журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
рубрики
ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ МЕСЯЦА

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Регулирование

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Проекты

ТЕНДЕНЦИИ

ТЕМА НОМЕРА: УПРАВЛЕНИЕ ФИНАНСАМИ

ГАЗ И НЕФТЬ. Нефтерынок

ГАЗ И НЕФТЬ. Сектор газа

ГАЗ И НЕФТЬ. Конфликты

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

ГАЗ И НЕФТЬ. Тенденции

УГОЛЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"ТЭК" – №3, 2002
Приложения к статье
График

ГАЗ И НЕФТЬ. Тенденции

Скрытые противоречия

Цены на нефть снова начали расти, но назревающие конфликты могут нарушить сложившийся баланс

Рассказ о событиях на мировом рынке нефти в период с середины февраля по середину марта лучше всего, наверное, начать с конца. Собравшись на свою очередную встречу 15 марта, государства – члены ОПЕК приняли напрашивавшееся решение оставить в силе введенные в конце декабря квоты на добычу нефти по меньшей мере до конца июня. Иного, впрочем, никто и не ожидал: на мировом рынке энергоносителей сейчас поддерживается равновесие между снизившимся объемом добычи и стабильным спросом. Однако при всем внешнем спокойствии рынок полон внутреннего напряжения. Снова обострилась обстановка на Ближнем Востоке, появление признаков окончания экономического спада в США тянет вверх цены на нефть, но одновременно вызывает опасения, что ее подорожание может замедлить процесс восстановления экономики развитых стран, наконец, по-прежнему тлеет конфликт между ОПЕК и Россией – крупнейшим и наиболее динамичным независимым производителем. Пока все эти угрозы спокойствию рынка имеют, скорее, потенциальный, нежели реальный характер, что объясняет относительную стабильность цен, но настроения сейчас таковы, что любое резкое изменение ситуации может вызвать излишне резкую реакцию.

Традиционно, спрос на нефть в странах Северного полушария нарастает, приблизительно, до февраля, а затем идет вниз, по направлению к сезонному минимуму во втором квартале. Правда, цены на мировом рынке нефти довольно редко подчиняются этой зависимости, поскольку на них всегда оказывают влияние иные факторы, кроме предсказуемой смены времен года.

Так, с конца января 2002 года, вопреки сезонным тенденциям, цены на нефть медленно, но неуклонно пошли вверх, подталкиваемые рядом нарастающих процессов. Безусловно, важную роль в этом сыграли квоты, введенные с начала года странами ОПЕК и крупнейшими независимыми производителями. По данным аналитиков, к февралю члены международного нефтяного картеля осуществили большую часть запланированных сокращений производства, лишь ненамного превысив официальную квоту в 21,7 млн. баррелей в день.

К общему процессу присоединилась даже Нигерия – вечный нарушитель дисциплины номер один. По данным нигерийских властей, в январе добыча нефти в стране сократилась на 180 тыс. баррелей в день, более чем на половину объема, оцениваемого аналитиками ОПЕК в 300 тыс. баррелей в день. Как заявляет правительство Нигерии, к концу первого квартала страна полностью впишется в оговоренную квоту, что, в целом, подтверждается западными специалистами. Например, компания Royal Dutch/Shell, крупнейший в Нигерии иностранный производитель нефти, сообщила, что в феврале 2002 года она добывала на своих местных мощностях 647 тыс. баррелей в день, что на 24% ниже среднегодового показателя 2001 года.

Пожалуй, еще более важным фактором оказалось нарастание напряженности на Ближнем Востоке. Хотя очередное обострение отношений между Израилем и палестинцами не оказывало прямого влияния на состояние рынка нефти, подобные события всегда вызывают у специалистов опасения разрастания конфликта и вмешательства в него соседних арабских стран. К тому же, постоянной головной болью для рынка остается Ирак, над которым снова нависла реальная угроза со стороны США. Если "партнеры" Ирака по "глобальной оси зла", Иран и КНДР, в целом, смогли избежать повышенного внимания Вашингтона, то антииракская риторика в исполнении американских властей, наоборот, нарастает и грозит перейти в ту стадию, когда слова подкрепляются делом.

Перспективы новой войны в Персидском заливе всегда вызывают весьма нервную реакцию у участников мирового рынка нефти, что обычно приводит к повышению цен на 1-2 $/баррель. И дело здесь не только в тех 2,5 млн. баррелей ежедневной иракской добычи, которые могут в одночасье исчезнуть с рынка в случае новых американских бомбардировок. В конце концов, страны ОПЕК имеют порядка 7 млн. баррелей в день незадействованных мощностей, и более двух третей из них могут быть быстро возвращены в рабочее состояние. Одна Саудовская Аравия, как неоднократно заявлял руководитель нефтяной отрасли этого государства Али аль-Наими, может в одиночку компенсировать прекращение иракских поставок.

