журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ТЕНДЕНЦИИ

Международные банки

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

БАНКОВСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ

Банковская деятельность

БАНКОВСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №4, 2002

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Проблемы немецких "гроссбанков"

Большие объемы активов и широкая сеть отделений стали на германском финансовом рынке, скорее, недостатком,чем преимуществом

Что-то явно неладно в германском "банковском королевстве". Четыре ведущих коммерческих банка Германии располагают огромными активами, позволяющими им входить в первую двадцатку банков Европы, однако имеют несопоставимо низкие прибыль, доходность капитала и рыночную долю при слабом контроле затрат. Отодвинутые на задний план в розничной деятельности местными сберегательными и земельными банками, у которых пока еще есть преимущества в привлечении финансирования за счет государственных гарантий, "гроссбанки" зачастую испытывают значительные проблемы и в освоении альтернативных направлений деятельности. В условиях складывающегося единого европейского финансового рынка их "домашние" проблемы оборачиваются опасной слабостью на международном уровне.

Дело не только

в спаде

В самой Германии подобные пессимистичные взгляды на настоящее и будущее ведущих банков страны не пользуются популярностью. "Мы рассматривали на заседании [правления Бундесбанка] вопрос о стабильности банковской системы, и я должен подчеркнуть, что проблемы систематического характера отсутствуют, – успокаивающе говорит Эдгар Майстер, член данного правления и председатель Комитета по банковскому надзору Европейской системы центральных банков. – Я думаю, что крупные банки хорошо организованы. Резервные отчисления, которые они сделали в прошлом, помогут им преодолеть нынешний экономический спад, вызвавший снижение прибыли. В целом, у германских коммерческих банков достаточно высокие шансы в конкуренции с международными банковскими группами".

Звучит достаточно убедительно, если не рассмотривать проблему под несколько иным углом. Банковская система третьей крупнейшей в мире экономики испытывает сейчас значительные трудности, связанные с ее перенасыщенностью финансовыми институтами, дешевизной их услуг и, что самое худшее, – неравными условиями доступа к финансовым ресурсам. Способность любого из четверки "гроссбанков", кроме пожалуй, Deutsche Bank, конкурировать в перспективе с ведущими британскими, испанскими или французскими финансовыми институтами выглядит в настоящее время крайне сомнительной. Как ни странно, германским гигантам недостает мощи. В банковском секторе страны четыре крупнейших банка – Deutsche Bank, Dresdner Bank, Commerzbank и HypoVereinsbank (HVB) – располагают совокупной рыночной долей в размере 19%. В Великобритании крупнейшие пять банков охватывают 29% рынка, во Франции – 43% (четыре банка), в Испании – 52% (три банка).

В течение последнего десятилетия рыночная капитализация германских банков непрерывно ухудшалась по сравнению с их европейскими конкурентами. Так, в конце 1994 года Deutsche Bank был вторым европейским банком по рыночной капитализации, Dresdner Bank занимал девятое место, а Commerzbank – шестнадцатое. На сегодняшний день Dresdner, вошедший в состав финансовой группы Allianz, не присутствует в рейтинге вообще, Deutsche занимает одиннадцатое место, а Commerzbank – двадцать девятое. По словам Андреаса Домбре,

руководителя германского филиала американского банка

JP Morgan Chase, в европейском контексте германские банки постепенно переходят в разряд "второсортных".

Это вполне логичное последствие нескольких лет низкой доходности капитала, уменьшающейся прибыльности и растущей массы невозвращенных кредитов. Во время интернет-бума 1999-2000 годов банкам удавалось скрыть то, что многие виды их деятельности, особенно в розничном секторе, не приносят прибыли, выставляя на первый план значительную комиссионную прибыль от инвестиционной банковской деятельности и управления активами. Однако после начала спада на фондовом рынке во второй половине 2000 года и оскудения притоков средств, направляемых во взаимные фонды (с января по август 2001 года было привлечено лишь h4.8 млрд., что на 92% меньше по сравнению с аналогичным периодом годом ранее) германские банки почти лишились всякой надежды на

прогресс.

