журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
КРИЗИС ДОВЕРИЯ

Банковский кризис

БАНКОВСКИЙ КРИЗИС

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

ИТОГИ И ТЕНДЕНЦИИ

Банковские стратегии

Новые рыночные страны

Банковская деятельность

Банковское регулирование

РЕКЛАМА

БАНКОВСКИЙ ПЕРСОНАЛ

Банковское оборудование

Информационные технологии

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №9, 2002

Банковский кризис

Аргентинский кризис вступает в решающую стадию

Разочаровавшись в МВФ, правительство страны решило выходить из кризиса самостоятельно, но для этого ему понадобится поддержка граждан

На фото газон из искусственной травы maxigrass.ru.

Ситуация в аргентинском финансовом секторе, находящемся в кризисном состоянии с декабря прошлого года, можно сказать, прояснилась. После того как Международный валютный фонд в начале сентября в очередной раз наотрез отказал Аргентине в помощи под предлогом "отсутствия консенсуса" по вопросам выхода из кризиса, правительству страны стало окончательно ясно, что надеяться оно может только на собственные силы. К счастью, пока что Аргентине удалось избежать гиперинфляции, а умеренная девальвация местной валюты оставляет надежду на достаточно быстрое восстановление по примеру России или Бразилии. Однако для возобновления экономического роста нужна хоть как-то функционирующая банковская система, а с этим пока остаются проблемы. Правительство решилось с 1 октября разблокировать часть депозитных счетов, но это может вызвать массовое изъятие средств из банков и новый виток инфляции. Большая часть банковской системы страны контролируется иностранными институтами, но они не желают за свой счет приводить в порядок свои аргентинские филиалы. Наконец, МВФ совершенно прав, указывая на отсутствие согласия в аргентинском обществе и правящей элите. Между тем, выход из кризиса возможен только при всеобщей поддержке правительственных планов, иначе Аргентина может снова погрузиться в хаос.

И Дева Мария не помогла

Выступая 29 августа 2002 года по телевидению, аргентинский президент Эдуардо Дуальде призвал кандидатов во время предстоящих президентских выборов, назначенных на март 2003 года, поставить свечки Деве Марии и помолиться за то, чтобы МВФ как можно быстрее оказал помощь его бедствующей нации. В речи президента, посвященной отношениям с этим финансовым институтом, великим и всемогущим, проскальзывали почти религиозные мотивы. "И возродится наша экономика с помощью МВФ, как феникс из пепла, – примерно, так говорил Дуальде слушавшим его аргентинцам. – И заработает она снова и начнет опять давать нам хлеб насущный…".

Увы, но без божественного вмешательства Эдуардо Дуальде, строивший всю свою политику на протяжении восьми месяцев на скором ожидании поступления миллиардов от МВФ, уже не мог обойтись. Фонд, еще в декабре 2001 года приостановивший выделение средств по уже открытой кредитной линии, явно не собирался возобновлять финансирование, по крайней мере, без очень веских на то оснований. В сухом заявлении Анны Крюгер, заместителя управляющего директора МВФ, сделанном на следующий день в ответ на истовую молитву Эдуардо Дуальде, привычно отмечалось, что Фонд не может (а, точнее, не хочет) вкладывать деньги в "никуда".

Под этим подразумевалось, что Аргентина, уже выполнившая ранее все прежние требования МВФ в части изменения законодательства, упорядочения бюджетной политики и сокращения государственных расходов (например, на заработную плату бюджетникам), теперь должна предоставить перспективный план вывода страны из кризиса, включающий пути восстановления банковской системы, прогнозирование уровня инфляции и принятие новых законов, способствующих налаживанию в Аргентине свободных рыночных отношений. Такого плана у аргентинцев не было, да и появления его в ближайшем будущем не предвиделось. "В Аргентине нет политического консенсуса относительно того, куда идти дальше, – совершенно правильно отметил пресс-секретарь МВФ Томас Доусон. – Конечно, очень важно действовать быстро, но еще более важно – действовать правильно".

И в самом деле, предельная глубина и острота аргентинских проблем объяснялась, в первую очередь, тем, что одновременно с финансовым в стране разразился и кризис политический. Мы уже молчим по поводу того, что в конце 2001-го – начале 2002 года в Аргентине сменилось пять президентов. Нынешний лидер страны Эдуардо Дуальде не пользуется поддержкой ни населения, ни властных элит, различные политические силы действуют исходя исключительно из своих собственных амбиций, а ко всему этому примешиваются интересы иностранных компаний и банков, контролирующих значительную часть экономики страны и обладающих немалым влиянием.

