражая разницу в стоимости поставки на китайский рынок. Сообщалось также, что проведенный в начале февраля индийской компанией Nalco тендер на поставку 25 тыс. т глинозема в марте показал результат в $246 за т FOB Визаг, но этот уровень все-таки кажется завышенным.

Во второй половине февраля активность на международном спотовом рынке глинозема упала, что остановило рост цен. При этом, соотношение между глиноземом и первичным алюминием превысило 15%-ный рубеж, который считается верхней границей оптимального интервала. Дальнейший подъем цен на сырье будет не выгоден производителям алюминия, и не зря уже отмечается, что дороговизна глинозема заставила китайские алюминиевые комбинаты несколько поубавить обороты.

По мнению ряда аналитиков, цены на глинозем уже достигли максимально возможного уровня, так что их дальнейший рост маловероятен; конечно, если вдруг не подорожает алюминий. Но этот вариант сейчас вряд ли возможен. В большей степени следует ожидать обратного – снижения цен на глинозем под влиянием депрессии на рынке алюминия.

Медь: рыночные диспропорции

Колебания биржевых цен на медь между $1650 и $1750 за т по трехмесячному контракту в течение февраля, пожалуй, проще всего было объяснить противоречиями между краткосрочными факторами, оказывающими влияние на рынок, и долгосрочными тенденциями. При этом, в сторону подъема цены, в первую очередь, "тянули" ожидания скорой войны в Персидском заливе, а спад обусловливало соотношение спроса и предложения.

Известно, что в тревожные времена многие стараются вкладывать деньги в нечто материальное, что вряд ли обесценится в случае каких-либо пертурбаций. Конечно, медь и другие металлы – это не золото, которое ощутимо подорожало в последние месяцы вследствие нарастания напряженности в мире. Наблюдатели неизменно отмечают рост интереса инвестиционных фондов и других институциональных инвесторов к товарным рынкам. Впрочем, если курсы акций западных компаний падают в цене, а рынки государственных ценных бумаг не всегда стабильны, вкладывать средства все равно куда-то надо, и металлы в этом смысле выглядят не худшим вариантом.

В отдельные дни в феврале ежедневный оборот на ЛБМ по меди превышал 28 тыс. контрактов, чего не случалось с июня 2002 года. Особенно высокой была активность в последних числах февраля, когда казалось, что война в Персидском заливе вот-вот разразится. Благодаря этим сделкам цены снова достигли более $1700 за т по трехмесячному контракту. Впрочем, вследствие невысокого курса доллара для многих покупателей это повышение было не слишком чувствительным.

Правда, в начале февраля был зарегистрирован и один краткосрочный фактор, способствовавший некоторому сбросу цен. После двухнедельного конфликта завершилась забастовка на мексиканском руднике Cananea, где добывается, в среднем, 150 тыс. т медной руды в день. Хотя компания Grupo Mexico, которой принадлежит это предприятие, не была озабочена проблемами с поставками, отгружая медный концентрат из своих запасов, как начало, так и завершение стачки заметно влияли на цены. Судя по всему, спекулянты использовали эти события как повод для организации биржевой игры.

Более значительно на снижении цен отражались макроэкономические факторы. Промышленное производство в Германии и Франции в январе этого года ощутило самый сильный месячный спад за, соответственно, четыре года и пять лет. Перманентная военная тревога в США также негативно влияет на потребительский рынок и косвенно – на состояние американской промышленности.

Реальные потребители меди в феврале несмотря на ажиотаж на бирже не проявляли особой активности, что отражалось на депрессивном состоянии спотового рынка. По словам трейдеров, торговый оборот в Западной Европе был минимальным на протяжении всего месяца. Премии на стандартный металл в первых числах марта находились на уровне $25-27 за т по сравнению с ценами на ЛБМ при поставке со склада в Роттердаме. Катодная медь из СНГ предлагалась на $25-30 за т дороже, чем на бирже, при тех же условиях поставки, западная медь "А" котировалась с премией, незначительно превышавшей $40-42 за т. Аналогичная ситуация сложилась в феврале и в Восточной Азии. Премии на медь "А" на тайванском и корейском рынках составляли в конце месяца около $55 за т по сравнению с уровнем ЛБМ при незначительном интересе со стороны потребителей, со склада в Сингапуре тот же материал предлагался с премией $45-60 за т.