Еще более усугубляют проблему стагнация немецкой экономики и сопутствующий ей рост объема невозвращенных кредитов. Только за март и первую неделю апреля 2002 года о своей несостоятельности объявили производитель канцтоваров Herlitz, выпускающая готовую одежду компания Wunsche, строительная группа Philipp Holzmann, авиастроительная фирма Fairchild Dornier, не говоря уже о скандальном банкротстве медиа-империи Kirch Gruppe, задолжавшей банкам более h10 млрд. при неясных перспективах их возвращения.

По мнению некоторых специалистов, в 2002 и 2003 годах ситуация не улучшится, скорее, наоборот. По оценкам агентства Credit Reform, число банкротств, в 2001 году уже достигшее абсолютного рекорда в 32.4 тыс., поднимется в текущем году до около 40 тыс. Особую тревогу специалистов, при этом, вызывает то, что их жертвами становится все больше средних и мелких компаний, составляющих основную часть клиентуры большинства германских банков. В прошлом году Deutsche Bank направил на компенсацию потерь по невозвращенным кредитам h1.02 млрд., HVB – более чем h2 млрд., Dresdner Bank – h1.9 млрд., Commerzbank – свыше h1 млрд. Судя по всему, размер этих отчислений, возросших по сравнению с 2000 годом на 15-60%, в текущем году вряд ли вернется на прежний

уровень.

Что же стало причиной таких негативных изменений в немецком банковском секторе? Проще всего во всем этом будет обвинить сложную структуру банковской системы Германии, на розничном рынке которой доминируют кооперативные и сберегательные банки, не "обремененные" требовательными акционерами. Их роль заключается в обслуживании местного населения и обеспечении финансирования региональных малых предприятий.

Такие финансовые институты как британский Lloyds TSB, который поддерживает высокую доходность капитала благодаря высоким ставкам комиссионных, взимаемых с розничных клиентов, не смог бы существовать в Германии, где главное – клиент (а не прибыль) и где отделения банков можно встретить буквально на каждом углу. В Германии находится приблизительно одна треть банковских отделений Европы. Потребители имеют колоссальный выбор и крайне чувствительны к ценам. Следовательно, не удивительно, что не ориентированные на прибыль институты (т.е. сбербанки) "впитали" в себя практически весь объем розничных депозитов, оставив Deutsche Bank

незначительную долю розничного рынка в 6%, HVB – 5%,

Dresdner – 4%, а Commerzbank – 3%.

Цугцванг

Конечно, неблагоприятная рыночная ситуация может в значительной степени объяснить трудности, с которыми сейчас сталкиваются германские банки, однако это не снимает с них вины. Банковский сектор Германии в последние годы отличается крайне низким уровнем контроля расходов. К примеру, средний годовой показатель затрат в расчете на одного клиента в розничном банковском секторе страны составляет h400, в то время как в остальных странах ЕС – h250. По мнению аналитиков, все четыре ведущих германских банка должны в ближайшее время сократить непомерно высокий уровень отношения затрат к прибыли. Даже Deutsche Bank, который уже больше американский, чем немецкий банк, – не исключение. Многие специалисты сходятся во мнении, что его розничная деятельность не дает значительной отдачи из-за слабого менеджмента.

Несмотря на огромные активы ведущих германских банков (в частности, у Deutsche Bank их объем достигает почти h1 трлн., а у Commerzbank – h500 млрд.) их рыночная капитализация достаточно низкая, что делает эти финансовые институты подверженными попыткам поглощений со стороны других, даже более мелких. Свидетельством тому стали инициированные в 2000 году итальянским банком Unicredito переговоры относительно слияния с Commerzbank. В таком объединении германскому банку изначально отводилась подчиненная роль, хотя итальянские финансовые компании считаются неэффективными, по западноевропейским меркам, а их внутренняя организация признается наихудшей в регионе (см. БП № 3). Кроме этого, объем активов Unicredito составляет h200 млрд., что в два с половиной раза меньше, чем у Commerzbank.

