журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
ТЕНДЕНЦИИ

Международные банки

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

БАНКОВСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ

Банковская деятельность

БАНКОВСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №4, 2002

ТЕНДЕНЦИИ

Наступило время больших перемен

Затянувшийся кризис заставил ведущие банки мира задуматься об изменении своей стратегии в инвестиционном бизнесе

На протяжении конца 90-х годов на мировом банковском рынке не было сектора, привлекательнее инвестиционных операций. Рассчитывая на солидные прибыли от размещения выпусков акций и облигаций, консультирования слияний и поглощений, многие коммерческие банки поспешно создали и начали развивать у себя инвестиционные подразделения, не считаясь с расходами. В 1999 году в секторе стартовала настоящая "гонка зарплат", когда ведущие инвестиционные банки переманивали друг у друга специалистов и ожесточенно конкурировали за молодые таланты. Экономический спад 2001 года за несколько месяцев изменил ситуацию до неузнаваемости. Сегодня инвестиционный банковский бизнес представляет собой высококонкурентный рынок с невысоким уровнем активности, на котором могут преуспевать только самые эффективные и сильные институты. Остальным приходится всерьез задуматься о будущем.

Экологическая

катастрофа

К ситуации, которая сложилась в настоящее время на рынке инвестиционных банковских операций, можно легко подобрать аналогию из мира живой природы. Еще полтора года назад это была, если можно так выразиться, благодатная экологическая ниша, способная щедро кормить свое растущее население, сегодня же эта цветущая земля, если и не превратилась в пустыню, то, по крайней мере, заметно снизила плодородие.

Слияния и поглощения (M&A), самый привлекательный для банков вид инвестиционных операций, в первом квартале 2002 года упали до самого низкого уровня за последние семь лет. За эти три месяца в мире было совершено менее 5200 таких операций общим объемом $243.6 млрд. (в последний раз аналогичные показатели отмечались во втором квартале 1995 года). И проблема здесь не только в спаде экономики в развитых странах (он-то, как раз, судя по всему, близок к концу) или влиянии террористических актов 11 сентября прошлого года в США. Скандальная история с Enron и Arthur Andersen оказала более глубокое воздействие на деловую активность, чем казалось на первый взгляд. После ряда громких разоблачений корпорации стали меньше доверять аудиторам, а, не имея четкой картины финансового состояния своих партнеров, они не решаются на поглощения или слияния.

Спад на этом рынке привел и к снижению активности в торговле ценными бумагами. Ранее рискованные сделки с акциями компаний, готовящихся к объединениям или приобретениям, были излюбленным полем деятельности для спекулянтов, так как открывали наиболее широкие возможности для быстрого получения прибыли. Теперь возможностей для подобной игры меньше, что нанесло удар по банкам и брокерским компаниям. Большинство американских инвестиционных банков были вынуждены сообщить о снижении прибыли от операций с акциями на 20-40% за прошлый год.

Несколько более скромное по масштабам, но тоже заметное сокращение банковских прибылей произошло и на рынке корпоративных облигаций. Экономические трудности привели к снижению кредитных рейтингов многих компаний, в связи с чем они с большей осторожностью прибегали к заимствованиям на рынке капитала. Тем не менее, потребности в корпоративном финансировании только возросли, в связи с чем американские и европейские компании "вспомнили" о банковских кредитах. В прошлом году заемщики высоко ценили готовность банков пойти в этом отношении им навстречу, и некоторые финансовые институты начали реализацию новой стратегии, заключающейся в использовании корпоративного кредитования для получения выгодных инвестиционных контрактов.

Впрочем, из-за того же экономического спада корпоративное кредитование стало сопрягаться со значительно большим риском, чем ранее. По данным британской консультационной компании Oliver, Wyman, в прошлом году потери европейских банков от подобных операций (с учетом стоимости капитала) достигли около h1.5 млрд. В целом же их доходы от инвестиционного и корпоративного бизнеса сократились на 10% по сравнению с 2000 годом.

