журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
рубрики
РЕКЛАМА

ПРЕЗЕНТАЦИЯ

ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ МЕСЯЦА

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Регулирование

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Проекты

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Тенденции

ГАЗ И НЕФТЬ. Нефтерынок

ГАЗ И НЕФТЬ. Сектор газа

ГАЗ И НЕФТЬ. Конфликты

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

ГАЗ И НЕФТЬ. Тенденции

УГОЛЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"ТЭК" – №8, 2002

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

Нефтяной комплекс России: "на волю, в пампасы!"

Индустрия добычи нефти в России, пережившая острый кризис в последнее десятилетие прошлого века, сейчас уверенно растет. Это создает новые возможности для крупнейших российских нефтяных компаний, ведь их товар сегодня стал привлекательной альтернативой разработке месторождений в других регионах мира. По мнению западных экспертов, российским нефтяным компаниям необходимо воспользоваться этим обстоятельством и наметить четкую стратегию эксплуатации своих запасов. Западные же нефтяные компании намерены реализовать планы расширения своего присутствия в России, одновременно готовясь к конкуренции с российскими нефтяными гигантами на территории старушки-Европы.

Запасы

Рост производства нефти в России и других бывших советских республиках становится важным фактором общего баланса спроса и предложения нефти в Европе и Средней Азии и способствует расцвету российских крупных нефтяных компаний. Обороты и объемы реинвестированных средств резко увеличились. Как показывают недавние события, российские нефтегиганты намерены продолжать наращивать производство, несмотря на угрозу снижения цен. России сегодня явно мало того, что она стала крупнейшим в мире экспортером нефти после ОПЕК.

Правда, французский эксперт Жан Лаэрер, долгое время изучавший нефтяную отрасль стран СНГ, весьма скептически относится к подобным прогнозам. Ссылаясь на то, что на конгрессе 1979 года представитель СССР значительно завысил объемы нефтедобычи Советского Союза (в 1993 году Россия признала это, объяснив, что цифры, представленные на конгрессе, учитывали оценки неразведанных запасов, а также экономически невыгодные месторождения), Лаэрер предлагает пересмотреть существующие оценки российских нефтяных запасов. Эксперт считает, что, снизив заявленные резервы на 45%, можно получить более реалистичную перспективу разработки и исследования новых запасов. Тем оптимистам, кто считает, что Россия сможет выйти на советский уровень добычи в 630 млн. т или даже 700 млн. т в год, Лаэрер напоминает старую французскую пословицу: "Суфле никогда не поднимается дважды".

Поэтому несмотря на тот факт, что Россия в настоящее время обошла Саудовскую Аравию по объему добычи, ей будет нелегко удержать "желтую майку лидера". Ведь в отличие от российских, саудовские добывающие мощности сегодня работают вполсилы. Кроме того, в последние годы добыча нефти в России значительно обгоняет разведку. Так, в 2001 году были открыты месторождения, запасы которых в общей сложности составляют 293 млн. т нефти, а добыча превысила 348 млн. т. Во многом эта вялость разведывательных работ объясняется тем, что российские корпорации посвящали все свое время расширению и экспансии за счет покупки новых активов.

Конечно, неразведанные запасы России достаточно велики. Но большинство перспективных неразработанных месторождений находятся в районах с очень тяжелыми климатическими условиями, отчего для их разработки потребуются значительные инвестиции, а может быть, и новые технологии.

Активнее других занимается разведкой лидер по объемам добычи нефти в России "ЛУКойл", что, вероятно, объясняется быстрым истощением ее сибирских залежей. Приобретя "КомиТЭК", "ЛУКойл" получил доступ к Тимано-Печорскому месторождению и выход к Баренцеву морю. Руководство компании рассчитывает реализовать в этом регионе ряд проектов с иностранными компаниями на условиях соглашений о разделе продукции, однако пока крупных подвижек в этом направлении нет.

Параллельно "ЛУКойл" начал работы в Каспийском море, построив десять объектов в Северном блоке (он находится на российском сегменте шельфа, лицензия на разведку принадлежит "ЛУКойлу"), запасы которого компания оценивает в 350 млн. т нефти. Большая часть ресурсов залегает на глубине более 4 км, но данное месторождение несомненно богато нефтью. Первые поставки нефти и газа c Северного блока могут начаться уже в 2005 году.