Из слияния ничего не вышло, но, характерно, что причиной послужили не только отрицательная реакция со стороны правления Commerzbank, настроенного на сохранение независимости, но и крайне низкая оценка перспектив такого объединения финансовыми рынками. Акции Unicredito после объявления о возможной сделке упали на 20% вследствие паники его акционеров относительно "растворения" активов в аморфной структуре германского банка. Генеральный директор Unicredito Алессандро Профумо не мог проигнорировать такого ясного сигнала и быстро отозвал свое предложение о переговорах.

С аналогичными проблемами может столкнуться и предполагаемое объединение Deutsche Bank и британского Lloyds TSB, слухи о котором начали циркулировать в европейских деловых кругах в конце марта 2002 года. Как говорят аналитики, вероятность заключения такой сделки минимальна, хотя бы потому, что в ней будет доминировать британский банк, рыночная капитализация которого почти наполовину больше, чем у Deutsche Bank – крупнейшего банка Европы по объемам активов (h65 млрд. против h45 млрд.). Кроме того, между этими банками нет практически ничего общего. По их мнению, более вероятен вариант продажи англичанам розничного подразделения Deutsche Bank, в прошлом году получившего только h156 млн. прибыли до налогообложения при обороте в h7 млрд.

Несмотря на очевидные проблемы с низкой доходностью розничного бизнеса и корпоративного кредитования германские "гроссбанки" до середины 90-х годов практически не занимались таким прибыльным видом деятельности как инвестиционные операции. Поздний приход на этот рынок заставил их понести значительные расходы по внедрению при неоднозначных результатах. По сути, успеха в инвестиционном бизнесе добился только Deutsche Bank, сделавший в 1995-1997 годах два крупных приобретения (Morgan Grenfell в Великобритании и Bankers Trust в США) и за счет этого вошедший в мировую элиту. В последние два-три года инвестиционное направление постепенно становится основным в работе Deutsche Bank.

Прочие "гроссбанки" не могут похвастаться и тенью подобных успехов. Им не удалось быстро нарастить масштабы операций, кроме того, они рассматривали данный вид деятельности как источник быстрого получения средств, практически не занимаясь долгосрочными проектами и идя по линии наименьшего сопротивления. К примеру, большая часть клиентов инвестиционного подразделения HVB приходилась на компании, где он владел пакетами акций. Не удивительно, что в конце 2000 года генеральный директор HVB Альбрехт Шмидт объявил, что его банк вообще прекращает операции на инвестиционном банковском рынке из-за их полной бесперспективности.

Dresdner Bank создал неплохое инвестиционное подразделение на базе приобретенного им британского банка Kleinwort Benson, но две провалившиеся попытки слияния с Deutsche Bank и Commerzbank в 2000 году нанесли ему большой ущерб (например, условия объединения с Deutsche Bank предусматривали ликвидацию Dresdner Kleinwort, в результате чего банк потерял многих специалистов, поспешивших уйти, пока их не выгнали). В сентябре 2000 года Dresdner Bank приобрел в США инвестиционный бутик Wasserstein Perrella, специализирующийся на консультировании слияний и поглощений, однако масштабы деятельности Dresdner на данном рынке все равно остаются незначительными. В прошлом году вследствие спада, особенно сильно ударившего по консультированию объединений, инвестиционное подразделение банка понесло убытки в сумме h505 млн., что представляет разительный контраст по сравнению с h1.22 млрд. прибыли годом ранее.

Commerzbank, который так и не смог создать на рынке инвестиционных операций заметного присутствия, в 2000 году объявил в качестве своего приоритетного направления управление активами. В этой области он и в самом деле вышел в число ведущих банков Европы, однако, с точки зрения прибыльности, эта деятельность оставляла желать лучшего. В апреле 2002 года руководство Commerzbank отказалось от борьбы, объявив о готовности продать дочернюю британскую компанию Jupiter International, управляющую активами объемом $15.7 млрд., избавиться от аналогичных подразделений в Италии, США и Восточной Азии, а также объединить три подконтрольные банку германские компании данного направления в единую структуру. О том, что теперь будет развивать Commerzbank, пока ничего не известно.

