журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
рубрики
РЕКЛАМА

ПРЕЗЕНТАЦИЯ

ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ МЕСЯЦА

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Регулирование

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Проекты

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Тенденции

ГАЗ И НЕФТЬ. Нефтерынок

ГАЗ И НЕФТЬ. Сектор газа

ГАЗ И НЕФТЬ. Конфликты

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

ГАЗ И НЕФТЬ. Тенденции

УГОЛЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"ТЭК" – №8, 2002

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

Как закалялся металлолом

Новые факты биографии Корчагина

Выносить сор из избы – старый славянский обычай. Особенно, когда в ней меняется хозяин. Неудивительно, что сразу же после отставки президента НАЭК "Энергоатом" Юрия Недашковского в прессу стали сливать материалы, рисующие деятельность компании в негативном свете. Делалось это, отчасти, дабы отвлечь внимание общественности от факта назначения преемником Недашковского Сергея Тулуба, вызвавшего массу вопросов. Основной из них касался компетентности нового главы "Энергоатома" (Тулуб – может быть, неплохой угольщик, но совершенно не разбирается в ядерной энергетике), а также процедуры его назначения.

Застрельщиком кампании по дискредитации предыдущего руководства НАЭК выступил лично президент. В конце июля Леонид Кучма потребовал разобраться с ситуацией, сложившейся в "Энергоатоме": "Мы должны разобраться и назвать "героев"… Предприятие должно работать на людей, а не на кучку, которая довела его до банкротства". Разоблачением могучей "кучки" незамедлительно занялась Государственная налоговая администрация Украины. Точнее говоря, занималась она этим всегда, однако только после выступления гаранта решила обнародовать некоторые свои наблюдения. Так, председатель ГНАУ Николай Азаров заявил, что его ведомство обнаружило примеры "вопиющей бесхозяйственности" в финансово-хозяйственной деятельности "Энергоатома". Особый упор был сделан им на случае, когда одна из структур "Энергоатома" приобрела в России турбины 1987 года выпуска "за огромную сумму в долларах, много миллионов заплатили… А когда мы в России поинтересовались насчет реальной стоимости, то выяснилось, что это стоимость практически металлолома. Для чего этот металлолом завозился в страну?".

По информации Азарова, упомянутые турбины уже год находятся на складе, и "никто не собирается их устанавливать по простой причине – технической непригодности…". "Возникает вопрос, для чего это делается и кто за это ответит". Между делом Николай Янович попенял своему земляку Виталию Гайдуку на то, что "не дело ГНАУ выяснять, нужны эти турбины или нет. Может быть, это прямая функция Министерства топлива и энергетики?".

Обнародованный главным мытарем страны случай касается поставки на Южно-Украинскую АЭС оборудования с недостроенной Крымской АЭС, расположенной в городе Щелкино. Сейчас это место больше известно благодаря культовому молодежному фестивалю, а когда-то предполагалось, что на крымском мысе Казантип будет производиться электроэнергия. Упомянутое выше оборудование на Крымскую АЭС попало в период перестроечного бедлама: строительство cтанции уже "заморозили", но различного рода "железяки" по инерции все еще туда поставлялись. Вместе с другим оборудованием в Щелкино попали и роторы к турбине К1000-60/3000 производства Ленинградского металлического завода. Несколько лет они валялись на складской площадке и, скорее всего, были бы порезаны на металлолом. Однако их ждала иная, куда более яркая судьба. Ими заинтересовались не в меру умные люди, решившие что на этом "презренном металле" (как, впрочем, и на любом другом) можно слегка подзаработать. Сразу отметим, что реализованный ими план превращения никому не нужной груды обработанного железа в деньги отличался немалым изяществом.

Схема была "закручена" вокруг механизма экспорта электроэнергии с Южно-Украинской АЭС в Молдову. Эти поставки оплачивались нашими юго-западными братьями не в полном объеме, и в итоге возник долг, который нужно было погашать. И тут одна из молдовских фирм предложила рассчитаться в счет погашения долга технологическим оборудованием. Вопрос, откуда оно может взяться в "индустриальной" Молдове, по понятным причинам никого не заинтересовал (на то она и "схема").

Фактически речь шла о тех самых роторах к турбине, которые уже с десяток лет "загорали" под жарким крымским солнцем. Возглавлявший в тот момент Южно-Украинскую АЭС Леонид Корчагин согласился с этим предложением и оговорил сумму сделки. Она составила ни много ни мало $18 млн. Интересно, что долг молдаван перед Южно-Украинской АЭС на 1 января 1999 года составлял примерно 25 млн. грн. (или $7,2 млн.), то есть предполагалось не только погасить существующий долг, но и обеспечить финансовую базу для будущих поставок украинской электроэнергии нашим соседям.

В итоге в "Энергоатом" за подписью Корчагина было направлено письмо. В нем вышестоящую инстанцию убеждали, что молдовская сторона, желая погасить свою задолженность перед Южно-Украинской АЭС, но не имея для этого денежных средств, предлагает в счет погашения долга эти самые роторы к турбине, и сие страсть как выгодно.

О том, что означенное оборудование валяется на украинской территории (и более того – на одной из площадок самого "Энергоатома") в документах, естественно, благоразумно умалчивалось. Забавно, но, по версии Николаевской областной прокуратуры, роторы производились исключительно для Крымской АЭС и по своим технологическим свойствам совсем не подходили ни для Южно-Украинской АЭС, ни для других отечественных атомных станций, использующих реакторы ВВЭР-1000. Цену за "отлежавшийся" ротор установили в $4,5 млн. И это при том, что новый ротор на тот момент стоил $1,6 млн. Впрочем, учитывая тот факт, что никто в рамках описываемой сделки платить живыми деньгами не собирался, коэффициент 2,8 для взаимозачетной схемы образца 1999 года представляется весьма разумным. Правда, это в случае ели бы речь шла о поставке работающего оборудования. А здесь украинской стороне тупо "впарили" ее же собственный металлолом.