Тем не менее, резкий скачок цен в случае войны в Ираке неизбежен, и вот по какой причине. Почти 70% иракской нефти, экспортируемой по ООНовской программе "нефть за продовольствие", в конечном итоге, оказывается в США. В 2001 году американский импорт нефти из Ирака составил примерно 9% объема зарубежных поставок. Однако эти продажи проводятся не напрямую, поскольку Ирак отказывается иметь дело с американскими компаниями. Иракская нефть приобретается трейдерскими фирмами из других стран, в основном, России, а они уже перепродают ее американцам или самостоятельно поставляют в США. В прошлом году нефтяные концерны США ежедневно покупали, в среднем, 790 тыс. баррелей иракской нефти (больше всех Valero Energy и Chevron Texaco). Если эта нефть внезапно исчезнет с рынка, им придется делать срочные закупки на бирже, что обязательно потянет вверх цены. Если добавить к этому неизбежный психологический эффект от начала боевых действий во взрывоопасном ближневосточном регионе, подъем цен до около 30 $/баррель, о котором говорят специалисты, выглядит в высшей степени вероятным.

Так что, можно сказать, что в повышении цен на нефть, бьющем, в первую очередь, по американским потребителям, виноваты сами американцы. Правда, следует заметить, что их вклад в февральско-мартовский подъем имел и более "конструктивный" характер. Согласно данным American Petroleum Institute и Министерства энергетики США, резервы нефтепродуктов, начиная с середины февраля, довольно решительно пошли на спад при относительной стабильности объема запасов сырой нефти. Как полагают аналитики, это свидетельствует о том, что спрос на энергоносители в США, упавший в прошлом году вследствие экономического спада, снова пошел на подъем благодаря началу постепенного выхода из кризиса. Американские власти, кажется, тоже склоняются к этому отрадному для себя выводу, и в начале марта Белый Дом даже выступил со знакомым заявлением о том, что высокие цены на нефть препятствуют экономическому росту.

Наконец, в качестве еще одного фактора, способствовавшего подъему цен на мировом рынке нефти, можно назвать забастовку в государственной венесуэльской компании Petroleos de Venezuela SA (PDVSA), ставшую самым серьезным конфликтом в этой корпорации со времен национализации местной нефтяной отрасли в 1975 году. Недовольных возглавили менеджеры PDVSA, крайне негативно воспринявшие назначение в начале февраля на должность президента компании экономиста левого толка Гастона Парры – близкого друга президента Уго Чавеса, а также включение в состав совета директоров (состоящего из семи членов) пяти высокопоставленных государственных чиновников строго пропрезидентской ориентации.

Сотрудники PDVSA обвиняют Парру и его команду в пренебрежительном отношении к персоналу компании, а также в том, что новое руководство жертвует ее благополучием ради политических целей. Президент Уго Чавес является сторонником введения жестких квот на добычу нефти в ОПЕК и подъема мировых цен, и в рамках этой политики он взял на себя повышенные обязательства по ограничению добычи в Венесуэле и потребовал от PDVSA сокращения объема производства. По словам Гуаикаипуро Ламеды, экс-президента PDVSA, уволенного Чавесом, чтобы освободить дорогу Парре, подобные действия в прошлом году обошлись компании в $300 млн., а дальнейшее проведение подобной политики серьезно угрожает ее финансовому благополучию.

Разгоревшийся в конце февраля конфликт продолжается уже более трех недель, причем менеджеров компании поддержали профсоюзы, недовольные тем, что правительство не погасило служащим задолженность по зарплате за 2001 год. С начала марта в PDVSA объявлена "итальянская" забастовка, при которой сотрудники выходят на работу и выполняют свои обязанности, но делают это крайне замедленно. На долю PDVSA приходится 40% бюджетных поступлений и 80% доходов от экспорта в Венесуэле, так что продолжение конфликта может обернуться для страны серьезными неприятностями. Однако участников мирового рынка нефти, без сомнения, беспокоит то, что неурядицы в PDVSA могут привести к сокращению поставок нефти из Венесуэлы. Без сомнения, где-то с первой недели марта этот фактор стал учитываться при ценообразовании на американской нефтяной бирже.

В общем, если свести воедино все вышеописанные факторы, не удивительно, что цены на нефть к середине марта подскочили до самого высокого уровня с сентября прошлого года, поднявшись на 35% по сравнению с крайней точкой спада в середине декабря. Стоимость сырой нефти "брент" в начале марта впервые за полгода превысила 24 $/баррель, а ОПЕКовская корзина из семи сортов нефти 12 марта, опять-таки, после полугодового промежутка вошла в ценовой коридор между 22 и 28 $/баррель. Спекулянты, почувствовавшие перемену, начали активно играть на повышение, добавив цене дополнительное ускорение.