Предупредительные

сигналы

Впрочем, отсутствие ясной стратегии развития было и бедой, и виной Commerzbank. После невразумительной попытки слияния с Dresdner Bank в 2000 году руководство четвертого по величине германского банка вступило в длительный конфликт со своим ведущим акционером – инвестиционной компанией Cobra, скупившей 17% акций банка с целью их последующей перепродажи после слияния с иностранным партнером.

Борьба, длившаяся без малого полтора года, завершилась полным поражением обеих сторон. Председатель правления Commerzbank посвятил все свое внимание борьбе за сохранения независимости банка, из-за чего явно пострадал бизнес. Так, Commerzbank немало удивил специалистов некоторыми инвестиционными решениями. Например, в 2000 году он увеличил свою долю акций в польском BRE Bank от 48 до 50%, полностью поставив его под свой контроль, не приняв, при этом, никаких мер для улучшения кредитной политики BRE, выдавшего ряд крупных займов неплатежеспособным компаниям. Правда, приобретение польского банка может рассматриваться как стратегическая инвестиция, однако этого никак нельзя сказать о Korean Exchange Bank (КЕВ). Сотрудничество между этим финансовым институтом и Commerzbank началось еще в 1988 году, но в 1999-м и декабре 2000 года германский банк приобретал крупные пакеты акций KEB, доведя свою долю в нем до 33%, в то время как корейский банк находился на грани банкротства из-за массы невозвращенных кредитов.

Cobra, со своей стороны, не только надолго омертвила несколько миллиардов евро, вложенных в приобретение акций Commerzbank, но и понесла значительный финансовый ущерб. Она приобретала эти ценные бумаги по h35-40 за штуку, рассчитывая продать их по h50, но в действительности их курс к настоящему времени упал до менее h20. После ухода Мартина Кольхауссена и назначения на пост председателя правления Commerzbank Клауса-Петера Мюллера в мае 2001 года конфликт между Cobra и руководством банка начал угасать, однако это не помогло инвестиционной компании вернуть свои средства.

В начале апреля 2002 года директор Cobra Ханс-Георг Хоффман признал, что задуманная в американском стиле быстрая операция по скупке и перепродаже акций банка потерпела полную неудачу. Компания была официально объявлена распущенной, а входившие в нее индивидуальные инвесторы теперь играют каждый за себя. Правда, в последние месяцы они усиленно приобретали обесцененные акции Commerzbank, так что теперь их доля в капитале банка достигает 20%. К этой теме мы еще вернемся, но, по крайней мере, зарубежные варианты для Commerzbank полностью исчерпаны. По словам одного инвестиционного банкира, в Европе больше нет ни одного банка, заинтересованного в его приобретении.

Специалисты не исключают даже маловероятного, но уже возможного варианта с банкротством Commerzbank. Устойчивость и стабильность банковской системы Германии в последние годы существенно снизились, и в прошлом году сразу два довольно заметных в стране банка оказались под реальной угрозой разорения.

Один из них, небольшой нюрнбергский Schmidtbank, у которого неплатежеспособными оказались сразу 20% клиентов, был спасен от банкротства консорциумом в составе ведущих банков Германии, однако условием этой операции стала продажа самого ценного актива Schmidtbank – второй по величине в Европе онлайновой брокерской компании Consors. Подготовка к этому идет еще с середины прошлого года, но дело тормозится сложностями в оценке активов компании. Кроме того, в условиях экономического спада в Германии под вопросом сама жизнеспособность этого бизнеса как такового: в 2001 году все ведущие электронные брокерские компании Европы, включая и Consors, понесли большие убытки.