Агрессия во вне и извне

Какой бы ни была на самом деле ситуация с российскими запасами "черного золота", не стоит забывать, что в начале нынешнего года "ЛУКойл", ЮКОС и "Сибнефть" сделали все от них зависящее, дабы правительство ввело очень скромные ограничения на экспорт нефти – добровольного шага по стабилизации цен в угоду ОПЕК.

Несмотря на схожесть интересов российских нефтяных компаний, стратегия развития у каждой из них своя. ЮКОС имеет относительно стабильные финансы, относительно низкую себестоимость и экспортирует до 70% производимой нефти. Руководство компании заинтересовано в дальнейшем росте производства и выходе на новые мировые рынки, считая, что компания выживет даже при низких ценах.

"ЛУКойл", напротив, экспортирует лишь немногим более половины производимой нефти и в ближайшей перспективе инвестирует до $850 млн. на Балканах, в Украине, Румынии и Болгарии. Эти инвестиции стали возможны благодаря тесным отношениям со странами Восточной Европы, куда компания поставляет нефть многие годы.

Параллельно основные мировые нефтекомпании получают выход на российский рынок, заключая соглашения с российскими компаниями по экспорту, продаже, переработке и маркетингу своей продукции в соответствии с прозрачными международными стандартами рыночной экономики и логистики. Налицо заметные улучшения по сравнению с периодом, когда решения по экспорту российской нефти диктовались скорее политическими, а не экономическими факторами.

Недавние действия мировых нефтегигантов подтверждают, что такие изменения действительно имеют место, и это способствует росту оптимизма российских нефтяных компаний. Например, все пять крупнейших компаний – BP PLC, Royal Dutch/Shell, ExxonMobil, ChevronTexaco и TotalFinaElf – или уже инвестировали средства в Россию и другие бывшие советские республики, или же рассматривают планы новых или дополнительных инвестиций. Правда, пока что их желание проводить агрессивное инвестирование в постсоветском регионе до сих пор сдерживается опасениями, что это будет связано для них с чрезмерными рисками и, прежде всего, правовыми.

Игроки

Денационализация и децентрализация в нефтяном секторе России привели к появлению сотен новых игроков самых разных типов – здесь и частные компании, и общественные, и СП, и иностранные операторы. Среди крупнейших игроков можно выделить три группы: частные глобальные компании, государственные и региональные игроки. В первую группу входят пять крупнейших компаний: "ЛУКойл", ЮКОС, "Сургутнефтегаз", Тюменская нефтяная компания (ТНК) и "Сибнефть". Раньше членом этой группы была СИДАНКО, сейчас, по сути, контролируемая ТНК и ВР. "Роснефть" и российско-беларусская "Славнефть" представляют вторую группу. Третья группа состоит из "Татнефти" и Башкирской топливной компании (БТК). Первая, не имея перерабатывающих заводов в Татарии, ориентирована на западные рынки и хорошо известна на международных фондовых рынках. Кроме того, "Татнефть" часто выступает единым фронтом с компаниями первого эшелона, защищая общие деловые интересы. БТК, наоборот, занимается в основном региональным рынком. Что же касается таких компаний как "Грознефтегаз" и "Саханефтегаз", то они еще слишком малы, чтобы считаться крупными игроками.

Еще один игрок на нефтяном рынке России – сегодня де-факто само государство, которое к тому же стремится в будущем играть на нем гораздо более важную роль, чем сегодня. Что неудивительно, ибо сегодня в Министерство энергетики России и в государственную нефтетранспортную монополию "Транснефть" пришли менеджеры, прошедшие школу частных компаний. Они хотят сделать управление государственной собственностью максимально эффективным. Все эти факторы возродили к жизни идею создания стратегического резерва нефти, который будет служить механизмом стабилизации цен на нефть и источником дополнительных поставок на внутренний и внешний рынки в случае необходимости.

Предполагается, что российский нефтяной резерв должен отличаться от подобных запасов, создаваемых США и другими странами – потребителями нефти. Россия сама является экспортером нефти и будет напрямую влиять на формирование цены на нефть – до сих пор страны, входящие в ОПЕК, традиционно считали эту роль своей прерогативой. По одной из версий, резерв может функционировать как буферный запас, пополняемый в случае низких цен на нефть и часть нефти из которого продается при благоприятной ценовой ситуации.