Еще одна проблема мировых инвестиционных банков заключается в том, что существенного улучшения ситуации на рынке в ближайшее время не предвидится. Оптимистически настроенные эксперты предсказывают постепенное расширение объема операций по слияниям и поглощениям, эмиссий акций и корпоративных облигаций в третьем-четвертом кварталах текущего года. Как, например, считает Грег Полли, соруководитель глобального подразделения M&A банка Salomon Smith Barney, финансовые трудности, которые сейчас испытывают многие компании, могут подтолкнуть их к продаже части активов или объединению с более стабильными конкурентами. Кроме того, многие отрасли европейской и американской экономики по-прежнему нуждаются в консолидации. Наконец, основная активность в области слияний и поглощений в первом квартале 2002 года наблюдалась в секторе энергетики и "старых" индустриальных отраслях, в то время как "новая" экономика – информационные технологии и телекоммуникации – оставалась пассивной. Как считают эксперты, именно они будут придавать рынку наибольшую динамику во второй половине текущего года.

Несколько иной точки зрения придерживаются другие эксперты, в частности, Мэтью Харрис, соруководитель американского подразделения слияний и поглощений швейцарского инвестиционного банка Credit Suisse First Boston. По его мнению, возобновления роста не следует ожидать ранее 2003 года, причем, активность будет все равно существенно ниже, чем в период пика 1999-2000 годов. Как говорит Харрис, бум в области информационных технологий отошел в прошлое и больше не повторится, а сектор телекоммуникаций сейчас проходит стадию "отрезвления" инвесторов, которые больше не склонны поддерживать все проекты подряд. Исходя из всего этого рынок переходит в состояние устойчивого, но более медленного роста, а рекорды 2000 года по объему прибылей от инвестиционных банковских операций не будут побиты в течение еще нескольких лет.

Отстрел по головам

Инфраструктура многих инвестиционных банков создавалась именно в 1999-2000 годы, когда обороты на рынке росли высокими темпами, и уже не соответствует нынешним реалиям. Естественной реакцией финансовых институтов на растущие противоречия между наличными ресурсами и достигаемыми результатами стало сокращение штатов. По данным Securities Industry Association, за период с марта 2001 года по февраль 2002-го только в США было уволено 43.3 тыс. специалистов по инвестиционным банковским операциям. В последний раз сравнимое по масштабам опустошение на Уолл-Стрите дал экономический кризис 1973-1974 годов.

Своего максимума сокращения достигли осенью прошлого года, когда с работой распрощалось более 25 тыс. нью-йоркских и лондонских банкиров. Однако этот процесс продолжился и в текущем году. Американский Goldman Sachs, считающийся ведущим инвестиционным банком мира, за декабрь-февраль уволил свыше 540 сотрудников, или 2% от числа штата (в дополнение к свыше 800 служащим за предыдущие полгода). Впрочем, даже с учетом всех этих сокращений численность персонала Goldman Sachs на 44% превышает показатель конца 1999 года.

Уже третий раунд увольнений за последние полтора года начал второй по величине банк США JP Morgan Chase. С момента слияния JP Morgan и Chase Manhattan, состоявшегося в конце 2000 года, объединенный институт уволил порядка 9% своего стотысячного персонала, а теперь собирается уменьшить на 15% численность сотрудников своего глобального подразделения по слияниям и поглощениям.

Но наибольший резонанс на рынке вызвало решение генерального директора Credit Suisse First Boston (CSFB) Джона Мэка об отчислении около 300 человек из подразделения инвестиционных банковских операций, в котором работало порядка 2200 сотрудников. Главная новость заключалась в том, что под сокращения впервые попал руководящий состав: в числе трех сотен работников, которым было предложено искать новое место, оказались от 45 до 60 специалистов, занимавших посты управляющих директоров, что составляет 15-20% от числа менеджеров этого звена в подразделении.