Пока что наиболее вероятным покупателем Consors считается французский BNP Paribas, которому принадлежит компания аналогичной направленности Cortal. В случае ее слияния с Consors будет образована крупнейшая онлайновая брокерская компания Европы с около 1 млн. клиентов. Из германских банков на Consors претендует Commerzbank, чье подразделение Comdirect занимает пока первое место в Европе, но его шансы с учетом нынешнего состояния банка существенно ниже.

Берлинский земельный банк Bankgesellschaft Berlin (BGB) в начале прошлого года стал объектом грандиозного скандала из-за злоупотреблений прежнего руководства банка, выдававшего щедрые кредиты бизнесменам, поддерживавшим своими взносами правящую в городе политическую партию. За несколько лет такой деятельности в BGB накопились убытки на сумму порядка h1.65 млрд., и банк удалось спасти от краха лишь крупной инъекцией государственных средств.

Дело на этом еще не завершено, так как за расследование этого случая взялась Европейская комиссия. По ее оценкам, стоимость всего пакета государственной помощи, включая предоставление гарантий по обязательствам BGB, достигает h37 млрд., и правомерность такого шага сейчас расследуется. По европейским законам, государственная поддержка с целью предотвращения банкротства допустима, но она должна находиться на "минимально возможном уровне" и не нарушать конкурентную среду.

По сообщениям германских аналитиков, с проблемами из-за высокой доли проблемных кредитов в ближайшее время могут столкнуться еще несколько небольших банков частного сектора. Для государственных банков немалая угроза таится в перспективе постепенного демонтажа системы государственных гарантий с 2005 года. Однако и ведущие коммерческие банки в нынешней ситуации не могут быть полностью спокойными за свое будущее.

Кому нужны

дешевые банки?

На сегодняшний день акции банка Commerzbank продаются на 40% дешевле, чем в период переговоров с итальянским Unicredito, однако, как было отмечено выше, он не вызывает никакого интереса у иностранных финансовых институтов. Тем не менее, вариант с его поглощением, все же, нельзя полностью исключить, так как покупка Commerz представляет собой достаточно привлекательную и относительно недорогую (на текущий момент) возможность получить точку опоры на германском финансовом рынке.

Низка вероятность поглощения HVB, руководство которого в данном вопросе полагается на поддержку своего крупнейшего акционера – перестраховочной компании Munich Re, владеющей 25.4% акций баварского банка. Тем не менее, наблюдатели считают, что, если бы Munich Re не владела таким большим пакетом акций HVB, банк был бы уже давно выкуплен. Проблема председателя правления данного финансового института Альбрехта Шмидта заключается не в отсутствии или слабости стратегии, как в случае с Commerzbank, а в неспособности к ее реализации.

В любом случае в своей деятельности HVB сфокусирован на конкретном направлении. В 2000 году он приобрел Bank Austria и нацелен на завоевание рынков южной Германии, Австрии, Польши и Чешской Республики. Однако сложно считать, что руководство банка извлекло максимальную пользу из своих приобретений. До недавнего времени в австрийских и баварских подразделениях функционировали различные системы контроля рисков, а достижение запланированной экономии средств от объединения бэк-офисов банков значительно затянулось.

Серьезный недостаток HVB заключается и в его недостаточной диверсификации. Большую часть своих доходов он получает за счет рискованных (учитывая слабость германского рынка) операций с недвижимостью и ипотечных кредитов. На последнем направлении HVB приходится конкурировать со сберегательными и земельными банками, которые за счет более дешевого финансирования могут предоставлять клиентам лучшие условия и тем самым сбивать прибыль частных соперников до минимума. Кроме того, баланс банка по-прежнему отягощают невозвращенные займы, выданные еще в начале 90-х годов на приобретение объектов недвижимости в Восточной Германии. Руководство принимает меры для снижения показателя проблемных активов, но, при этом, HVB до сих пор приходится отчислять на эти цели больше, чем другим "гроссбанкам".