Весь этот разнобой приводит к тому, что ни о какой согласованности в аргентинской экономической политике не может быть и речи. Каждая заинтересованная сторона руководствуется своими эгоистическими интересами, действуя во вред всем остальным и экономике страны в целом. Политики произносят популистские речи, совершенно не заботясь о последствиях. В то же время у Аргентины перед глазами должен был быть положительный пример России, которая в условиях политической стабильности преодолела последствия дефолта 1998 года всего за несколько месяцев. Тогда россияне недалеко бы ушли, если бы Дума продолжала свою разрушительную борьбу с президентом и правительством, коммунисты предлагали бы всех раскулачить, а Конституционный суд накладывал бы вето на все антикризисные меры. В Аргентине, между прочим, сейчас именно это и происходит.

Судя по некоторым намекам со стороны западных экономистов и политиков, МВФ не собирается ничего предпринимать до проведения президентских выборов в марте будущего года. Вопрос о выделении денег тогда будет решаться исходя из отношения нового президента к ключевому для Фонда вопросу – выплате долгов западным кредиторам. О том, что беспокойство МВФ имеет под собой все основания, свидетельствует предвыборная риторика большинства вероятных кандидатов. Например, один из наиболее умеренных из них – губернатор провинции Кордоба Хосе Мануэль де ла Сота – считает, что весь государственный долг Аргентины нужно пересчитать в соответствии с девальвацией национальной валюты, потерявшей с начала года около 70% от своей стоимости по отношению к доллару.

В итоге все, на что расщедрился МВФ, представляло собой отсрочку выплаты около $2.8 млрд. по своему же кредиту, с которыми Аргентина должна была расстаться в четвертом квартале. Платежи, как это уже было в предыдущие месяцы, были перенесены на 2003 год, когда аргентинскому правительству придется выплатить Фонду уже $14 млрд. В отношении всего остального последовал недвусмысленный отказ. Как сообщил глава МВФ Хорст Кёлер, деньги в Аргентину начнут поступать только тогда, когда правительство страны окончательно и бесповоротно определится с направлениями своей экономической реформы. Переговоры о выделении финансовой помощи, длившиеся с начала этого года, были прекращены, и никто пока не указывает никаких сроков относительно их возобновления.

"Аргентина сделала все, что могла, – меланхолично прокомментировал это заявление Альфредо Атанасоф, председатель Кабинета Министров страны. – Мы, конечно, не теряем надежды на получение финансовой помощи от международного сообщества, но нам, похоже, придется набраться терпения".

Впрочем, как отмечает Джозеф Стиглиц, профессор Columbia University и лауреат Нобелевской премии по экономике в 2001 году, это, может быть, и хорошо, что МВФ так и не дал Аргентине денег. Как известно, помощь Фонда идет, как правило, на оплату государственного долга, что не дает практически ничего реальному сектору экономики, кроме того, выделение средств сопровождается рядом условий, предполагающих сокращение государственных расходов, жесткую монетарную политику и прочие подобные средства очень сомнительного свойства.

Приводя в пример аргентинцам Россию, Бразилию и Корею, Стиглиц советует аргентинцам забыть про кредиты МВФ и заняться вместо этого поддержкой национальной промышленности, для которой управляемая девальвация аргентинской валюты открывает широкие возможности расширения производства как на экспорт, так и для замены импорта. Однако для всего этого требуется функционирующая банковская система, с чем Аргентина испытывает пока серьезные проблемы.

Очередной референдум о доверии

В банковской системе Аргентины, начиная с декабря прошлого года, все так или иначе крутится вокруг проблемы замороженных депозитов. Перед началом кризиса на счетах в аргентинских банках находилось около $40 млрд., преимущественно в американской валюте. Установив лимит на снятие этих средств после нескольких дней паники, когда депозитная база аргентинской банковской системы разом похудела более чем на 5%, правительство (тогда еще "первого" по счету президента Фернандо да ла Руа) предотвратило крах большинства банков, но не устранило эту опасность, а только отсрочило процесс.