Предпринимая такие действия, зачастую весьма радикальные, инвестиционные банки до этого ограничивались техническими служащими и рядовыми работниками, так что "инициатива" CSFB очень обеспокоила банковских менеджеров. Как заявил Джон Мэк, основная причина увольнений (вообще) заключается в необходимости снижения расходов на $1 млрд. в год, поскольку в ближайшем будущем не приходится рассчитывать на рост доходов, способный компенсировать увеличившиеся в последние годы затраты. Действительно, с точки зрения экономии, уход 50 менеджеров, многие из которых имели гарантированные бонусы, дает не меньше, а то и больше, чем сокращение впятеро большего количества их подчиненных.

Многие наблюдатели стараются снизить значимость этого шага, объявляя увольнение менеджеров последствиями происшедшего еще в 2000 году поглощения CSFB и американского инвестиционного банка Donaldson, Lufkin & Jenrette (DLJ). В то время, заботясь о сохранении корпоративной культуры DLJ, швейцарцы воздержались от сокращений, необходимых с точки зрения достижения экономии на масштабах, а сейчас, когда интеграция двух институтов произошла, якобы, пришло время доводить дело до конца.

Бесспорно, эти соображения имеют место быть, но против данной версии говорят другие действия Джона Мэка, который параллельно с увольнением одних менеджеров вел интенсивные переговоры с группой ведущих финансовых аналитиков британского банка HSBC с целью переманить их в CSFB. Вообще этот вопрос возник вследствие того, что руководство HSBC, стремясь также сократить затраты, приняло решение вообще не выплачивать бонусы за прошлый год в своем инвестиционном подразделении. Для ведущих сотрудников и начальников отделов, у которых на бонусы приходится до 50% дохода, это был тяжелый удар, так что многие из них задумались о перемене места работы.

Таким бразом, действия CSFB следует признать давно назревшей оптимизацией структуры его инвестиционного бизнеса. Банк пытается развивать направления, где он ощущает наличие конкурентных преимуществ, в то время как активность на менее перспективных рынках падает. Вообще наличие сфокусированной стратегии сегодня становится насущной необходимостью для инвестиционных банков, особенно тех, которые представляют собой подразделения более крупных финансовых групп. Слишком многие европейские и американские банки во второй половине 90-х годов бросились осваивать инвестиционный рынок, не имея ни четкой стратегии, ни достаточной квалификации, ни связей с потенциальными клиентами. Сегодня именно подобные институты "средней руки", не имеющие ни масштабов больших банков, ни специализации мелких компаний, находятся под наибольшим давлением.

Их будет меньше

По словам наблюдателей, нынешний кризис на инвестиционном банковском рынке отличается от предыдущих практическим отсутствием консолидации. Несмотря на то что слияния традиционно рассматриваются как надежный инструмент снижения расходов и завоевания конкурентных преимуществ, за весь 2001 год в секторе не произошло ни одной крупной сделки. Специалисты склонны объяснять это тем, что, во-первых, крупная волна объединений прошла в 2000 году и наиболее вероятные комбинации были уже реализованы, а, во-вторых, в прошлом году большинство небольших банков были еще не в том состоянии, чтобы выйти из бизнеса или искать поддержки у более крупных групп.

Действительно, последним заметным событием на мировом рынке инвестиционных банковских операций было принятое в феврале 2001 года решение нидерландской финансовой группы ING прекратить международную деятельность своего инвестиционного подразделения ING Barings. Остальные, очевидно, рассчитывали на относительно скорое завершение экономического спада. Пожалуй, только события 11 сентября 2001 года положили конец этим иллюзиям, однако прошло еще несколько месяцев, прежде чем из неблагоприятных ожиданий созрели конкретные решения.

В марте 2002 года еще один крупный нидерландский банк – ABN Amro – сообщил о грядущем закрытии своего американского подразделения, занимающегося консультированием слияний и поглощений в США и операциями на местном рынке акций. Как отмечалось в заявлении для прессы, эта скромная дочерняя компания оказалась не в состоянии конкурировать с гигантами Уолл-Стрита. Несколько ранее британский банк Barclays решил отказаться от работы на рынках андеррайтинга акций и консультирования слияний и поглощений, чтобы сконцентрироваться на более прибыльных для него операциях с облигациями.

