журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
рубрики
ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ МЕСЯЦА

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Регулирование

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Проекты

ТЕНДЕНЦИИ

ТЕМА НОМЕРА: УПРАВЛЕНИЕ ФИНАНСАМИ

ГАЗ И НЕФТЬ. Нефтерынок

ГАЗ И НЕФТЬ. Сектор газа

ГАЗ И НЕФТЬ. Конфликты

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

ГАЗ И НЕФТЬ. Тенденции

УГОЛЬ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"ТЭК" – №3, 2002

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

Новая жизнь – новый "Стандарт"

Приближающаяся волна приватизации энергокомпаний будет уже третьей по счету. Но и на нынешнем этапе распродажи родины стоит все тот же ключевой вопрос, а именно: кто же станет реальным покупателем выставленных на конкурс облэнерго?

Когда в 1998 году приватизация энергопредприятий только начиналась, ее организаторы рассчитывали, что благодаря ей на наш рынок придут известные в мире энергетические фирмы. Фактически же все семь проданных облэнерго приобрели украинские компании. Естественно, что работали они через оффшорные структуры, но узнать, кто стоит за этими структурами, не составляло большого труда. Два облэнерго достались группе "Финансы и Кредит" и пять перешли под контроль так называемого Инвестиционного пула. Тогда его интересы представлял кипрский оффшор "Корт Холдинг". В итоге это название закрепилось за всей группой.

Впрочем, после завершения приватизации 5-ти энергокомпаний, чисто формально пула уже как такого не существовало – после серии перепродаж акционерами всех этих облэнерго появилось множество мелких оффшоров. Основной принцип перепродажи имеющихся на руках пакетов состоял в том, чтобы раздробить их на куски менее 10%, что снимало проблему согласования сделок по ним с Антимонопольным комитетом (АМК) Украины. Кстати, сейчас все эти оффшоры бодро переводят свои акции на номинального держателя – Межрегиональный фондовый союз, что делает структуру собственности абсолютно непрозрачной.

Попытка АМК узнать, кто же все-таки стоит за покупателями облэнерго, в свое время была четко, грамотно и решительно пресечена через суд. Впрочем, за прошедшие почти четыре года со времени первой волны приватизации энергокомпаний и так все более-менее стало ясно. Состав наблюдательных советов приватизированных Инвестпулом в 1998 году облэнерго изменяется довольно слабо: одни и те же люди перемещаются из одной компании в другую. Причем этих людей совсем немного – человек сорок и их явно не хватает на все случаи жизни. Ведь бывали даже случаи, когда, к примеру, Ярослав Филатов или Александр Сагура возглавляли наблюдательные советы сразу двух облэнерго, а "переведенный" в "Херсоноблэнерго" Анатолий Ващенко некоторое время продолжал еще возглавлять и "Сумыоблэнерго". То что эти компании как минимум проводят согласованную политику, ни для кого не секрет да никогда это особенно не скрывалось. Достаточно почитать внутренние документы этих облэнерго – складывается впечатление, что они писались в одном и том же месте.

Первым шагом к легализации данной группы можно считать создание консорциума "Металлургия", куда вошли приватизированные группой предприятия металлургии, "Полтаваоблэнерго" и приобретенный у "Энергоатома" банк "Зевс" (ныне "БИГ-Энергия"). Кстати говоря, контрольный пакет этого банка вполне официально принадлежит именно приватизированным облэнерго и предприятиям, входящим в эту же группу.

В начале 2001 года в Антимонопольном комитете Украины было совершенно официально получено разрешение на перевод акций отечественных эмитентов, принадлежащих девяти оффшорам, в управление одному из них, часто мелькающему в списках акционеров облэнерго, "Днепроспецстали", Запорожского ферросплавного завода, – белизской компании "Палладиум". При этом было продекларировано, что в совокупности эта девятка владеет акциями 16 облэнерго, в том числе 5-ю контрольными и 3-мя блокирующими пакетами. Касательно числа блокирующих пакетов, группа продемонстировала весьма похвальную скромность: реально ей принадлежат целых пять блокирующих пакетов. Более того, два из них дают возможность просто-напросто блокировать проведение собрания акционеров. Это – "Кировоградоблэнерго" (42%) и "Тернопольоблэнерго" (42%); последнюю компанию планируют продать в нынешнем году. Помимо этого группе принадлежит крупный (более 34%) пакет "Запорожьеоблэнерго". В "Херсоноблэнерго" пул владеет 28%. В "Николаевоблэнерго" совокупный пакет оффшорных структур немного меньше блокирующего (24%), однако нужно учитывать, что еще 4% группа взяла в управление.