Достаточно долго в Мюнхене ходили слухи о том, что Munich Re повысит свою долю акций HVB. Когда в 2001 году компания осуществила обмен своих активов в Dresdner Bank и Allianz Leben (крупнейшем в Германии страховщике жизни) на дополнительные 17.4% акций HVB, практически ни у кого не оставалось сомнения, что вскоре за этой сделкой последует предложение о покупке банка и создании банковско-страховой группы, аналогичной Allianz-Dresdner. Впрочем, в настоящее время, похоже, тенденция изменилась. С одной стороны, Альбрехт Шмидт однозначно будет противостоять данному объединению, с другой же, Munich Re также сложно назвать заинтересованной стороной в данной сделке. Когда компания увеличила свою долю акций банка (в средине 2001 года), курс акций HVB был в два раза выше, чем в начале 2002 года. Кроме того, доходность акционерного капитала банка, составившая в прошлом году 5%, ниже стоимости капитала для Munich Re (на уровне от 7 до 8%). В целом страховая компания и в существующих условиях получает от партнерства с банком все, что ей необходимо: сеть отделений и доступ к продуктам управления активами.

Одним из вариантов дальнейшего развития событий может быть продажа банком HVB компании Munich Re своего подразделения по управлению фондами денежного рынка Activest. Аналитики считают, что данное подразделение не так прибыльно, как должно быть. Однако, по мнению Альбрехта Шмидта, оно необходимо для поддержания частного банковского бизнеса банка.

Следует заметить, что одно крупное объединение в банковском секторе Германии уже состоялось. Слияние Dresdner-Allianz было осуществлено в минувшем году в кризисный для банка период. Осуществив это объединение, Dresdner заплатил высокую цену за продление своего существования. Банку пришлось значительно сократить персонал, и не исключено, что в будущем его роль будет сведена до статуса франчайзингового подразделения Allianz.

В конце прошлого года Munich Re приобрела дополнительные 5% акций Commerzbank, доведя свою долю в его капитале до 10.4%, что привело к появлению новых версий возможных объединений. По одной из них, четверка "гроссбанков" может сократиться до двойки за счет суперслияний Allianz-Dresdner с Deutsche Bank, а Munich Re – с HVB и Commerzbank. Однако, если нечто подобное и состоится, то уж, наверняка, не ранее 2003 года.

Еще одним вероятным направлением консолидации могут стать альянсы между коммерческими, земельными и сберегательными банками. По мнению аналитиков, после отмены системы гарантий государственный банковский сектор Германии в любом случае ждет укрупнение. Так почему бы "гроссбанкам" не принять участия в этом процессе?

Однако, по мнению многих банкиров, в обозримом будущем это маловероятно, поскольку эти группы банков разделены "очень высокими стенами". Сберегательные и земельные банки все еще находятся под влиянием политиков, что вряд ли изменится в течение последующих лет. Даже при изменении их формы собственности это не обязательно будет иметь ожидаемый эффект. Сберегательные банки не готовы "сидеть" и ждать, пока они будут куплены частными банками. Это достаточно мощные учреждения, которые покрывают огромную клиентскую базу в богатых регионах страны, и потенциальный покупатель должен быть готов дорого заплатить за право получить доступ к этой базе. Председатель правления HVB Альбрехт Шмидт говорит, что он неоднократно посылал предложения о сотрудничестве со сберегательными банками, которые все еще остаются в силе. "Я был бы рад, если бы крупный сберегательный банк предложил мне свое сотрудничество, которое было бы взаимовыгодным и позволило разделить затраты и достигнуть экономии на масштабах, – говорит Шмидт. – Но ответа пока нет".

Зарубежные конкуренты

Между тем, пока крупные германские коммерческие банки жалуются на невозможность получения прибыли в местном розничном банковском секторе, некоторым иностранным банкам все же это удается. К примеру, американский Citibank осуществляет банковскую деятельность в розничном секторе Германии с 1973 года, после приобретения Kundenkreditbank. На сегодняшний день банк имеет более 300 отделений в разных регионах страны; предварительная прибыль до вычета налогов в 2001 году составила h800 млн., что на 20% выше, чем в предыдущем году.

