журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
КРИЗИС ДОВЕРИЯ

Банковский кризис

БАНКОВСКИЙ КРИЗИС

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Банковские стратегии

Новые рыночные страны

Банковская деятельность

Банковское регулирование

РЕКЛАМА

БАНКОВСКИЙ ПЕРСОНАЛ

Банковское оборудование

Информационные технологии

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №9, 2002

Банковское регулирование

Прорыв, который может завершиться провалом

На пути к принятию свода нормативов резервирования "Базель II"
сняты многие препятствия, однако основной проблемой остается смысл итогового документа

В середине июля текущего года органы банковского надзора на Западе наконец-то вздохнули с определенным облегчением. На своем совещании в тихом швейцарском Базеле представители банков и органов надзора достигли соглашения по ряду сложнейших, зачастую политически мотивированных, проблем, угрожавших тупиковой ситуацией для пятилетней работы по подготовке нового свода нормативов резервирования для покрытия кредитных и операционных рисков, который должен заменить нынешние правила, действующие с 1988 года. Специалисты регулятивных органов полагают, что им виден свет в конце туннеля: предусматривается, что новые нормативы, известные под названием "Базель II" (Basel II Capital Accord), вступят в силу в 2006 году – на два года позже, чем первоначально планировалось. Но сможет ли на реально заработать этот сложный документ? Многие аналитики полагают, что многие препятствия на этом пути еще только предстоит преодолеть.

Между первой и второй…

Нормативы свода "Базель II" должны заменить правила "Базель I", вступившие в действие в 1988 году. В соответствии с ними в настоящее время функционируют банковские системы около 100 государств мира, хотя формально нормы обязательны только для стран G10 ("большая семерка" и Бельгия, Нидерланды, Швейцария).

Эти правила требовали от банков наличия собственного капитала на уровне, как минимум, 8% от стоимости портфеля активов, объем которого рассчитывался в соответствии со степенью риска. Так, например, вложения в государственные ценные бумаги стран ОЭСР считались сопряженными с нулевым риском и не требовали резервирования, краткосрочные кредиты банкам развитых стран имели коэффициент, равный 20% (фактический уровень резервирования по ним составлял 1.6%), но большинство кредитов, в том числе и все корпоративные, должны были резервироваться из расчета полных 8%.

Данная система была сравнительно грубой и недостаточно совершенной. Например, краткосрочный кредит, выданный Deutsche Bank или Citigroup и какому-нибудь мексиканскому или корейскому банку, имел в ней одинаковую степень риска и засчитывался с одним и тем же 20%-ным коэффициентом. Не было различия и между кредитованием крупной международной корпорации и мелкой компании. И в том, и в другом случае банк должен был резервировать 8% от объема кредита. На макроэкономическом уровне эти недостатки ярко проявились во время азиатского кризиса 1997 года, когда обнаружилось, что банки региона с излишней легкостью привлекали межбанковские кредиты. Несовершенство и перекосы в нормативах "Базель I" выдвинули на первый план необходимость реформирования действующей системы, и в 1998 году началась сложная и кропотливая работа над новой редакцией правил – "Базель II".

Нормативы "Базель II" разрабатывались непосредственно Базельским комитетом по банковской деятельности и надзору (Basel Committee on Banking and Supervision) при Банке международных расчетов (Bank of International Settlements), в который входят 30 представителей регулятивных органов из 13 развитых стран (включая 4 – из США). Возглавляет этот комитет Уильям МакДоноу, президент New York Federal Reserve Bank. Новый документ, как указывают его разработчики, позволит создать более эффективный и чувствительный к кредитному риску механизм, предусматривающий резервирование банками достаточного количества капитала на его покрытие.

Однако, как вскоре выяснилось, грубая система "Базель I" работала, потому что одинаково не устраивала всех. Попытка же создать более точные нормативы столкнулась с тем, что, в силу тех или иных национальных особенностей, ряд положений проекта оказывались приемлемыми для банков одних стран и не выгодными для других. Например, коэффициент резервирования при корпоративном кредитовании предполагалось принимать в зависимости от кредитного рейтинга заемщика, что подходило американским банкам, но не устраивало европейцев, так как в Европе в отличие от США лишь небольшое число компаний имеют рейтинги. Противоречий было столько, что обсуждение новых нормативов несколько раз прерывалось из-за тупиковости ситуации. Сроки появления окончательного документа несколько раз переносились.