Фактический руководитель группы – председатель наблюдательного совета "Сумыоблэнерго" и Запорожского ферросплавного завода, член наблюдательных советов "Днепроспецстали" и прочих вышеупомянутых объектов, Константин Григоришин. Он еще молод (ему 36 лет), но несмотря на это, уже успел внести свою "лепту" в историю независимой украинской энергетики.

Основное достоинство Константина Ивановича состоит в том, что, идя к цели и не теряя ее из виду, он способен договариваться и искать компромиссы. В частности, иногда ему удается создавать работоспособные связки из, мягко говоря, на дух не переносящих друг друга людей.

Начинать юному выпускнику Московского физико-технического института и гражданину Российской Федерации Константину Григоришину пришлось фактически с нуля. Правда, бизнес-молодость Константина Ивановича совпала с уникальным во всех отношениях временем – началом 90-тых. Деньги развалившейся империи валялись если не на тротуарах, то в столах министерств уж точно. Нужно было только уметь их взять. И он сумел. Чем только не занимался Константин Иванович сотоварищи – бензином, сельским хозяйством, потом по нарастающей вышли на ферросплавы, а через них напали на настоящую "золотую жилу".

В середине 90-тых свежее топливо на наши АЭС поставлялось, в принципе, даром. Однако с вывозом ядерных отходов и поставками комплектующих были весьма существенные проблемы. Тогда Григоришин и его московские партнеры смогли предложить эффективную схему расчетов по этим двум позициям, и… процесс пошел. На атомных станциях впервые заговорили о ранее никому не известном московском ЗАО "Созидание" и о дружественных ему оффшорах. И если в Москве все замыкалось на Михаила Соболева, то в Украине ЗАО представлял Константин Григоришин. Так как крупнейшая атомная станция Украины – Запорожская, то одноименный регион и стал базой ЗАО. Не случайно среди менеджеров наших приватизированых облэнерго так много тех, кто в свое время трудился в запорожской European Trading Group. В том же регионе располагались и предприятия, продукция которых использовалась в схемах расчетов за ОЯТ и которые производили запчасти для АЭС. Поначалу с ними просто работали, а затем постепенно стали брать их под контроль.

Естественно, что как только москвичи стали зарабатывать большие деньги, тут же возникли и толпы желающих поучаствовать в их дележе. Тем более что молодые и энергичные менеджеры поначалу не имели сколь-нибудь серьезного прикрытия. У них были полезные связи на местах (в Москве, Новосибирске, Казахстане), но этого явно было мало. Москвичам вскоре удалось наладить отношения с быстро идущим вверх Павлом Лазаренко. Его бизнес-партнер Петр Кириченко стал контактировать с ЗАО "Созидание". Поначалу это серьезно облегчило бизнес ЗАО, но потом Павел Иванович вдруг превратился во врага украинского народа № 1, и всех, кто был с ним так или иначе связан, начали "проверять на разрыв".

Свою долю "подзатыльников" получил и Григоришин. Атомный бизнес у его группы практически отобрали, передав новому фавориту – ООО "Бринкфорд" (Николай Мартыненко и Давид Жвания). "Созидание" стали утаптывать и возникла реальная угроза уничтожения его бизнеса. Тем не менее группа выстояла и даже укрепила свои позиции. Нашелся и новый политический партнер – им стали быстро набирающие вес объединенные социал-демократы.