Тем не менее, на международной конференции по меди, состоявшейся в середине февраля, высказывались мнения о том, что ситуация на мировом рынке меди далеко не так плоха, как может казаться. По предварительным данным, в прошлом году спрос и предложение были фактически сбалансированы, а на этот год ожидается наличие дефицита предложения. Даже если предполагаемого экономического роста в США и Европе так и не произойдет, не следует сбрасывать со счетов Китай. Потребление меди в этой стране возросло от 882 тыс. т в 1992 году до около 2,39 млн. т в 2002-м. По оценкам аналитиков германской компании Man Metals, в 2003 году спрос на медь в КНР увеличится еще на 10%, а в 2004-м он может превысить даже американский уровень.

При этом, производство меди в Китае сдерживается недостаточным уровнем добычи руды в стране и проблемами с поставками импортного концентрата. Крупные китайские компании наподобие Jiangxi, Tongling, Jinglong или Yunan получают его по долгосрочным контрактам с крупными западными поставщиками и поэтому могут нормально развиваться, однако мелкие производители вынуждены приобретать сырье на международном спотовом рынке, где цены в последние месяцы упали до минимума. В феврале величина тарифов на обогащение концентрата и рафинирование меди при спотовых сделках с китайскими и индийскими плавильными заводами была равна всего $22-25 за т и 2,2-2,5 центов за фунт CIF соответственно. Это практически не дает возможности медеплавильным заводам даже покрывать издержки на выполнение всех операций.

Однако дефицит на рынке концентрата, похоже, имеет хронический характер. Большинство сокращений производства в 2001-2002 годах касались именно добывающих мощностей, в то время как плавильные заводы, как правило, не снижали оборотов. В результате сырье сейчас в тотальном дефиците, а быстро развивавшаяся в последние годы китайская медеплавильная отрасль страдает от этого больше всех. Впрочем, другим производителям рафинированной меди приходится не легче. Средний уровень тарифов по годовым контрактам на 2003 год составил около $57 за т обогащенного концентрата и 5,7 центов за фунт рафинированной меди, что существенно ниже, чем год тому назад. Представители европейских заводов, вынужденных приобретать концентрат на спотовом рынке по $35/3,5 центов, называют нынешнюю обстановку катастрофической. При этом, европейцы жалуются на то, что они не имеют никакой защиты со стороны своих государств, в то время как в Индии существует 25%-ная импортная пошлина на катодную медь, а китайские компании могут рассчитывать на налоговые льготы. Не исключено, что в 2003 году некоторые медеплавильные заводы в Западной Европе будут вынуждены сократить объем выпуска или вовсе прекратить свою деятельность, что благоприятно скажется на уровне мировых цен.

На рынке медного лома ситуация в феврале была такой же нестабильной, как и у первичного металла, а цены совершали колебания параллельно ЛБМ. В Западной Европе максимальный уровень был зафиксирован в конце января – начале февраля, когда местные потребители воспользовались временным спадом активности в Восточной Азии и активизировали закупки. Тогда лом медной проволоки № 1 berry доходил в цене до $1570-1620 за т CIF, затем он вместе с первичной медью подешевел до $1490-1520 за т и только в самом конце февраля снова подорожал до около $1550-1580 за т. Между тем, в Китае, где после завершения праздников рынок снова оживился, аналогичный материал стоил в конце февраля около $1600 за т C&F, а лом № 2 birch/cliff котировался, примерно, по $1550-1570 за т. Дефицит лома сохраняется и сейчас, так что вряд ли такая ситуация в обозримом будущем существенно изменится.

Никель: цены, которые возвращаются

Цены на никель, еще в январе большинством специалистов считавшиеся чрезмерными, в феврале, если можно так выразиться, стали "еще более чрезмерными". В конце месяца стоимость этого металла на ЛБМ вплотную приблизилась к $9000 за т по трехмесячному контракту, а в отдельные дни даже превышала этот уровень, чего не случалось со 2 июня 2000 года. Аналитики, ранее неизменно предсказывавшие неизбежную "понижающую" коррекцию до менее $8000 за т, откровенно устали ее ожидать и даже начали высказываться в том смысле, что такой коррекции в обозримом будущем может и не быть.

Безусловно, в немалой степени подъем биржевых цен на никель имел под собой определенное основание, в частности, в виде активности спекулянтов и инвестиционных фондов, ожидавших скачка цен на все металлы после начала войны в Персидском заливе. Во всяком случае, оборот на бирже в течение всего февраля был масштабным, и ведущую роль в этом играли вовсе не реальные производители и потребители. Тем не менее, для роста цен имелись вполне объективные причины.