Работа над новыми нормативами, конечно же, пошла значительно быстрее благодаря июльскому прорыву в решении ряда спорных вопросов, касающихся в частности: кредитов малым и средним предприятиям (проблема, волнующая, прежде всего, немецких банкиров); точных границ риска при кредитовании с помощью кредитной карточки (предмет особого беспокойства американских банков); определения степени риска при специализированном кредитовании, например, при финансировании проектов и выделении кредитов на финансирование доходной недвижимости.

Оказалось, что данные аспекты, по которым требовалось принять решение о том, какой объем капитала банки должны резервировать при осуществлении подобной деятельности, достаточно восприимчивы к компромиссам, зачастую носящим политическую окраску. Прогресс, достигнутый Базельским комитетом в этих вопросах, усиливает уверенность в том, что он сможет выдержать установленный график ввода в действие новых нормативов. Так, уже в октябре 2002 года планируется предоставить банкам возможность проверить действие их моделей оценки кредитного риска на базе уже достигнутых ранее договоренностей и снова направить в комитет результаты этих тестов. Затем весной 2003 года предполагается принять третий консультативный документ, а к концу года – окончательный свод правил и нормативов. После трехлетнего поэтапного введения в действие нормативы "Базель II" должны полностью вступить в силу в конце 2006-го – начале 2007 года.

Даже самые ярые оптимисты из числа членов Базельского комитета признают, что любые последующие отсрочки в принятии новых требований нанесут непоправимый вред их репутации. Один из сотрудников секретариата комитета заявил, что в случае очередных задержек весь процесс разработки и вступления в силу новых правил будет поставлен под вопрос. "Тогда, – заключил он, – следует паковать чемоданы и отправляться восвояси".

Огонь критики

Последние события вокруг принятия нормативов "Базель II" вызывают серьезную озабоченность в среде как американских, так и европейских банкиров. Их тревожат, главным образом, сложность, запутанность и громоздкость нового документа. Окончательное соглашение по новым правилам и нормативам, по мнению экспертов, несмотря на оптимистичные настроения в стане международных регулятивных органов еще очень далеко от своего завершающего оформления. И самым серьезным его потенциальным противником следует признать Соединенные Штаты Америки.

Хотя многие европейские регулятивные органы убеждены, что нормативы "Базель II" должны быть обязательно приняты с целью снижения риска в международной финансовой системе и предотвращения новых финансовых кризисов, в Вашингтоне господствуют куда более осторожные мнения. Джерри Хок, контролер денежного обращения Министерства финансов США и один из наиболее могущественных американских регуляторов, а также самый последовательный критик нормативов "Базель II", в своем интервью журналу The Banker заявил, что после обсуждения новых предложений с главами нескольких банковских регулятивных органов США он не может назвать никого, кто бы на все 100% был уверен в обоснованности принятия нового документа. Его озаботил тот факт, что американские банки, попадающие под действие нормативов "Базель II", попадут в невыгодное, с конкурентной точки зрения, положение. Впрочем, эти беспокойства разделяют банки и регулятивные органы и в других регионах мира. Новыми нормативами недовольны все, однако, в отличие от "Базель I" – по разным причинам.

Впрочем, хотя неудовлетворенность Вашингтона новыми правилами может, очевидно, стать главным препятствием на пути вступления документа в силу, масла в огонь критики Basel II Capital Accord подливают и ряд влиятельных экспертов в сфере финансов, выступающих против принятия этого документа. Они серьезно обеспокоены по поводу чрезмерной сложности и запутанности новых нормативов, практическая реализация которых может привести к непредсказуемым последствиям.

Некоторые эксперты опасаются, что имплементация нормативов "Базель II" чревата нарушением бизнес-циклов и интенсификацией резких подъемов и спадов в деловой активности на мировых рынках. Действительно, гибкая система коэффициентов резервирования заставляет банки быть очень чувствительными к финансовому положению своих заемщиков и обстановке на рынках, где они работают. Как опасаются аналитики, это приведет к тому, что в мировой финансовой системе резко возрастет "текучесть" капитала, который будет исчезать из любого мало-мальски неблагополучного района, превращая временные неприятности в серьезный кризис.

Большинство критиков нового документа обеспокоены излишней, по их мнению, подробностью предлагаемых правил и норм, обусловленной стремлением регулятивных органов классифицировать и градуировать те объемы капитала, которые банки должны резервировать для всевозможных видов деятельности и разного уровня заемщиков. Благая цель регуляторов сделать требования к объему резервного капитала более внимательными к риску и поощрять те банки, которые демонстрируют наилучшее управление риском, грозит завершиться созданием неработоспособной, громоздкой и сложной структуры.