На протяжении всего последующего времени депозиты постоянно находились в центре внимания общественности, политиков и специалистов. Негодующие граждане, поддерживаемые популистски настроенными деятелями, требовали возвращения всех своих денег, причем, непременно в долларах. МВФ критиковал правительство Аргентины за замораживание счетов, несовместимое с понятиями свободного рынка. Банки, со своей стороны, напоминали, что у них нет достаточного количества не только долларов, но и обесценившихся песо, чтобы рассчитаться со всеми своими вкладчиками, буде они захотят забрать все свои средства.

Проблема, на первый, второй и последующий взгляды, просто не имела решения. Принятый в июне правительственный план добровольной конвертации замороженных депозитов в долгосрочные государственные облигации полностью провалился, так как не получил практически никакой поддержки, а провести принудительную конвертацию, как того требовали МВФ и банкиры, правительство не решилось из-за вполне обоснованного страха перед всеобщим восстанием. В то же время, было мало сомнений в том, что, получив доступ к своим счетам, вкладчики немедленно снимут с них большую часть денег. Даже при наличии всех препон и барьеров отток капитала из Аргентины в 2002 году составлял, в среднем, $1.3 млрд. в месяц, а сокращение депозитной базы за первые семь месяцев года достигло $6.19 млрд.

Наконец, постоянной головной болью правительства были судебные решения, в соответствии с которыми вкладчики восстанавливали доступ к своим счетам. Верховный суд страны, где верховодят политические противники президента Дуальде, в марте полностью проигнорировал его распоряжение о введении 180-дневного моратория на рассмотрение подобных исков. В результате все аргентинцы, у которых оставалось достаточно денег на адвокатов, а сумма, замороженная на банковском депозите, стоила хлопот, имели возможность получить свои деньги назад по решению судебных органов. Эти процессы набрали в последние месяцы большой размах несмотря на постоянные заявления всех здравомыслящих политиков и банкиров о том, что от всего этого выиграют только 10% самых богатых и влиятельных граждан, а все остальные потерпят тотальное поражение.

Проблему надо было решать безотлагательно. Ранее правительство надеялось на деньги МВФ, но, когда на этот счет растаяла последняя надежда, оно приступило к самостоятельным действиям. Парламент 10 сентября, по предложению министра экономики Роберто Лаваньи, отменил часть ограничений на снятие денег с банковских счетов. С 1 октября вкладчики, имеющие менее 7 тыс. песо ($1940) на долгосрочных сберегательных счетах и менее 10 тыс. песо ($2770) на прочих срочных счетах, получают право свободно распоряжаться своими средствами. По оценкам Лаваньи, таким образом будет разморожено 60-65% счетов данных типов. Остальным вкладчикам будет по-прежнему предложена конвертация банковских депозитов в десятилетние государственные облигации по плану, уже отвергнутому населением страны в июле (см. БП № 7).

Банкиры достаточно осторожно отнеслись к этой инициативе, хотя размораживанию подлежит лишь небольшая доля их депозитной базы. По их мнению, многие клиенты тут же воспользуются разрешением с целью снятия денег и обмена их на доллары, что приведет к новому витку инфляции и росту напряженности в обществе. Министерство экономики Аргентины придерживается более оптимистичных взглядов, обосновывая свою позицию, по меньшей мере, тремя причинами.

Во-первых, разблокированы будут депозиты лишь самых мелких вкладчиков, которые сильнее всех пострадали от экономических потрясений. Безработица в стране превышает сейчас 20%, и более 40% населения находятся за чертой бедности. По мнению специалистов Минэкономики, эти вкладчики, получив доступ к своим счетам, не станут сразу же менять свои песо на доллары, а потратят их на продукты питания и потребительские товары, тем самым создав дополнительный спрос и оказав поддержку национальной экономике.

Во-вторых, курс песо с начала лета относительно стабилен и составляет около 3.6 за доллар. Недавнее введение более жесткого валютного контроля, предусматривающее ограничения на покупку долларов юридическими лицами, способствовало повышению стабильности, и появление в уличных обменных пунктах относительно небольшого количества дополнительных песо вряд ли способно ее серьезно нарушить.

Наконец, в-третьих, страсти, кипевшие в стране весной, уже поутихли, а доверие к национальной банковской системе потихоньку восстанавливается. Начиная с середины июля, аргентинцы помещают больше средств на банковские депозиты, чем снимают их со своих счетов. Роберто Лаванья выразил надежду, что данная тенденция продолжится и дальше, а сохранение спокойствия в финансовом секторе проложит дорогу к постепенной отмене всех ограничений на снятие денег.