По данным International Nickel Study Group (INSG), производство никеля в прошлом году возросло на 2,3% и достигло 1,18 млн. т, в то время как объем потребления этого металла увеличился на 4,7% – до 1,20 млн. т. В 2003 году разрыв между предложением и спросом, как ожидается, должен стать больше в силу отсутствия ввода в строй новых мощностей. При этом, в феврале активно закупали никель сталелитейные компании из Китая, Кореи и Таиланда, а весной и летом текущего года, очевидно, произойдет подъем на европейском рынке нержавеющей стали. Кроме того, в Европе наблюдался относительно высокий спрос на никель для нанесения покрытий.

Отражением диспропорций на рынке никеля стало также сокращение резервов металла на лицензионных складах ЛБМ. К началу марта их объем сократился до менее 13 тыс. т, что почти в два раза ниже, чем год назад. Это, естественно, тоже нервирует участников рынка, и, хотя многие специалисты утверждают, что потребители в последние годы перешли на принцип обеспечения поставок точно в срок и поэтому не столь чувствительны к наличию или отсутствию резервов, процесс сокращения запасов зашел уже слишком далеко. Некоторые трейдеры отмечают, что ряд крупных инвестиционных фондов скупают никель в больших количествах, рассчитывая на создание еще более острого дефицита и новый взлет цен.

Наконец, в феврале на повышение сыграли и некоторые краткосрочные факторы. Ситуация в Норильске постоянно балансировала на грани крупного трудового конфликта, компании Inco и WMC Resources на некоторое время останавливали свои предприятия для проведения ремонтных работ, затем довольно крупная авария произошла на комбинате BCL в Ботсване, снабжавшем полуфабрикатом завод Nikkelverk компании Falconbridge в Норвегии. Руководство компании LionOre Mining, которой принадлежит BCL, признало, что завод будет выведен из строя, примерно, до конца марта.

Судя по всему, цены в обозримом будущем все-таки отступят от $9000 за т, однако вряд ли будут ниже $8000. Единственную опасность для рынка никеля может представлять спад на рынке нержавеющей стали, но это произойдет, вероятнее всего, летом. В ближайшие же месяцы никель может испытывать периодические снижения и коррекции, но рыночная ситуация будет по-прежнему тянуть его вверх.

Цинк: улучшения почти не видно

Производители цинка вряд ли могут быть недовольными событиями февраля. Цены на этот металл на ЛБМ большую часть месяца находились выше уровня в $800 за т по трехмесячному контракту, а в первых числах марта превысили и $820 за т. Хотя их трудно считать высокими или хотя бы приемлемыми, но, тем не менее, это заметный прогресс по сравнению с $750-770 за т, которыми время от времени стращают участников рынка пессимистично настроенные аналитики.

Однако не следует забывать о том, что февральский подъем цен объяснялся, в основном, активностью инвестиционных фондов и тревожными ожиданиями в связи с напряженной обстановкой в Персидском заливе. В то же время, реальное соотношение спроса и предложения на мировом рынке цинка неблагоприятное, хотя постепенно и меняется к лучшему, но слишком медленно.

По данным International Lead & Zinc Study Group (ILZSG), мировая добыча цинковой руды в пересчете на первичный металл в 2002 году сократилась впервые за последние 10 лет, но производство рафинированного цинка, тем не менее, возросло на 2% и достигло 9,36 млн. т. Спрос на цинк после провала в 2001 году тоже поднялся, но только на 2,1% (до 8,98 млн. т). Таким образом, основным итогом прошлого года стало лишь незначительное снижение избытка предложения на мировом рынке до 385 тыс. т. Резервы цинка на лицензионных складах ЛБМ в 2002 году увеличились, примерно, на треть и составили в конце года 651 тыс. т, хотя, при этом, немного сократились запасы у производителей.

Все это свидетельствует о том, что до восстановления рыночного баланса еще очень далеко, хотя события определенно движутся именно в этом направлении. Так, производство цинка в Китае в прошлом году впервые за 19 лет испытало спад, экспорт рафинированного металла из страны в государства Запада уменьшился на 22,4% (до 425 тыс. т), а китайский импорт концентрата добрался до рекордных 391 тыс. т (в пересчете на рафинированный металл). По оценкам специалистов канадской компании Teck Cominco, в текущем году следует ожидать сужения китайского экспорта цинка до 390 тыс. т, а избыток предложения на мировом рынке дойдет до около 100 тыс. т.