Об этом, в частности, говорят представители регулятивных агентств США. Так, тот же Джерри Хок, считающий "почти нереализуемыми" нормативы "Базель II", подчеркивает, что, чем сложнее и назидательнее этот документ, тем больше будут страдать американские банки и тем сложнее для них будет принять на вооружение новые правила. Будучи одним из четырех американских представителей в Базельском комитете, Джерри Хок делает вывод, что США обладают "самой полной и совершенной системой банковского надзора в мире". Об этом, по его словам, свидетельствует то, что в таких крупнейших банках как Bank of America и Citibank постоянно работают от 40 до 50 специалистов регулятивных органов. В результате, как считает Хок, новые правила будут гораздо активнее навязываться американским банкам по сравнению с финансовыми институтами государств, где возможен только редкий внешний аудит. Другими словами, – банки некоторых юрисдикций смогут находить лазейки в новых нормативах, когда им это будет выгодно и угодно.

Хотя Джерри Хок заявляет, что он и Уильям МакДоноу, президент New York Federal Reserve Bank, согласны со многими аспектами свода "Базель II", некоторые наблюдатели отмечают существенные различия в тональности их комментариев по данному вопросу. В июне текущего года одну из своих речей Хок завершил риторическим вопросом: "Получим мы, в конечном итоге, новые нормативы или нет?..". Этим он признал возможность срыва процесса утверждения данного документа. Касаясь различных подходов к вышеуказанному аспекту в ряде американских регулятивных агентств, Хок в интервью журналу The Banker отметил, что некоторые сотрудники New York Federal Reserve Bank отвечают на критику сложности новых правил стандартной фразой: "Все мы живем в сложном мире". Он не считает это корректным ответом. "Вряд ли уместно говорить, – указывает Хок, – что мы живем в сложное время и именно поэтому нам необходим 700-страничный гроссбух новых правил и нормативов по резервированию капитала".

В конце концов, как считают многие эксперты, подписание Вашингтоном нормативов "Базель II" целиком будет зависеть от того, насколько они будут приемлемыми для американских банков. Пока, по словам Хока, политические дебаты по этой проблеме в США не проводились. Если новый документ окажется не выгодным для местных банков и они начнут лоббировать свои интересы в Конгрессе, последствия не решится предсказать даже сам Хок.

Правда, американские регулятивные органы уже заявили, что в любом случае действие правил "Базель II" будет распространяться только на "активные в международном масштабе банки" США. Напротив, нормативы "Базель I", определявшие лишь ряд разграничений между видами кредитных рисков, были просты и приемлемы для всех американских банков. По различным оценкам, в категорию "активных в международном масштабе" могут попасть не более 25 из 2200 американских банков, подотчетных Управлению контролера денежного обращения Министерства финансов США (Office of the Comptroller of the Currency – OCC). В целом, в США функционирует 8300 банков, принимающих депозиты, многие из которых представляют собой мелкие институты, а также 1600 небанковских депозитных учреждений.

По данным Джерри Хока, даже среди 25 активных в международном масштабе американских банков, подотчетных ОСС, вероятно, только 6 способны моделировать и оценивать кредитный риск так, как это предписывают новые правила Базельского комитета. А они предписывают делать это по методике, базирующейся на внутренних рейтингах (Internal Rating Based approach – IRB), которая предоставляет передовым институтам возможность демонстрировать, что они могут вести безопасную операционную деятельность при низких объемах резервного капитала и поэтому получать большую прибыль. По некоторым оценкам, банки, располагающие новейшими моделями оценки кредитного риска, могут функционировать с объемом резервного капитала на 20% меньше, чем требуется в настоящее время.

Опасения Европы

Сложности и громоздкость нормативов "Базель II" обеспокоили не только США, но и Европу, где группа ученых и специалистов по управлению риском рассматривают возможность принятия альтернативного, упрощенного варианта правил "Базель II", который назван старшим преподавателем Лондонской бизнес-школы при City

University и бывшим экономическим советником Bank of England Алистаром Милном как "Basel Lite Version". Он считает, что Базельский комитет пошел ошибочным путем и поэтому ему следует начинать все сначала.

Одна из причин сложности новых правил заключается в том, что в документ включены не только понятия "кредитный" и "рыночный риск", но и "операционный риск", под которым подразумеваются мошенничество, сбои в компьютерных системах, срывы в заключении торговых сделок и пр., четко не отраженные в нормативах "Базель I" (вернее, они совсем здесь не отражены). Каждый из видов риска далее рассматривается с точки зрения трех ступеней (опор – pillar). Первая устанавливает требования к минимальному объему резервного капитала, вторая определяет порядок осуществления надзора и проверки, третья – формирует основу поддержки рыночной дисциплины за счет раскрытия банками большего количества информации, с тем чтобы дать возможность инвесторам и клиентам оценить свои венчурные данные. Наконец, измерение достаточности капитала на первой ступени предполагает 2-3 различных подхода для каждого класса риска. В случае с кредитным риском, например, банкам предлагаются три опции, начиная со стандартного или базового подхода и завершая более продвинутым IRB.