Однако надеждам аргентинского министра экономики на спокойное развитие событий не суждено было оправдаться. Очередную свинью правительству подложил Верховный суд, уже через два дня после обнародования нового плана принявший решение, способное необратимо подорвать с таким трудом достигнутую экономическую и политическую стабильность.

Как значится в его вердикте, принятое в январе 2002 года решение президента Дуальде о конвертации долларовых депозитов в песо по курсу 1:1.4 было неконституционным и подлежит отмене. Еще раньше, в марте, также неконституционной была признана другая антикризисная мера – ограничение на снятие средств со счетов. На основании этих двух решений любой аргентинец теперь имеет право подать в суд и потребовать не только восстановления доступа к своим деньгам, но и получения всех своих средств не в песо, а в полноценных долларах! Как сухо комментируют банкиры, для них это катастрофа. Уже сейчас судебные процессы о размораживании вкладов доставляют им немало хлопот, а условие о непременной выплате денег в долларах неминуемо приведет к банкротству. Правительство, конечно, намерено опротестовать это скандальное решение, но рассматривать дело будут те же судьи, для которых важнее всего, пожалуй, не принцип "Пусть погибнет мир, но восторжествует закон", а возможность насолить президенту Дуальде и его политическим сторонникам.

В связи с этим вопрос о финансовой поддержке аргентинских банков снова становится очень насущным и актуальным. При этом, более 60% активов в банковской системе страны контролируется иностранными финансовыми институтами, что придает проблеме и вовсе немыслимую остроту.

Кому оплачивать счет?

Пока что аргентинскому правительству удавалось справляться с проблемами банков. За все время, прошедшее с начала кризиса, самой серьезной потерей был дефолт по обязательствам на сумму $1.15 млрд. крупнейшего ипотечного банка страны Banco Hipotecario, объявленный в середине августа. Банк подкосила несимметричная девальвация его активов и пассивов: в то время, как его кредиты были пересчитаны из долларов в песо в соотношении 1:1 и в настоящий момент их стоимость составляет менее 30% от первоначальной, то долларовые долги, наоборот, возросли в песовом эквиваленте в 3.6 раза. В принципе, государство, которому принадлежит контрольный пакет Banco Hipotecario, предоставило банкам госсектора льготные кредиты на поддержку ликвидности, расплачиваться по которым можно обесценившимися гособлигациями по номиналу, но ипотечный банк это не спасло.

Впрочем, Banco Hipotecario по-прежнему продолжает операции, как, впрочем, и другие финансовые институты, судьбой которых занято правительство Аргентины. Так, например, Banco Quilmes, принадлежавший канадскому Scotiabank, который в апреле этого года отказался предоставить ему средства на покрытие потерь и вообще решил уйти с аргентинского рынка, был продан двум местным банкам – Banco Macro и Banco Comafi – и возобновил свою деятельность 2 сентября. Не были закрыты и банки Bisel и Suquia, находившиеся в собственности французского Credit Agricole, также ушедшего из Аргентины. Оба они пока переданы под контроль государства, но к первому уже проявил интерес консорциум в составе пяти местных кредитных кооперативов.

Вообще многие обозреватели считают, что кризис позволит аргентинским банкам несколько поправить свое положение на финансовом рынке страны за счет приобретения структур, находившихся в иностранной собственности. Практически все западные банки, работающие в Аргентине, списали всю стоимость своих инвестиций в стране и, если им удастся, в конечном итоге, что-либо сохранить, будут расценивать это как приятный сюрприз.

Тем не менее, то, что большая часть крупнейших банков страны находится в иностранной собственности, должно рассматриваться как мощный дестабилизирующий фактор. Ни для кого из зарубежных инвесторов аргентинские операции не играют не то что решающей, но даже заметной роли, принося, максимум, 6% совокупных доходов (у итальянского банка BNL). Все необходимые отчисления они уже осуществили и теперь могут закрыть свои дочерние структуры в любой момент, если посчитают, что это будет им более выгодно, чем сохранение присутствия на рынке страны (иными словами, Аргентина нуждается в иностранных банках больше, чем они – в Аргентине). Однако, при этом, возникает один очень интересный момент: кто окажет финансовую поддержку аргентинским институтам, находящимся в иностранной собственности? С одной стороны, аргентинские власти должны идти навстречу инвесторам, лишь бы удержать их от ухода из страны (тогда правительству придется выкупать банки и самостоятельно приводить их в порядок, на что у него нет средств). Но, с другой, очень хочется привлечь богатых иностранцев к решению собственных проблем.