Естественно, завезти оборудование на Южно-Украинскую АЭС прямо из Крыма было бы венцом глупости. Поэтому схему обогатили новыми, но отнюдь не лишними элементами. Для начала молдаване озаботились покупкой роторов. Юридически они (как, впрочем, и все остальное списанное оборудование Крымской АЭС) числились на балансе фирмы "Крым-керамика". В качестве их первоначального покупателя выступила Производственно-торговая фирма (ПТФ) "Элита" из Вольногорска (Днепропетровская область). Этот город славен тем, что здесь добывается цирконий, необходимый для АЭС, и соответственно связи местного бизнеса с атомщиками традиционно сильны. Правда, на этом этапе сделки была допущена грубейшая ошибка. "Элита" исхитрилась приобрести все четыре ротора за 19 тыс. грн. Чуть позже их продали "несчастному" НАЭК в 4000 раз дороже.

После продажи роторы прямо из Крыма отвезли в Запорожье. Там, на запорожском АО "Супер" их зачистили, покрасили – в общем, придали товарный вид. А главное – снабдили красивыми, хотя и "липовыми" документами. Согласно им, агрегаты поступили с Ленинградского металлического завода 15 марта 1999 года, что и было подтверждено печатями и подписями руководителей предприятия-изготовителя.

Дальше начался следующий этап "веселой операции". Фирма из Кишинева приобрела у ПТФ "Элита" роторы "как неликвидное оборудование", но уже в четыре раза дороже – за $20,8 тыс. После чего 27 июня 1999 года ценный груз отбыл в Молдову. Через 20 дней молдоване прибывают в Южно-Украинск с подготовленным проектом контракта купли-продажи 4 роторов. Там их уже с нетерпением ждали. Ведь пока молдовские друзья чистили (и буквально, и юридически) и возили оборудование, руководители Южно-Украинской АЭС не начинали реализацию своей части схемы. Но как только на станции появились "парламентеры" из южных краев, на имя тогдашнего президента НАЭК Нура Нигматуллина ушла докладная записка о "целесообразности изучения поступивших от представителей Молдовы предложений". Из Киева пришло поручение обследовать техническое состояние предлагаемых роторов. Затем вышел приказ о создании комиссии для определения пригодности данного оборудования.

В решении рабочей комиссии, возглавляемой заместителем генерального директора Южно-Украинской атомной электростанции, было рекомендовано приобрести их "в централизованный запас для дальнейшего использования" на блоках Южно-Украинской, Ривненской и Хмельницкой АЭС. Чуть позднее г-н Корчагин утвердил данный акт своей подписью и передал его в НАЭК. А вскоре подписал контракт о купле-продаже четырех роторов на общую сумму $18 млн. Ровно через месяц после того как эти несчастные куски металлолома отвезли в Молдову, они через станцию Кучурган торжественно вернулись в Украину. Забавно, но по данным прокуратуры и таможни, на территории братской республики их даже не разгрузили.

Дальше – больше. Роторы отвезли в Южно-Украинск, был подписан акт приемки-передачи, в котором было указано, что претензий к качеству поставленных роторов нет. После этого их отвезли на склад, где они лежат и по сей день. 1 сентября 1999 года Нур Нигматуллин согласовал приобретение Южно-Украинской АЭС четырех роторов. Как выяснило следствие, за период с 1999 по 2000 год в счет оплаты роторов Южно-Украинской АЭС было перечислено векселями, зачетами и деньгами 38,426 млн. грн. Если выразить эту сумму через электроэнергию, получится порядка 900 млн. кВт-ч или годовой объем потребления крупного металлургического комбината.

Спустя 2 года эта схема стала достоянием общественности и можно не сомневаться, что ею еще долго будут размахивать как красным знаменем. Тем более что всем понятно, что подобная операция предполагала "откаты" не только в солнечном Южно-Украинске. Фактически она в первую очередь дискредитирует Нигматуллина, при котором в общем-то и прозошли все вышеописанные художества. Однако ее сегодня пытаются использовать против Недашковского, который, естественно, "не обеспечил", "не устранил", "не принял меры". И тот факт, что операция по превращению металлолома в электричество закончилась задолго до его прихода на пост президента НАЭК, особой роли не играет. Ведь, как известно, в некоторых случаях "начальник должен ответить за все". Заодно путем обнародования этой схемы фактически сведен на нет эффект письма президенту в поддержку Недашковского. Ведь среди его немногочисленных подписантов значится и Нигматуллин.

Кстати, аналогичную "медвежью услугу" оказывает сейчас"Энергоатому" и Комитет Верховной Рады по вопросам борьбы с организованной преступностью и коррупцией. Он публично настаивает на освобождении Сергея Тулуба от должности президента национальной атомной энергогенерирующей компании (НАЭК) "Энергоатом". Мотивировка проста: члены парламентского комитета считают незаконным совмещение одним лицом полномочий заместителя секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины и первого руководителя "Энергоатома".

Однако подобные заявления сегодня лишь усиливают позиции Тулуба – ведь наш гарант Конституции еще никого и никогда не снимал под давлением общественности. И учитывая, что многие специалисты считали и считают Cергея Тулуба фигурой в кресле главы НАЭК временной, критика данной кандидатуры грозит превратить ее в самую что ни на есть постоянную.

Игорь МАСКАЛЕВИЧ

 
© агенство "Стандарт"