Эндрю Хилтон, директор лондонского Center for the Study of Financial Innovations (CSFI), который стал вотчиной противников нормативов "Базель II", считает такую схему очень запутанной. Он, однако, сомневается в шансах своих сторонников убедить регулятивные органы трансформировать документ в версию "Basel Lite". По словам Хилтона, большинство регуляторов и их последователей "просто влюблены" в новый документ, представляющий собой продукт нескольких сотен политических компромиссов, и не собираются от него отказываться.

Один из серьезных недостатков нормативов "Базель II", по мнению экспертов, состоит в том, что его действие может дестабилизировать деловые циклы, активизируя кредитную экспансию во времена подъема и сокращая предоставление займов в период экономического спада, что может спровоцировать усиление любых ограничений в кредитовании. Этот вопрос был поднят рядом специалистов по финансовым рынкам из Лондонской школы экономики (London School of Economics), включая профессора Чарльза Гудхарта, тоже внештатного советника по проблемам финансовой стабильности председателя Bank of England.

Следует отметить, что сами регулятивные органы в целом понимают негативные стороны проекта. В своем докладе, который был опубликован вскоре после июньской встречи, они объявили о внесении в нормативы "Базель II" определенных технических изменений, направленных на снижение опасности того, что новый документ будет стимулировать "процикличное" банковское кредитование. Кроме того, банки будут обязаны поддерживать для обеспечения ступени 2 (осуществление надзора) определенный баланс резервного капитала, который должен расти во времена подъема и уменьшаться при спаде, исключая, таким образом, процикличный характер ступени 1. Некоторые эксперты, однако, полагают, что на практике эта мера не приведет к снижению опасности "процикличного" банковского кредитования.

У многих специалистов вызывает опасения и то, что подход к измерению кредитных рисков на базе IRB приведет к большей однородности среди сложных банковских моделей управления риском. Брэндон Дэвис, глава подразделения оценки рыночного риска лондонского банка Barclays Bank и еще один активный критик нормативов "Базель II", считает, что в этом случае существующее в настоящее время разнообразие моделей будет утрачено, так что они будут похожи друг на друга. Это, по словам Дэвиса, чревато возникновением нового системного (рыночного) риска. Конвергенция моделей приведет к тому, что все будут оценивать риск одним и тем же способом. "Если он окажется ошибочным, то негативные последствия будут одинаковы для всех," – резюмирует Брэндон Дэвис.

Специалисты регулятивных органов считают эти опасения преувеличенными. "Да, – соглашаются они, – элемент предписания того, каким образом банк должен выражать собственную оценку кредитного риска своим регулятивным органам, действительно возможен, но в целом у регуляторов нет намерений указывать банкам, как им следует оценивать кредитный риск".

Неравноправные условия

Наконец, еще один существенный недостаток нормативов "Базель II" заключается в том, что ставятся в неравные условия различные группы банков. Интересно, что в свое время принятие правил "Базель I" мотивировалось стремлением сократить существовавшие тогда различия в осуществлении регуляционного надзора над банками различных юрисдикций. Сегодня опасность в том, что, интерпретируя на свой манер новые правила и решая, как и к кому они будут применяться, регулятивные органы вновь могут получить в свои руки полную свободу действий.

По мнению директора CSFI Эндрю Хилтона, сложность нового документа может привести к возникновению существенных различий в его выполнении по обе стороны Атлантики. Если американские регулятивные органы планируют распространить действие новых Базельских правил и нормативов только на несколько своих банков, то Европейская комиссия в Брюсселе намерена посредством рассылки специальной Директивы обязать выполнять их все европейские банки и прочие финансовые институты, в том числе такие некредитные организации как инвестиционные банки, брокерские компании и фирмы по управлению фондами.

Такая ситуация, по оценкам ряда экспертов, может поставить многие финансовые институты Европы в невыгодное конкурентное положение по сравнению с американскими и международными банками, поскольку европейцам придется резервировать больший объем капитала на покрытие риска, чем их конкурентам из США.

В Америке, тем временем, некоторые специализированные банки высказывают серьезное недовольство нормативами "Базель II" в части требований, касающихся отчислений резервного капитала на покрытие операционных рисков. Например, бостонский банк State Street, специализирующийся на кастодиальных операциях, резко выступает против новых Базельских правил и нормативов по операционному риску.