Но, даже если эти прогнозы и оправдаются, избыток так и останется избытком, а цены, соответственно, сохранятся на минимальном уровне. По мнению Грейга Гелли, генерального директора австралийской компании Pasminco – крупнейшего производителя цинка в мире, основная проблема отрасли заключается в ее фрагментарности и разобщенности. Каждая компания, выпускающая рафинированный цинк, стремится к максимальной загрузке производственных мощностей в расчете на экономию на масштабах, но все эти логичные и обоснованные – по отдельности – решения причиняют вред рынку в целом. Правда, следует отметить, что из уст Гелли эти обвинения звучат довольно лицемерно. Сама Pasminco, даже оказавшись в прошлом году на грани банкротства, не остановила ни одного из своих предприятий и довела выпуск продукции до максимума, с тем чтобы получить больше дохода.

Очевидно, что сужение выпуска рафинированного цинка, если и произойдет, то исключительно в силу "рыночных" факторов, а не вследствие чьей-то готовности благородно пожертвовать собой ради достижения стабильности. Между прочим, в этом году появятся довольно веские основания для закрытия ряда плавильных комбинатов. Так как добыча руды в отличие от выплавки металла в последнее время снижалась, на рынке возник дефицит концентрата. Последнее пока мероприятие в этом направлении провела мексиканская компания Industrials Penoles, закрывшая 1 марта свою шахту El Monte мощностью 35 тыс. т цинка в концентрате в год, очевидно, из-за истощения запасов. Возникшая же в связи с подобными актами нехватка сырья оказала серьезное воздействие на уровень тарифов на рафинирование концентрата, существенно снизив рентабельность плавильных заводов.

Если в последние годы процесс заключения годовых контрактов между поставщиками концентрата и производителями рафинированного цинка протекал очень тяжело и завершался подписанием соглашений только в мае-июне, то в 2003 году первая сделка была совершена уже в конце февраля. Ее провели Pasminco и корейская Korea Zinc, чьи представители традиционно участвовали в работе конференции American Zinc Association. Специалисты объясняют подобную оперативность тем, что в этом году просто исчез предмет для споров. Дефицит цинкового концентрата – общеизвестный факт, и плавильным заводам просто нечего противопоставить горнодобывающим компаниям.

О деталях контракта между Pasminco и Korea Zinc не сообщалось, однако всем как-то сразу стало известно, что корейская компания получит за обогащение каждой тонны австралийского концентрата $117 за т при базовой цене цинка в $800 за т. При использовании традиционной, но не актуальной ныне базовой цены в $1000 за т уровень тарифа достигает $147 за т (в случае изменения стоимости металла на $1 в ту или иную сторону тариф, соответственно, растет или падает на 15 центов). Для плавильных заводов это значительное отступление по сравнению с прошлогодним тарифом в $168 за т, и некоторые производители цинка жалуются, что при таких условиях их деятельность становится нерентабельной. Что же, может быть, это заставит их на время выйти из игры, что вернет мировому рынку цинка равновесие быстрее, чем естественный и постепенный процесс медленного увеличения спроса.

Свинец: время ушло

Подъем спекулятивного интереса к цветным металлам немного порадовал производителей свинца, но в конце февраля все опять вернулось к прежнему беспросветному состоянию. Большую часть февраля цены на этот металл на ЛБМ находились выше $480 за т по трехмесячному контракту, однако в первых числах марта, когда остальные цветные металлы совершили еще один подъем, свинец, наоборот, подешевел до около $475 за т. По мнению аналитиков, это только прелюдия к дальнейшему снижению до $450-460 за т по трехмесячному контракту и стабилизации на этом уровне до лета.

С одной стороны, все это свидетельствует о том, что свинец не вызывает у инвестиционных фондов такого интереса, как, например, медь или никель. Однако, с другой стороны, спад цен полностью отвечает текущим рыночным условиям. Зима закончилась, а вместе с ней прошло и время сезонного роста спроса на свинец, которым поставщики этого металла, по большому счету, так и не воспользовались. Следующий скачок состоится лишь в июне, когда опять появится нужда в новых автомобильных аккумуляторах, на выпуск которых уходит более 60% добываемого в мире свинца. Тогда можно будет думать и о новом подъеме (конечно, если в то время не начнется депрессия на рынках других металлов).

С точки зрения соотношения спроса и предложения, перспективны свинца выглядят не так уже и плохо. По оценкам ILZSG, в прошлом году избыток поставок в глобальном масштабе составил всего 31 тыс. т (или менее 0,6% от объема рынка), что почти совпадало с показателями 2001 года (избыток в 20 тыс. т). Судя по всему, в 2003 году рынок снова будет, примерно, сбалансирован и даже, может быть, с небольшим дефицитом.

