журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Банковский кризис

Новые рыночные страны

Банковские стратегии

РЕКЛАМА

Информационные технологии

ПЛАТЕЖНЫЕ КАРТОЧКИ

Банковская деятельность

АРХИВ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №12, 2002

Банковский кризис

Аргентинские комбинации

В стране через год после начала финансового кризиса отмечены признаки нормализации, однако выходу из спада мешает отсутствие договоренности с МВФ

До момента истечения срока действия акта сертификат на арматуру канализационную может быть продлен.

Аргентинская тема, год назад не сходившая с первых полос газет, уже давно лишилась новизны и актуальности. Примерно, с середины 2002 года положение в стране стабилизировалось. Местная валюта установилась на одном уровне, инфляция, в начале 2002 года достигавшая 10% в месяц, постепенно сошла почти до нуля, потихоньку оживает все, что осталось от национальной промышленности, приспособились к работе в новых условиях банки, наконец, правительство несколько ослабило ограничения на снятие средств с банковских счетов. Тем не менее, все это означает лишь то, что кризис в Аргентине сменился стагнацией. Страна по-прежнему крайне нуждается во внешней финансовой помощи, которую ей обещают, но не дают уже более года. Правда, в последнее время отмечены признаки того, что Международный валютный фонд все же смягчит свое отношение к Аргентине. Как ни странно, отправной точкой для этого послужил громкий скандал, на который пришлось пойти аргентинскому правительству в середине ноября.

В неприятной компании

А скандал вышел действительно знатный: Аргентина не заплатила деньги по займу Мирового банка, вместо платежа по основному долгу объемом $805 млн. ограничившись "жестом доброй воли" в виде $79.2 млн. набежавших процентов. Для мировой финансовой практики этот случай, безусловно, не беспрецедентный, но весьма редкий. Обычно все несостоятельные должники на государственном уровне стремятся по возможности выполнять обязательства перед международными финансовыми организациями, иначе можно скатиться до уровня стран-банкротов наподобие Ирака, Сомали или Либерии, которым больше никто (и очень продолжительное время) не даст ни цента.

После просрочки платежа Мировой банк автоматически приостановил действие всех своих аргентинских программ (например, кредита на $400 млн., выделяемого с целью структурной перестройки экономики, или кредитной линии на $52.5 млн. для борьбы со СПИДом и туберкулезом), отменив свои прежние решения о предоставлении Аргентине льгот и отсрочек по прежним долгам. Также после 15 ноября (последний день, когда означенные $805 млн. должны были быть перечислены по назначению) начался отсчет еще одного месячного срока, по истечению которого в случае непоступления денег Мировой банк должен был полностью прекратить финансирование всех своих аргентинских программ. Еще через пять месяцев долги страны переходили бы в разряд невозвращенных, а само государство исключалось из мировой финансовой системы.

Впрочем, все это вовсе не означало, что Аргентина, как говорится, окончательно "дошла до ручки". Экономика страны, безусловно, в тяжелом кризисе. Спад в 2002 году оценивается в 10-11.5%, а некоторые наиболее пессимистично настроенные эксперты полагают, что ВВП страны сократился в 2002 году на все 14%. Половина населения страны находится за чертой бедности, безработица превышает 20%, в плодородных северных провинциях зарегистрировано несколько случаев смерти от голода. Тем не менее, ситуация пока не ухудшается. Аргентинское песо, за три месяца после отмены фиксированного курса по отношению к доллару потерявшее 70% от своей стоимости, стабилизировалось на отметке около 3.5 песо за доллар, инфляция, в январе 2002 года достигавшая 10% в месяц, к октябрю дошла до 0.2%, банки и компании, пережившие самое тяжелое время в начале 2002 года, понемногу восстанавливают бизнес. Как всегда бывает после девальвации национальной валюты, увеличен экспорт, а промышленные компании, использовавшие импортные комплектующие, перешли на снабжение за счет местных источников.

Тем не менее, Аргентина по-прежнему нуждается в помощи извне, хотя бы в виде прощения или отсрочки долгов теми же международными организациями типа МВФ и Мирового банка, которым ей в 2003 году необходимо выплатить порядка $13 млрд. На бюджет страны навалились непосильным грузом социальные расходы. Резко сократились налоговые поступления. Не решена проблема банков, которым пришлось пересчитать долларовые кредиты в песо в отношении 1:1 и тем самым потерять более 70% от их стоимости. Пока аргентинскому правительству удавалось гасить очаги напряженности, вызванные закрытием нескольких финансовых институтов, но положение по-прежнему достаточно сложное.