Механизм прост: если на мировых рынках цена на нефть находится ниже отметки 20 $/барр., в госрезерв начинают закупать сырье. Если же цена превышает 25 $/барр., нефть начинают продавать. В качестве первого шага предлагается арендовать у "Транснефти" емкости для хранения нефти, а также нефтехранилища экспортных терминалов объемом 2,5 млн. т. В перспективе возможно строительство дополнительных хранилищ еще на 8,5 млн. т. Эксперты утверждают, что наиболее экономичным было бы переоборудование под хранилища свободных соляных шахт, в частности на юге России в районе Каспийского моря, в пределах досягаемости трубопроводной системы "Транснефти" и Каспийского трубопроводного консорциума. Радикальное предложение состоит в том, чтобы компания – оператор госрезерва получила бы в пользование месторождения, находящиеся на балансе Министерства природных ресурсов.

Авторство всех этих предложений принадлежит госкомпании "Роснефть". Компания со 100%-ным государственным участием, опытом работы в крупнейших нефтяных проектах и кроме этого успешно работающая как коммерческая структура, наверняка надеется, что российские власти именно ей предоставят роль – оператора нефтяного резерва. Впрочем, в компании отрицают наличие преимуществ и говорят, что "Роснефть" будет участвовать в тендере на роль оператора на общих основаниях".

Впрочем, схема финансирования создания нефтяного резерва пока совершенно неясна. Могут пройти годы, прежде чем удастся накопить запасы нефти и разработать гибкую схему управления ими, чтобы Россия, используя госрезерв, могла ощутимо влиять на мировые рынки. Непонятно пока и на каких условиях могла бы покупаться нефть у частных нефтяных компаний. В качестве альтернативы на начальном этапе оператору предлагается забрать нефть, находящуюся в неиспользуемых участках трубопроводов "Транснефти". Здесь тоже возникают вопросы – в прошлом нефтяные компании пытались оспорить право собственности "Транснефти" на это сырье. Еще одним источником поступлений может стать нефть, которую правительство получает в качестве своей доли по соглашениям о разделе продукции.

Планы России по созданию стратегических запасов нефти уже вызвали живую реакцию в мировом нефтяном сообществе. В ОПЕК положительно отнеслись к инициативе, в своих комментариях делая акцент на намерении России присоединиться к усилиям по поддержанию мировых цен на нефть. Неофициальный комментарий ОПЕК по этому поводу звучит следующим образом: "Прекрасная мысль, она свидетельствует о том, что у российских компаний и правительства есть понимание важности управления ценами для обеспечения стабильности на рынке". Это можно истолковать как подтверждение изменения позиции Саудовской Аравии, ключевого нефтедобытчика ОПЕК: отныне приоритет отдается защите необходимого уровня цен, а не сохранению незыблемой доли рынка.

Отметим, что ОПЕК официально стремится к сохранению цен на свою "корзину" из 7 марок нефти в рамках 22-28 $/барр. "Корзина" ОПЕК продается на мировых рынках примерно на $1 ниже, чем нефть Brent. В ОПЕК утверждают: "Русские говорят, что они стремятся к поддержанию цены выше $20 – это соответствует политике нашей организации". Однако в реальности, по мнению представителей этого межгосударственного объединения, нефтедобывающие страны, не входящие в ОПЕК, с одной стороны, и США и ЕС – с другой, достигли неформального соглашения относительно приемлемого уровня цены: для Brent она должна составлять около 23 $/барр.

Проблемы транспортировки российской нефти

У России имеется четыре варианта транспортировки растущих объемов нефти: южные наземные трубопроводы, ведущие напрямую к потребителю; комбинация трубопроводов и морских перевозок для выхода в Средиземное море; транспортные коридоры через Балтийское море; трубопроводы, ведущие в Европу. Уже существует много проектов реализации каждого из этих вариантов. И хотя все они могут решать задачи транспортировки растущих объемов нефти, европейские трубопроводы – среди них наиболее привлекательны.

Потребность российских нефтегигантов в том, чтобы в ближайшие 3-5 лет определить рынки сбыта своего нефтяного экспорта, идущего через Восточную Европу, может способствовать развитию новых взаимовыгодных отношений в регионе, несмотря на то что местные политики, менеджеры и граждане помнят о временах, когда Россия и Советский Союз были их врагами.