State Street совместно с питтсбургским Mellon Bank и некоторыми другими институтами, основной род деятельности которых – кастодиальный бизнес, управление активами и платежные системы, сформировали специальную Financial Guardian Group (FGG) для лоббирования своих интересов. Эти банки, которые попадают в невыгодное конкурентное положение по сравнению с небанковскими организациями, занимающимися тем же бизнесом в США, настаивают, чтобы операционный риск был исключен из ступени 1 и сосредоточен в 2. Это будет означать, что банки и регулятивные органы прекратят попытки оценивать операционные риски в цифровом исчислении и полностью передадут оценку контроля операционного риска банка в руки органов надзора. Такой вариант, кстати, находит полную поддержку со стороны Джерри Хока, но им, опять же, еще больше увеличивается свобода действий регулятивных организаций.

Хотя разработчики из Базельского комитета пошли на ряд технических уступок, отраженных в их докладе за июль текущего года, формула оценки операционного риска продолжает свою привязку к резервированию устанавливаемого определенного объема капитала, который может зависеть от произвольных факторов. Карен Петроу, исполнительный директор FGG, утверждает, что большая часть их клиентов негативно относится к этим факторам. По ее словам, если правила расчета операционного риска не изменятся и финансовые институты будут недовольны требуемыми регулятивными органами объемами капитала на их покрытие, то у них есть выбор заявить о своей готовности освободить себя от ведения банковских операций (провести так называемый "de-banking"). Петроу указывает на тот факт, что все эти специализированные институты совершенно не обязаны вести бизнес как банки. В США существует масса документов на право ведения банковских операций, которые не подпадают под действие правил и нормативов "Базель II". Например, напоминает Петроу, такие институты как Goldman Sachs и Merrill Lynch не зарегистрированы в качестве банков.

В случае, если многие американские институты захотят изменить свои уставы и провести "de-banking", это увеличит давление на их европейских конкурентов, лишенных такой возможности. И речь идет не только о банках США и Европы. Многие финансовые учреждения развивающихся государств тоже полагают, что действие нормативов "Базель II" поставит их в невыгодные условия. И это понятно, поскольку банки в развивающихся государствах имеют возможность использовать только самые простые модели оценки риска и поэтому должны резервировать большие объемы капитала, вследствие чего они не могут на национальном уровне конкурировать с глобальными институтами, применяющими самые совершенные модели с меньшими резервами капитала. По мнению Хилтона, глобальные банки, использующие для оценки риска схему IRB, могут просто вытеснить с рынка банки развивающихся государств.

Насколько значимыми для международной банковской системы могут стать нормативы "Базель II", показывают исследования, опубликованные в сентябре прошлого года Schroder Salomon Smith Barney, дочерним банком гиганта Citigroup. Они свидетельствуют, что в выигрыше от внедрения новых правил окажутся самые крупные и совершенные банки, которые, в конечном итоге, смогут сэкономить до 20-30% резервного капитала и распространить его среди акционеров или инвестировать в новые виды бизнеса. В то же время, многие другие банки будут обязаны резко расширять свои объемы резервного капитала.

Таков наиболее вероятный и предсказуемый результат действия нормативов "Базель II". Однако последствия их вступления в силу могут быть крайне нежелательными. По оценкам экспертов, определенные виды бизнеса станут вотчиной нескольких отраслевых лидеров, которые поставят соответствующие барьеры на пути новичков; кроме того, резко возрастет активность на рынке сделок по слияниям и поглощениям, так как победители будут использовать избыток капитала для покупки проигравших компаний. Активизация консолидации в глобальной банковской отрасли и возникновение супербанков также могут стать самыми вероятными последствиями принятия нормативов "Базель II".

Основные новшества, предлагаемые сводом нормативов "Базель II":

пять основных коэффициентов резервирования (0; 20; 50; 100; 150%) вместо четырех, по "Базель I";

приведение коэффициента резервирования при корпоративном кредитовании в соответствие с кредитным рейтингом заемщика;

разрешение ведущим (sophisticated) банкам использовать собственные модели оценки кредитного риска для определения объемов резервирования;

внедрение концепции операционного риска;

расширение функций национальных органов банковского надзора, в обязанность которым вменяется контроль банковских систем управления рисками;

требование к банкам предоставлять подробную информацию о стратегии инвестирования и объемах резервирований.

Олег Зайцев,
по материалам The Banker, Financial Times

 
© агенство "Стандарт"