До начала кризиса около 80% банковской системы страны контролировалось иностранными финансовыми институтами. Некоторые зарубежные банки, наподобие канадского Scotiabank и французского Credit Agricole, уже покинули аргентинский рынок, оставив правительство расхлебывать последствия (с чем оно справилось, национализировав бывшие дочерние банки иностранных организаций, а затем оперативно перепродав их местным инвесторам), остальные пока держатся, но уже давно намекают аргентинским властям, что тоже нуждаются в некоторых стимулах.

В этой связи для Аргентины жизненно важно договориться с МВФ и добиться у него отсрочки по прежним долгам, а еще лучше – разблокировать выделение средств по действовавшим до декабря 2001 года программам, приостановленным после начала кризиса. Такая договоренность важна, прежде всего, с точки зрения международного имиджа страны: предполагается, что, если Фонд засвидетельствует начало выхода Аргентины из кризиса, это поможет вернуть иностранных инвесторов, покинувших местный рынок после дефолта по государственному долгу.

Однако переговоры с МВФ, длящиеся уже почти год, так и не дали никаких результатов. Из месяца в месяц Фонд выдвигал аргентинскому правительству все новые и новые условия, по мере же выполнения одних (например, внесение изменений в законодательство о банкротстве и отмывании денег или балансировка бюджетов провинций) немедленно появлялись другие. При этом, складывалось впечатление, что МВФ не устраивало, в первую очередь, отсутствие политического консенсуса по предлагаемым им реформам. Как неизменно заявляли представители Фонда, до тех пор пока они не убедятся, что аргентинское правительство способно не только взять на себя определенные обязательства, но и выполнить их, никаких капиталовложений не будет. Но сама природа выставляемых МВФ условий исключала их одобрение. Действительно, трудно было предполагать, что все аргентинские политики поддержат такие меры как сокращение расходов бюджета, увеличение налогов, повышение тарифов на коммунальные услуги, отмена всех ограничений на снятие денег с банковских счетов. Каждая из них в отдельности была чревата или серьезными экономическими трудностями, или новыми массовыми беспорядками.

Поэтому решение аргентинского правительства о неуплате долга Мировому банку следовало воспринимать исключительно в контексте его непростых взаимоотношений с МВФ. Как прямо заявил глава Кабинета Министров Аргентины Альфредо Атанасоф, "мы заплатим эти $805 млн. только тогда, когда достигнем соглашения с МВФ по отсрочке по своим обязательствам перед этой международной организацией". Кроме того, валютные резервы страны, по состоянию на середину ноября, составляли $9.7 млрд., а тот же МВФ требовал, чтобы Аргентина поддерживала их минимальный уровень на отметке $9 млрд. ровно.

Что же, если аргентинское правительство жаждало огласки, оно ее получило.

Танец на двоих

Первоначальная реакция мирового сообщества была вполне благожелательной для Аргентины. Бывший министр финансов США Пол О'Нейл, ранее сделавший немало для того, чтобы перекрыть финансовую помощь Аргентине, частично загладил свою вину, незадолго до своей отставки в начале декабря заявив, что аргентинское правительство добилось существенного прогресса в наведении порядка в экономике, так что МВФ все-таки должен заключить взаимоприемлемое соглашение. Это было особенно важно, так как США традиционно не вмешиваются открыто в деятельность МВФ, на политику которого они оказывают наибольшее влияние, а, ежели и вмешиваются, да еще в пользу страны-должника (как, например, было с Мексикой в 1994 году), это означает, что Фонду следует смягчить свою чересчур жесткую позицию. Кроме того, к предоставлению финансовой поддержки Аргентине единогласно призвали МВФ и все участники Иберо-Американского саммита, состоявшегося как раз 15-16 ноября в Доминиканской Республике.

"Ладно, раз просят, надо прислушаться", – рассудили в руководстве МВФ, и 21 ноября Фонд объявил, что дает Аргентине отсрочку сроком на один год по очередному платежу объемом $141 млн., который должен был пойти в зачет погашения долга. Как сообщил Сигемицу Сугисаки, заместитель управляющего директора МВФ, это было сделано в качестве жеста доброй воли и в знак того, что Фонд по-прежнему горит желанием помочь Аргентине. Тем не менее, как отмечалось в заявлении для прессы, все это никак не могло заменить полноценного соглашения.

По мнению руководства МВФ, прежде чем решать вопрос о выделении средств Аргентине или отсрочке по прежним долгам, стране необходимо учесть 14 требований, выдвинутых Фондом еще в апреле 2002 года. Президент Аргентины Эдуардо Дуальде, собрав правительство и заручившись поддержкой парламентской оппозиции, а также 20 из 24 губернаторов провинций, оперативно разработал и встречно внес на рассмотрение МВФ план из 12 пунктов с удовлетворением большей части его условий. Так, например, аргентинские политики обещали оперативно принять бездефицитный бюджет на 2003 год, отменить налоговые льготы, гарантировали, что не станут принимать закон, препятствующий банкам-кредиторам спускать с молотка имущество их должников.