В сравнении с вариантами, предполагающими взаимодействие с южными исламскими республиками, Турцией или прибалтийскими странами, европейские маршруты экспорта имеют определенные преимущества – здесь намного меньше вероятность политических конфликтов между странами-участницами. Ну а поскольку главными участниками таких трубопроводных проектов являются российские фирмы, именно они получают режим наибольшего благоприятствования, который позволит максимально увеличить российский экспорт нефти по европейским трубопроводам.

Экспорт

Хотя экспорт в Европу представляется наиболее перспективным долгосрочным направлением реализации растущих объемов российской нефти, на этом пути остается много барьеров. К примеру, стороны должны прийти к соглашению относительно финансовой прибыли, определяемой по рыночным стандартам.

Любые не экономические соглашения, заключаемые для обеспечения "безопасности поставок" или "доступа к рынку", не гарантируют окупаемости инвестиций. Поскольку российские нефтегиганты намерены продавать свои акции на мировых фондовых рынках, их участники должны убедиться в том, что эти сделки будут рентабельны в долгосрочной перспективе.

Помимо этого, сомнительные этические принципы, традиционно присущие России и Восточной Европе, в нефтяном секторе проявляются особенно явно. Деловая практика и законодательство в нефтяном секторе Восточной Европы и Средней Азии должны быть изменены для создания жизнеспособной деловой атмосферы. Контракты должны быть структурированы таким образом, чтобы не зависеть от личных взаимоотношений участвующих лиц. Западные компании (особенно американские) не будут участвовать в долгосрочных соглашениях, которые противоречат этическим стандартам их акционеров и контрольных правительственных органов.

И наконец, взаимное недоверие между российскими и мировыми нефтегигантами не исчезнет в один момент. Доверие создается годами, шаг за шагом, по мере выполнения небольших, но успешных контрактов, ведущих к заключению масштабных коммерческих соглашений. Лучший способ заполучить партнера для долгосрочных отношений – это поработать с ним на краткосрочной основе (так, к примеру, поступил ЮКОС, направив США первый сверхкрупный танкер со своей нефтью). Заключение небольших контрактов и реализация пилотных проектов позволят каждой из сторон увидеть друг друга в деле. Доверие растет в результате совместного решения проблем. Деловая порядочность лучше всего определяется постоянной готовностью обеих сторон способствовать созданию эффективного партнерства.

Так, большинство сотрудников BP признают, что работа в "СИДАНКО" позволила приобрести неоценимый опыт заключения коммерческих соглашений в рамках российского законодательства. Этот практический опыт ВР не смогла бы получить никаким другим путем. Случалось, стороны заявляли, что никогда не будут иметь друг с другом дела. Однако после всех обвинений и нелицеприятных заявлений присутствие ВР на российском рынке сейчас более значительно, чем когда-либо, а ее менеджеры знают, как делать бизнес в России.

Учитывая отношение мировых нефтегигантов к российской нефтяной промышленности, российским компаниям не следует в ближайшее время ожидать заключения огромных сделок. Вместо этого нужно стремиться к небольшим, с относительно низкими рисками соглашениям, которые можно реализовать успешно и последовательно. Иначе у торговых партнеров и мировых нефтегигантов не хватит уверенности для того, чтобы заключать комплексные долгосрочные соглашения с российскими компаниями.

Присутствие в Европе

Российские нефтегиганты стремятся к распространению своего долгосрочного присутствия на нефтяных рынках Европы и Средней Азии. Все они расширяют географию своих действий и неизбежно окажутся конкурентами мировых нефтегигантов во многих регионах. Зная об этом, последние внимательно наблюдают за действиями российских компаний и предпринимают шаги по расширению свой доли рынка в России и Восточной Европе.

Некоторые из мировых нефтяных компаний хотят главным образом получить доступ к российским нефтяным резервам, другие – расширить клиентскую базу потребителей нефти и газа в Восточной Европе. Большинство же рассматривают Россию как потенциальную стратегическую альтернативу инвестициям на Ближнем Востоке. Хотя риски есть в обоих этих регионах, они сильно различаются.