К началу апреля на американском инвестиционном рынке начали вырисовываться контуры новых сделок. Объектом одной из них, очевидно, станет банк Broadview International, сделавший себе имя на Интернет-буме конца 90-х годов. Беспрецедентный подъем в сфере инвестиционных технологий привел тогда к появлению большого числа специализированных банков, занимавшихся размещением ценных бумаг и консультированием слияний компаний растущей отрасли. Многие из этих институтов были приобретены более крупными группами, но Broadview сохранил независимость и на сегодняшний день считается самым крупным "технологическим" инвестиционным банком США. Впрочем, его состояние далеко от благополучного. Доходы банка резко упали, число служащих сократилось от 350 в 1999 году до около 200, поэтому, по оценкам экспертов, покупателю, кем бы он ни был, вряд ли придется заплатить за Broadview более $100 млн.

Пока что в качестве наиболее реального претендента называют швейцарский банк UBS, однако его руководство, похоже, само еще не может определиться со стратегией в области инвестиционного банковского бизнеса. В последнее время в деловых кругах ходят слухи, что Марсель Оспель, председатель правления UBS (см. БП № 2), рассматривает варианты продажи всего своего инвестиционного подразделения UBS Warburg, причем, даже называется самый вероятный покупатель в лице Citigroup. Согласно тем же сведениям, руководитель UBS не исключает объединения с какой-либо из крупных швейцарских страховых компаний (Swiss Life или Zurich Financial Services) или даже слияния со своим главным конкурентом Credit Suisse. Вероятность каждой из таких сделок считается экспертами невысокой, но, если один из этих сценариев будет реализован, это ознаменует полный пересмотр стратегии швейцарского банка, ранее направленной на приоритетное развитие инвестиционного бизнеса.

В середине апреля американский банк FleetBoston, занимающий седьмое место в стране по объему активов, выставил на продажу свое инвестиционное подразделение Robertson Ste-

phens. Этот относительно небольшой инвестиционный банк утвердился на волне подъема новых технологий, как и Broadview, и одно время считался лидером в своем секторе. В этом качестве он привлек пристальное внимание BankBoston (впоследствии объединившегося с Fleet Bank) и в 1998 году был приобретен последним за $800 млн. Два года Robertson Stephens приносил бостонской группе высокие прибыли, но резкий спад на рынке новых технологий оказался для него фатальным. В 2001 году банк понес убытки в $61 млн., доходы его упали на 71%, в результате руководство урезало численность персонала на 39%, а заработная плата и размеры бонусов были радикально сокращены.

Расставание, таким образом, выглядит наилучшим вариантом для обоих институтов. FleetBoston рассчитывает получить за Robertson Stephens порядка $500-600 млн. и тем самым компенсировать потери прошлого года от неудачных операций с акциями технологических компаний и убытки, понесенные в ходе аргентинского кризиса. Кроме того, банк намерен направить высвободившиеся средства на развитие наиболее прибыльных для него направлений – кредитование средних компаний, управление активами и розничные операции. По всем этим направлениям в прошлом году был зарегистрирован рост прибыли.

Специалисты рассматривают действия FleetBoston как совершенно оправданный шаг. "Наблюдая за тем, как множество средних банков несколько лет назад бросились скупать инвестиционные фирмы, я всегда задавался вопросом: а зачем им все это нужно? – говорит нью-йоркский финансовый консультант Рафаэль Сойфер. – В большинстве случаев приобретаемые ими компании были слишком незначительными, чтобы успешно конкурировать на рынке, они лишь отнимали деньги и время, которые можно было направить на укрепление основного бизнеса. FleetBoston первым признал свою ошибку. Наверное, за ним последуют другие. Лучше быть сильным в одном направлении, чем одинаково слабым везде".

Но означает ли это, что тенденция универсализации, характерная для мирового банковского сектора в последние годы, обратилась вспять? Безусловно, да! По крайней мере, до следующего большого подъема в инвестиционном банковском секторе.

Виталий Шимкович,по материалам Financial Times, Wall Street Journal, Reuters

 
© агенство "Стандарт"