В этой ситуации назначенная на 15 марта ежеквартальная встреча в верхах ОПЕК перестала сопровождаться привычным ажиотажем. В этот раз на ней не ожидалось принятия никаких судьбоносных решений и изменения квот. Всем было очевидно, что картель может только выжидать, наблюдая за постепенным восстановлением экономики развитых стран и рассчитывая, что оно окажется достаточно быстрым, чтобы поддержать цены на нефть в условиях сезонного спада.

Единственной интригой, поддерживавшей интерес к этому событию, были, разве что, отношения ОПЕК с Россией. В конце прошлого года международный картель добился неохотного согласия россиян на сокращение экспорта нефти в первом квартале 2002 года на 150 тыс. баррелей в день, однако никаких обещаний в отношении соблюдения этих ограничений в дальнейшим не давалось. Западные специалисты до сих пор спорят, выполнила ли Россия свое обязательство или нет. По официальным данным, добыча нефти в стране в 2001 году выросла на 7,6%, а объем экспорта – на 11,8%, и российские нефтяные компании, судя по всему, не были намерены останавливаться на достигнутом. Как, например, заявил исполнительный директор International Energy Agency Роберт Придл, на самом деле, российский экспорт в начале нынешнего года не только не уменьшился, а даже вырос.

Впрочем, официально считается, что увеличены были только поставки нефтепродуктов, в то время как в отношении сырой нефти Россия, в целом, выполнила обязательства перед ОПЕК. Тем не менее, вероятное заявление российских властей о прекращении действия соглашения с картелем в апреле могло бы вызвать довольно существенное снижение цен.

В марте в Москву зачастили визитеры, возглавляемые генеральным секретарем ОПЕК Али Родригесом и президентом Рилвану Лукманом, который сменил на этом посту алжирца Хакиба Хелиля. Они неоднократно встречались с российским премьер-министром Михаилом Касьяновым, руководителем нефтяной промышленности Игорем Юсуфовым, представителями отрасли, но ничего так и не добились. Россияне молчали как партизаны на допросе, неизменно повторяя, что решение о сохранении или отмене ограничений будет принято непосредственно перед 1 апреля. В Вену лидерам ОПЕК пришлось ехать, так и не выяснив позиции России.

Правда, следует сказать, что особых иллюзий по этому поводу Родригес с Лукманом не питали. Как еще в феврале заявил Родригес, ОПЕК будет придерживаться прежних квот, независимо от действий прочих экспортеров. Что касается самой России, то избыток нефти на внутреннем рынке (который, впрочем, существенно сократится с началом посевной) и широкие планы национальных нефтяных компаний по расширению добычи и экспорта, пожалуй, не оставляют правительству и нефтяной отрасли пространства для маневра. Кроме того, по мнению российских специалистов, ОПЕК не станет вступать в серьезный конфликт с Россией, так как государства картеля, полностью зависящие от экспорта нефти, более чувствительны к падению цен, чем россияне, для которых нефть составляет только 30% бюджетных поступлений вместо более 65% у Саудовской Аравии.

ОПЕК, впрочем, и не собирается совершать в ближайшем будущем какие-либо резкие движения. На встрече в Вене было решено оставить в неприкосновенности прежние квоты, по меньшей мере, до следующего саммита 26 июня, а там действовать по обстоятельствам. Как отметил ливийский нефтяной министр Абдулхафид Махмуд Злитни, сейчас еще слишком рано судить о том, сможет ли мировая экономика выйти из кризиса достаточно быстро, чтобы оправдать расширение добычи во второй половине года.

С этой выжидательной тактикой вполне согласны и западные эксперты, прогнозы которых очень далеки от единообразия. Пессимисты полагают, что рост мирового потребления нефти во втором полугодии составит всего 300 тыс. баррелей в день, что при росте добычи только в странах ОПЕК в 700 тыс. баррелей в день вызовет новое снижение цен. Оптимисты, к которым относится, в частности, бюро Energy Information Administration при Министерстве энергетики США, предсказывают, что рост спроса будет настолько значительным, что даже если ОПЕК увеличит добычу во втором полугодии на 1 млн. баррелей в день, цены на нефть к концу года все равно вырастут на 4 $/баррель по сравнению с концом февраля.