В результате и российские, и мировые нефтегиганты, стремясь к увеличению своей рыночной доли в различных частях Европы, будут одновременно и конкурировать, и сотрудничать в Европе и Средней Азии. Например, недавно глава Shell Филип Уотс встречался с российским премьер-министром Михаилом Касьяновым, чтобы обсудить текущие и будущие проекты компании в России. Вместе с тем Shell расширяет свое присутствие в Германии, покупая розничные активы у немецкой RWE AG, а именно на этот рынок стремятся прежде всего выйти российские компании. Такие переговоры показывают, что стороны должны осторожно подходить к выработке своей стратегии при оценке внутренних взаимосвязей с потенциальными партнерами и конкурентами в Европе. Ведь перейдя дорогу своему европейскому конкуренту, можно, к примеру, сорвать переговоры о совместной добыче с его подразделением на Ближнем Востоке.

Взаимодействие между российскими и мировыми нефтяными компаниями будет принимать разные формы. Так, результатом десятилетий социалистического хозяйствования явилось то, что знания многих российских менеджеров о розничной продаже и брэндинге ограниченны. Очевидно, что помощь в создании брэндов и проведении имиджевых компаний для привлечения европейских потребителей будет ими приветствоваться.

Одним из потенциальных источников такой помощи могут быть нефтяные транснациональные компании. Альянсы или совместные предприятия помогут российским партнерам восполнить недостаток знаний, а их зарубежным партнерам – получить доступ к российским потребителям в небольших масштабах. Например, до своего слияния с Exxon компания Mobil установила партнерские отношения с местными компаниями для налаживания сбытовой сети в бывших советских республиках.

При таком развитии событий потерпевшей стороной окажутся небольшие нефтяные компании Центральной и Восточной Европы. В сравнении с обоими российскими нефтяными лидерами и мировыми нефтекомпаниями, австрийская OMV и венгерская MOL кажутся карликами. OMV и MOL пытаются выжить, увеличивая собственную долю рынка: обе компании рассматривают возможность стратегических приобретений и экспансии на польский рынок. Однако зажатые между российскими и мировыми нефтегигантами, они вряд ли смогут остаться независимыми игроками где-нибудь еще кроме своей ниши. Интересен в данном случае вопрос, будут ли в них инвестировать российские или мировые нефтяные компании.

Что дальше?

Два труднопредсказуемых фактора будут влиять на развитие событий на рынках России и Восточной Европы. Первый касается темпов вхождения восточноевропейских стран в ЕС, для чего им придется провести целый ряд изменений, чтобы соответствовать налоговым, экономическим и природоохранным стандартам ЕС. Эти стандарты имеют прямое отношение и к нефтяному рынку. Например, стандарты качества для нефтепродуктов во многих странах Восточной Европы менее строги, чем в ЕС. Чтобы соответствовать им, НПЗ в Восточной Европе, Средней Азии и России должны вложить огромные средства в модернизацию. Многие не смогут сделать этого самостоятельно.

У российских нефтяных компаний появляются возможности для вхождения в восточноевропейский сектор нефтепереработки путем финансирования его модернизации. Транснациональные компании менее заинтересованы в таких соглашениях, в частности потому, что многие из них пытаются снизить свою долю в мировой нефтепереработке. Но желание и скорость, с какой восточноевропейские правительства позволят своим компаниям заключать соглашения с российскими нефтегигантами, будут зависеть от темпа вхождения этих стран в ЕС.

Главная проблема восточноевропейского и центральноазиатского регионов – отсутствие политической стабильности. Нынешняя тенденция позитивна для России. У российских компаний большие доходы. Однако благоприятная краткосрочная финансовая конъюнктура и быстрый рост могут заслонить собой серьезные долгосрочные проблемы.

История отношений стран Восточной Европы и Средней Азии полна политической вражды и недоверия. Этнические и религиозные предубеждения и споры о национальных границах нельзя преодолеть в один момент. Каковы будут последствия, если в такой ситуации вдруг резко упадут цены? Или же политические конфликты в Средней Азии перекинутся на Россию? Возможности возникновения в других регионах ситуации, подобной балканскому кровопролитию середины 90-тых, исключать безусловно нельзя. Наконец, закономерен и еще как минимум один вопрос: а что если улучшение экономической ситуации в России вообще и ее нефтяной индустрии являются временным явлением? Ответ на него зависит от того, насколько российские нефтяные гиганты готовы к очередному экономическому спаду или политическим конфликтам – именно от этого будет зависеть их относительная стабильность в долгосрочной перспективе.

3 Антон ПЫРЬЕВ,
по материалам FT, Oil&Gas Journal, Petroleum Economist

 
© агенство "Стандарт"