Однако в этом документе оставалось несколько нерешенных немаловажных вопросов. Во-первых, правительству так и не удалось договориться с губернаторами провинций о разграничении расходов и доходов. Ранее безудержные траты на местном уровне послужили одной из причин того, что Аргентина все более погрязала в долгах, поэтому отсутствие дисциплины в провинциях в части финансов было достаточно серьезным недостатком аргентинской экономической политики в глазах МВФ.

Во-вторых, аргентинские власти не решались отменить своего решения от января 2002 года о замораживании тарифов на коммунальные услуги. Вся эта отрасль была приватизирована, причем, с активным участием иностранных инвесторов, на защиту которых и встал МВФ. Некоторые коммунальные компании требовали подъема тарифов сразу на 70%, чтобы компенсировать снижение курса аргентинского песо по отношению к доллару, МВФ был согласен удовлетвориться и 30%, но даже это могло вызвать новый взрыв всенародного возмущения.

Наконец, в-третьих, недовольство Фонда вызывало сохранение ограничений на снятие денег с банковских счетов, введенных еще в декабре 2001 года с целью предотвращения массового изъятия средств из банков. В течение последующих месяцев правительство постепенно смягчало запреты, но более 50% депозитов в финансовой системе страны все еще оставались заблокированными. Кроме того, у аргентинских властей по-прежнему не было плана и в отношении банков, большая часть которых нуждалась в оздоровлении. Пока что иностранные финансовые институты, к которым и принадлежали крупнейшие банки Аргентины, продолжали поддерживать свои дочерние структуры, однако они ясно давали понять, что в одиночку нести свой груз в дальнейшем не намерены. Например, испанские банки BSCH и BBVA, контролирующие крупные аргентинские финансовые институты Banco Rio de la Plata и Banco Frances, которые занимают, соответственно, первое и третье места в стране по объему активов, еще летом сообщили, что не отказываются от продолжения операций в Аргентине, но, при этом, нуждаются в определенных гарантиях. Пока такие гарантии правительство Аргентины дать не в состоянии. Санация банков требует огромных средств, исчисляемых десятками миллиардов долларов, и выделять даже часть этой суммы оно не хочет, да и не может.

Но, хотя МВФ достаточно холодно отозвался о новом варианте документа аргентинского правительства, сложилось впечатление, что пропасть, разделявшая ранее позиции Фонда и аргентинских властей, перестала казаться непреодолимой. Эдуард Дуальде, очевидно, убедившись, что теперь достижение определенной договоренности возможно, пошел на уступки по до сих пор не решенным вопросам. В частности, он сообщил, что тарифы на коммунальные услуги будут подняты, хотя и на значительно меньшую величину. Так, например, электричество подорожает на 9.0%, а природный газ – на 7.2%, хотя, при этом, более трети населения страны получит субсидии, компенсирующие рост этих расходов. Президентские выборы, которыми также был озабочен МВФ, были твердо назначены на 27 апреля 2003 года. Наконец, со 2 декабря произошла дальнейшая либерализация финансового режима. Страна понемногу выходила из режима "чрезвычайщины".

Вышли мы все из "загона"

Латинская Америка имеет настолько давние и прочные традиции ограничения розничных банковских операций и замораживания депозитных счетов в качестве средства борьбы с инфляцией, что этот метод уже получил в регионе специфическое название "corralito" (можно перевести как "загончик" [для скота]). Аргентинских вкладчиков заперли в этом "загоне" еще в декабре 2001 года, введя лимит на снятие средств с банковских счетов в размере 1200 песо в месяц. Кроме того, все долларовые депозиты, составлявшие абсолютное большинство клиентских счетов, были пересчитаны в песо по курсу 1:1.4, который уже давно не имеет ничего общего с действительностью.

Две предпринятые летом 2002 года попытки конвертации замороженных депозитов в государственные облигации полностью провалились из-за отсутствия даже минимальной поддержки со стороны населения, после чего правительству стало ясно, что от подобных планов следует отказаться, а нужно просто постепенно снимать все ограничения. Так, например, с 1 октября были разблокированы срочные депозиты на общую сумму 1.7 млрд. песо ($486 млн. по нынешнему курсу), принадлежащие вкладчикам, имеющим на счетах до 7 тыс. песо, а 31 октября ежемесячный лимит на снятие средств был доведен до 2000 песо.

Впрочем, к осени 2002 года режим "corralito" перестал играть положительную роль и превратился в препятствие для восстановление экономики страны. От ограничений страдали, прежде всего, необеспеченные граждане, чье положение и так было отчаянным. В то же время, владельцы кредитных карточек и электронных кошельков могли свободно распоряжаться своими деньгами (при условии, что продавцы товаров и услуг обладали соответствующим оборудованием для приема платежа) даже в самые тяжелые дни декабря 2001 года, а для богатых аргентинцев, способных заплатить адвокату, была открыта возможность получения своих средств через суд.