Действительно, в 2002 году производство свинца в мире упало на 8,9%, а добыча концентрата пошла на убыль еще в 2001 году да с тех пор так и не восстановилась. Тарифы на рафинирование возросли до $110-120 за т при базовой цене металла в $475 за т, что вывело ряд предприятий за грань рентабельности и заставило их прекратить выпуск. В Китае нехватка концентрата заставила местные компании резко уменьшить темпы роста производства.

Однако все это полностью было обесценено тем, что глобальный спрос на свинец в прошлом году тоже снизился под влиянием депрессии в Западной Европе, США и Японии. И, хотя этот спад оказался относительно небольшим (на 1,6%), этого в сочетании даже с незначительным избытком предложения было более чем достаточно, чтобы перечеркнуть все надежды на рост цен. Кроме того, в связи с дефицитом концентрата активизировалось использование лома. В 2002 году доля свинца, выплавленного из вторичных материалов, достигла 62,2% – абсолютный рекорд.

И ближайшие, и более отдаленные перспективы свинца будут зависеть, главным образом, от того, сменится ли в этом году ростом спад объема потребления. Если спрос на металл все-таки пойдет на подъем во второй половине года, это может привести к весьма заметной прибавке цен. Из-за длительной депрессии производители в последнее время не вкладывали средств в расширение выпуска или создание новых мощностей, так что, случись на рынке подъем спроса, удовлетворить его будет почти нечем.

Олово: надежное основание

Наряду со свинцом олово не вызвало особого интереса у инвестиционных фондов, однако это пошло ему, скорее, на пользу. За февраль цены варьировали от $4500 до более $4700 за т по трехмесячному контракту и даже несмотря на некоторый спад в конце месяца смогли удержаться на этом уровне. Весьма обнадеживающими выглядят и долгосрочные перспективы этого рынка, постепенно преодолевающего последствия кризиса 2001 года.

Хотя специалисты не предсказывают в этом году заметного увеличения потребления олова в глобальном масштабе, по оценкам компании CRU International, рыночный баланс будет подведен с дефицитом в 15 тыс. т (более 6% от объема рынка). Как ожидается, производство оловянного концентрата в 2003 году снизится на 3%, а рафинированного олова – на 7%.

В основном, эти расчеты базируются на допущении, что правительство КНР продолжит свою политику ограничения производства олова, а в Индонезии сохранится запрет на экспорт концентрата. Пока нет никаких признаков, что эти страны отступят от прежней тактики. Правда, и в том, и в другом случае существует такой фактор как контрабандные поставки, но вряд ли они превысят прошлогодний уровень, т.е. по-прежнему не будут оказывать серьезного воздействия на рынок.

В других регионах мира рассчитывать на рост производства не приходится. Бразильский экспорт олова в течение последнего десятилетия постоянно падает вследствие исчерпания разрабатываемых месторождений и отсутствия новых. В Боливии так и не доведена до конца длящаяся еще с лета прошлого года история с приватизацией шахты Huanini, что также негативно отражается на стабильности поставок. В Австралии проблемы на руднике Renison Bell, очевидно, приведут к потере порядка 7 тыс. т олова в концентрате и трудностям с обеспечением сырьем на таиландском плавильном заводе Thaisarco. При этом, в последние годы из-за низких цен на олово никаких инвестиций в расширение действующих мощностей и ввод в строй новых не отмечено, так что рост объема предложения в ближайшие годы может быть связан только с Китаем и Индонезией.

Между тем, резервы олова на лицензионных складах ЛБМ, которые почти полтора года находились на высоком уровне, заметно начали ликвидироваться. В начале марта они составляли менее 19,5 тыс. т по сравнению с более 23 тыс. т в начале года. Особое беспокойство у потребителей вызывает нехватка олова, главным образом высококачественного, в Западной Европе, что вынуждает их приобретать нужный металл в Азии и платить значительную премию, составлявшую в конце февраля $110-145 за т для стандартного материала и $150-160 за т – для олова с минимальной примесью свинца.

По мнению аналитиков, в ближайшем будущем стоимость олова будет в немалой степени зависеть от состояния рынка меди, часто задающей курс прочим металлам. Тем не менее, если нынешние тенденции сохранятся, у олова есть хорошие шансы превзойти в начале второго полугодия уровень $5000 за т по трехмесячному контракту. В дальнейшем многое будет зависеть от степени дисциплинированности китайских и индонезийских производителей. В отличие от всех остальных они имеют значительные резервные мощности и в состоянии как окончательно стабилизировать рынок, так и снова обрушить его.

Виктор Тарнавский,
по материалам Metal Bulletin,
Financial Times, plattsmetals.com

 
© агенство "Стандарт"