Но даже с учетом этой неопределенности, в рядах ОПЕК можно легко определить "ястребов" и сторонников более мягкой ценовой политики. По мнению первых, в будущем следует возродить прежний механизм регулирования цен внутри коридора 22-28 $/баррель и не расширять производства до тех пор, пока цены не пересекут верхнюю границу. Подобную точку зрения защищает, например, президент ОПЕК Лукман. Более умеренный лагерь представляют две ведущие державы в ОПЕК, Саудовская Аравия и Иран. Руководители их нефтяных отраслей придерживаются того мнения, что в условиях еще нестабильной мировой экономики не следует снова задирать цены до небес, и при появлении однозначных сигналов о сокращении резервов нефти в развитых странах необходимо будет увеличить объем добычи.

Еще один постепенный процесс, который в последние месяцы набирает силу, заключается в грядущем переделе мирового рынка нефти. По мнению многих специалистов, влияние ОПЕК в ближайшие годы начнет снижаться, а вес России будет, наоборот, расти. Как подчеркивают западные аналитики, нефтяная отрасль относится сейчас к числу наиболее быстро развивающихся и хорошо управляемых в России. По некоторым данным, в 2002 году в стране будет добываться, в среднем, на 1 млн. баррелей нефти в день больше, чем в 1998 году, а экспорт по сравнению с 1998 годом возрастет на 70%.

Похоже, что Россия выигрывает конкуренцию за привлечение инвестиций на разработку новых месторождений, которые будут питать возросший спрос на нефть в ближайшие десять-пятнадцать лет. Российские компании, самостоятельно или при поддержке западных партнеров, высокими темпами расширяют добычу, в то время как в ведущих странах ОПЕК больше надежд все еще возлагается на расконсервацию временно выведенных из строя мощностей.

Серьезным ударом по статусу арабских "нефтяных монархий" стали недавно обнаружившиеся трудности с реализацией проекта South Ghawar – одного из трех гигантских комплексов, которые планируется построить в Саудовской Аравии. В прошлом году к участию в этом проекте общей стоимостью порядка $25 млрд. были впервые более чем за 30 лет допущены восемь американских и европейских нефтяных корпораций. Сегодня одна из них, Exxon Mobil, возглавляющая консорциум по разработке газового месторождения South Ghawar, выражает недовольство по поводу высокого налогообложения и менее значительных, чем предполагалось, резервов и, по некоторым данным, ее позицию разделяют и другие западные компании.

В США, тем временем, идут ожесточенные дебаты по поводу предложенной президентом Бушем программы новой энергетической политики, предусматривающей сокращение степени зависимости страны от импортных энергоносителей. Наиболее серьезные дискуссии при этом вызывает противоречивое решение Буша допустить нефтедобывающие корпорации на территорию так называемого Арктического природного резервата, занимающего почти весь север Аляски. Палата представителей еще в прошлом году дала добро на добычу нефти в этой зоне, но сенат в начале марта проголосовал против, и теперь этот вопрос находится на рассмотрении согласительной комиссии.

Правда, некоторые эксперты считают, что жаркие споры по поводу добычи нефти на территории резервата (которые идут, между прочим, с начала 80-х годов) служат лишь дымовой завесой, призванной скрыть от глаз общественности остальные составляющие программы Буша. Между тем, компании энергетической отрасли должны получить, согласно этому плану, очень щедрую помощь, включающую, в частности, $10 млрд. государственной гарантии по займам на строительство газопровода из Аляски в Калифорнию, $558 млн. ежегодных субсидий на реализацию проектов по расширению добычи угля, нефти и природного газа, $200 млн. в год на разработку технологий экологически чистого сжигания угля. Кроме того, большие субсидии предусмотрены в области энергосбережения, создания автомобилей на водородном топливе, сверхглубокого подводного бурения, позволяющего расширить добычу нефти в Мексиканском заливе. Наконец, планируется расширить штат контрольных органов, чтобы ускорить проведение ими экологической экспертизы и выдачу лицензий на добычу нефти и газа на федеральных землях. В случае полной реализации этой программы США к 2010-2015 году могут оказаться значительно менее зависимыми от импортной нефти, чем сегодня, что приведет к глубоким переменам на мировом рынке энергоносителей.

Но все это, как говорится, дело далекого будущего, когда участников рынка больше заботят проблемы сегодняшнего дня. Как считают большинство аналитиков, цены, превысившие 24 $/баррель, не смогут надолго задержаться на этой вершине и скоро сбавят 2-3 доллара под влиянием расширения экспорта нефти Россией и вероятной нормализации обстановки в Венесуэле и, может быть, на Ближнем Востоке. По крайней мере, крупномасштабная акция США против Ирака – единственный фактор, способный вызвать скачок цен на мировом рынке, – все же представляется не слишком вероятной.

Виктор ТАРНАВСКИЙ, по материалам NY Times, Washington Post, WSJ, AP, Reuters, BBC, Yahoo

 
© агенство "Стандарт"