В середине августа подобную попытку совершила верхняя палата аргентинского парламента, утвердив несколько законопроектов, повергших западных банкиров в состояние шока. Согласно одному из них предлагалось взимать ретроспективный 10%-ный налог со всех, кто в течение 2002 года снял со своих банковских счетов более $100 тыс. Другой предусматривал 2%-ный сбор с процентных доходов и банковских комиссионных в профсоюзный фонд медицинского страхования, к настоящему времени уже обанкротившийся. Третий требовал от банков обязательного согласования с профсоюзами всех увольнений или наймов сотрудников. Четвертый налагал запрет на индексацию займов в соответствии с инфляцией. Пятый значительно усложнял действия банков против несостоятельных заемщиков…

Самое пикантное, что, по сообщению газеты Financial Times, за несколько дней до голосования в сенате некая группа предложила Argentine Banking Association (ABA), которая объединяет иностранные банки, присутствующие в стране, за определенную сумму наличными обеспечить задержку прохождения этих законопроектов через палату. ABA отказалась, законопроекты были утверждены, хотя им надо было еще пройти голосование в нижней палате, чтобы получить статус закона.

Крупный скандал после этого не разгорелся, так как все названные в британской газете лица старательно уверяли публику, что совершенно ничего такого вовсе и не было. Президент ABA Марио Бисенс, например, назвал недоразумением инцидент с якобы вымогательством взятки. Однако, если разговор о деньгах все же был, следует признать, что западные банки избрали для себя куда более действенный способ противодействия не выгодным для себя законам, чем выплаты рэкетирам от законодательства. После голосования в сенате по "банковскому" пакету они "нажали на все рычаги", включая американского посла в Буэнос-Айресе и руководство МВФ в Вашингтоне, и уже через несколько дней получили от аргентинского министра Роберто Лаваньи извинения, гарантии застопоривания данных законопроектов в нижней палате парламента и заверения в том, что ничего подобного больше не повторится.

Последнее обещание Лаванье выполнить не удалось, но не по своей вине. Свое веское слово сказала судебная система, которая, как известно, в Аргентине не подотчетна никому, а правительству особенно. Федеральный судья Алехандро Санчес из провинции Кордоба, рассмотрев 29 августа иск некой вкладчицы к банку Suquia по поводу замораживания ее депозитов в декабре прошлого года, не только удовлетворил прошение, но и объявил, что французский банк Credit Agricole, которому в то время принадлежал Banco Suquia, должен нести ответственность по обязательствам своей дочерней структуры. Таким образом, был создан прецедент, согласно которому аргентинские вкладчики могут требовать возмещения не только от национальных банков, но и от их иностранных владельцев. Это то, чего больше всего боятся западные банки, которые пока наотрез отказываются покрывать обязательства своих аргентинских предприятий.

Другое дело, что воздействовать решением аргентинского суда на французский банк, который уже не присутствует в Аргентине, будет трудновато. Однако 28 сентября в Майами открылся судебный процесс, затеянный 200 аргентинскими вкладчиками против 10 западных банков (в их число за компанию попал и бразильский Banco Itau). Тема все та же: признание незаконным замораживание депозитов и распространение ответственности за обязательства аргентинских банков на их иностранных хозяев. Вот это уже более серьезно.

Справедливости ради, следует отметить, что аргентинские истцы в данном случае совершенно правы. В рекламных кампаниях аргентинские банки, принадлежащие иностранцам, всячески пропагандировали свою связь с солидными западными финансовыми институтами, доказывая, что это повышает их надежность и стабильность. Получается, что в хорошие времена эта связь благополучно существовала. А в плохие?!.

И, все же, слабо верится, что Citigroup или испанский BSCH удастся привлечь в серьезном масштабе к делу восстановления банковского сектора Аргентины. Из тупика, куда они сами себя загнали, выходить аргентинцам надо будет самостоятельно. Возможность для этого есть, тем более, что и самим гражданам страны уже надоела жизнь в ненормальных условиях, и тяга к стабильности в стране велика. Однако для этого им необходимо, хотя бы, научиться договариваться друг с другом.

Виталий Шимкович,
по материалам Financial Times, New York Times, BNamericas, EFE, argentinaglobe.com

 
© агенство "Стандарт"