По мнению Кристин Личчи, генерального директора германского подразделения Citibank, успех банка заключается в концентрации деятельности на определенном типе клиентов. По ее словам, в то время как другие банки пытались обслуживать все их категории, не проводя различий между компаниями и розничными потребителями, Citibank сосредоточил свою деятельность на частных лицах и занял довольно удачную позицию в данном бизнесе. На сегодняшний день Citibank обслуживает 4.5% рынка кредитных карточек, 8.6% – рынка кредитов и 1.5% – рынка инвестиционных продуктов (их банк начал предлагать лишь два года тому назад). Совокупная доля Citibank на германском рынке равна 1.1%.

Однако Личчи признает, что в Германии довольно сложно завоевать клиента. Для того чтобы потребитель отказался от услуг своего "домашнего" банка, необходимо предложить ему что-то особенное, к примеру, банковский счет премиум-класса. Кроме того, Citibank стал первым банком в Германии, открывшим еще в 1992 году телефонный центр с круглосуточным доступом. Через несколько лет американцы первыми предложили своим клиентам обслуживание по Интернету.

Также в германском банковском секторе услуги должны быть максимально стандартизированы с целью минимизации затрат. Так, в Citibank более 70% денежных переводов осуществляется автоматически (в то время как в большинстве немецких банков – около 40%). К тому же, банк имеет отлаженную систему кредитования. Согласование на получение кредита может быть получено в течение получаса, в то время как в других банках эта процедура занимает два-три дня. Возможно, именно поэтому 58.6% прибыли германского филиала Citibank поступает именно от кредитования. Все эти усовершенствования помогают американскому банку удерживать затраты на должном уровне (у немецких финансовых институтов это остается основной проблемой).

В качестве еще одного примера можно привести деятельность шведского банка SEB, приобревшего в 1999 году за h1.6 млрд. банк BfG, в то время пятый по величине коммерческий банк Германии. SEB стремился к расширению своей деятельности и не видел такой возможности на внутреннем рынке. Тогда банк уже имел свои подразделения в странах Балтии и в Польше, но желал также получить выход в страны Западной Европы.

По словам Ларса Линдквиста, генерального директора SEB Bank Germany, его основным приоритетом в первые несколько месяцев было сокращение затрат. Следующей задачей стало повышение качества кредитования. "Немецкие банки имеют уровень кредитных потерь, к которому мы не привыкли, и BfG не был исключением, поэтому мы решили привести данный показатель к тому уровню, с которым можно было бы работать", – рассказывал впоследствии Линдквист. Данный процесс включал анализ компаний – предыдущих партнеров банка на предмет их кредитоспособности и определения того, с кем банк продолжит сотрудничать.

В результате к настоящему моменту банку удалось сократить затраты на 20%. Впрочем, основная работа еще впереди. До сегодняшнего дня руководство SEB Bank Germany продолжает заявлять, что банк находится в процессе реструктуризации, отвечая на вопрос, почему за два года количество клиентов банка не увеличилось. Однако бесконечно так продолжаться не может, и, если SEB не удастся расширить свою клиентскую базу, усилия по сокращению затрат могут не принести ожидаемой отдачи.

Тем не менее, достижения, продемонстрированные иностранными банками в Германии, доказывают, что проблемы национальных финансовых институтов вполне разрешимы, было бы лишь желание достичь этого. Но пока что германские банки, скорее, хотят избавиться от надоевшей розничной деятельности, и версия о скорой продаже DB24, объединившего отделения и электронные каналы подразделения Deutsche Bank, на которое еще год назад возлагалось столько надежд, вероятно, имеет под собой основание. Может быть, это и правильно. Лучше заниматься тем, что получается лучше.

Наталья Коноваленко & Виталий Шимкович,по материалам Euromoney, Financial Times

 
© агенство "Стандарт"