Верховный суд Аргентины в марте 2002 года проигнорировал распоряжение президента Дуальде о 180-дневном моратории на проведение подобных процессов и объявил антиконституционным решение правительства о замораживании банковских счетов. На этом основании суды в массовом порядке начали удовлетворять соответствующие иски, разблокируя счета… в индивидуальном порядке. Это оказывало крайне негативный эффект на финансовую систему, причем, сразу по нескольким причинам. Во-первых, такой путь был доступен лишь для немногих аргентинцев, что нагнетало социальную напряженность в обществе. Во-вторых, получив по суду доступ к своим деньгам, клиенты, как правило, изымали их со счетов, вымывая депозитную базу банков и ухудшая их финансовое положение. Наконец, в-третьих, снятые со счетов песо обычно конвертировались в доллары и часто вывозились за пределы страны, что оказывало дополнительное давление на курс национальной валюты.

Пока это были единичные иски, банки худо-бедно справлялись, но 15 ноября некий судья из небольшого города Мар-дель-Плата, расположенного в 400 километрах к югу от Буэнос-Айреса, установил новый прецедент, удовлетворив коллективный иск, открывший доступ к счетам сразу для 14 тыс. местных жителей. Вокруг всех девяти отделений государственного Banco Provincia утром понедельника – 18 ноября – возникло целое столпотворение. Один из самых нетерпеливых вкладчиков даже прорвался в банк с ружьем и исполнительным листом, требуя немедленной выплаты ему денег. Банк был вынужден закрыть все свои отделения в городе на неопределенный срок, попытавшись объяснить разгневанным вкладчикам, что у него просто нет таких наличных денег, чтобы расплатиться со всеми своими депозиторами.

По-видимому, именно этот инцидент продемонстрировал аргентинским властям, что больше тянуть нельзя. Уже 22 ноября президент Дуальде заявил, что со 2 декабря отменяются все действующие ограничения на снятие наличных со счетов, за исключением депозитных сертификатов, на которых порядка 400 тыс. аргентинцев хранят около 15 млрд. песо ($4.3 млрд.). Для них снятие запрета планируется на 2003 год.

Но даже и без сертификатов объем размороженных депозитов должен был составить 21 млрд. песо, что вызывало определенное беспокойство по поводу стабильности банковской системы. Тем не менее, правительство, отменяя запреты, рассчитывало, что люди, снимая деньги со своих счетов, все-таки не пойдут менять их на доллары, а истратят на приобретение товаров и пользование услугами, дав необходимый толчок национальной экономике.

В понедельник, 2 декабря, к отделениям аргентинских банков с шести утра начали выстраиваться длинные очереди. Некоторые банки были вынуждены продлить рабочий режим. Но, все же, ажиотажа, которого боялись многие аналитики, так и не наблюдалось. Уже на следующий день все вернулось в обычное русло, и банковские отделения продолжали работать в нормальном режиме. Курс песо несколько двинулся вниз, но его спад по отношению к доллару составил всего 0.6%. Для окончательной стабилизации валютной биржи центральному банку пришлось продать только $30 млн. из своих валютных резервов.

Итак, правительство и банковская система Аргентины выдержали очень важное испытание доверием. Население приветствовало отмену надоевших за год ограничений, особенно радовались пережившие кризис представители малого бизнеса, где большая часть расчетов проводится в наличной форме. Как отмечают наблюдатели, это свидетельствует о том, что ситуация в Аргентине начинает медленно приходить в норму.

Правда, такая стабильность все равно неустойчивая. Верховный суд Аргентины в середине декабря должен рассмотреть потенциально опасный иск о признании антиконституционной принудительную конвертацию долларовых депозитов в песо в январе 2002 года. В августе им уже был вынесен вердикт о неправомочности такого шага, тогда только оперативность правительства, подавшего апелляцию, спасла аргентинские банки от лавины исков с требованиями не только вернуть замороженные средства, но и сделать это в долларовых эквивалентах. По общему мнению специалистов, если вкладчики настоят на своем, это будет означать крах всей банковской системы страны. Банки еще могут рассчитаться с депозиторами обесценившимися песо, но найти для них доллары в полном объеме явно не смогут.

Правда, Карлос Файт, судья Верховного суда Аргентины, в интервью одной из местных газет заявил, что "Суд никогда не примет решения, которое может повлечь за собой хаос". Так что можно надеяться, что страна уже не столкнется и с таким испытанием. Хотелось бы в это верить.

Виталий Шимкович, по материалам Financial Times, argentinaglobe.com

 
© агенство "Стандарт"