Подобный мезальянс имел как минимум еще один плюс для Григоришина: все приобретения его группы стали приписываться СДПУ(о), а точнее говоря, Григорию Суркису. С точки зрения бизнеса это было весьма неплохо и позволяло лишний раз не светиться. В 1998 году группа успешно вышла на украинский энергетический рынок. Приняв участие в 7 приватизационных конкурсах, она все выиграла. Правда, пакеты двух компаний – "Николаевоблэнерго" и "Черновцыоблэнерго" – Фонд госимущества ей не отдал. Впрочем, используя свои связи с новыми партнерами, группа смогла получить весомую компенсацию. В ноябре 1998 года Украинскому кредитному банку были переданы в управление три государственных блокирующих пакета облэнерго. Это (в сочетании с уже имеющимися акциями, купленными на вторичном рынке) дало Григоришину возможность поставить эти компании под свой контроль.

Сначала он и его менеджеры навели порядок в компаниях, резко увеличив платежную дисциплину и уровень сбора живых денег с потребителей. Причем сильно расслабившимся и часто обросшим приблатненными фирмами потребителям было четко указано: будете платить, причем не фантиками, а деньгами. Если же хотите платить продукцией – нет проблем: платите, но по ценам как минимум вдвое ниже. Забавно, но в отношениях с "Энергорынком" новоиспеченные акционеры облэнерго вели себя с "точностью до наоборот", громко и юридически аргументированно доказывая, что предлагаемые ими фантики являются законным средством платежа. Принимавшая их в оплату за отпущенную энергию генерация задумывалась о том, где и как будет брать топливо. Ведь купить за квазиденьги нельзя было ничего. В конце концов, генерация получала топливо от государства, сжигала его, поставляла электроэнергию на рынок и вновь получала фантики. Фактически, в результате возникла схема перекачки бюджетных средств в интересах частной компании. Хотя, с другой стороны, кто тогда этим не занимался?!

Полученные по таким схемам деньги пошли на приватизацию, кое-что, возможно, вывозилось за рубеж. Во всяком случае, одна из схем, согласно докладу председателя Главной налоговой администрации Николая Азарова президенту Украины, выглядела следующим образом: "В 1999 году акционерным банком "Зевс" заключены 45 однотипных соглашений о привлечении межбанковских кредитов с "НРБ-корпорейшн" (остров Науру). Общая сумма средств по заключенным кредитным соглашениям составила $337 млн. и 390 млн. новозеландских долларов. Несмотря на то, что валютные средства по кредитным соглашениям не поступали на таможенную территорию Украины, не использовались в хозяйственных операциях в банках, вышеупомянутые соглашения заключались под гарантии английских компаний-нерезидентов "Савой импорт-экспорт" и "НРБ-файненс" с целью создания формальных оснований для направления средств за границу. За получение таких гарантий акционерный банк "Зевс" на вполне законном основании перечислил за пределы Украины в виде вознаграждения нерезидентам $134,5 млн. В нарушение требований действующего законодательства Украины, корреспондентский счет акционерного банка "Зевс", открытый в банке острова Науру, даже не был зарегистрирован в НБУ". Правда, доказать, что данная схема сколь-нибудь противоречит законодательству, налоговики не могут уже третий год подряд. Да и схема в общем-то типовая.

Одним словом, вертелись как умели. Но счастье продолжалось недолго – пришла Тимошенко и быстро разрушила все так прекрасно работавшие в энергетике бартерные схемы. Уход Юлии Владимировны ничего существенно не изменил. Ее приемники продолжали требовать расчетов реальными, а не бумажными средствами. Справедливости ради отметим, что группа сопротивлялась как могла. Была предпринята (и с успехом прошла через парламент) попытка на законодательном уровне возобновить бартерные расчеты в отрасли. Однако ее с крайне жесткой формулировкой ветировал президент.

Впрочем, бизнес группы многопрофильный и облом в энергетике хоть и неприятен, но не смертелен. К тому же владение облэнерго дает весьма неплохие возможности для эффективного ведения других видов рентабельного бизнеса, к примеру аграрного. Вряд ли в этом случае вас осмелятся "кинуть" партнеры. И все-таки первый, самый рентабельный этап работы группы, очевидно, остался позади. Романтика первоначального накопления капитала имеет свойство заканчиваться.

Поэтому группа сегодня активно легализуется. Во всяком случае, уже зарегистрировано ЗАО "Энергетический стандарт", которое должно стать управляющей компанией для контролируемых Григоришиным сотоварищи облэнерго. За образец взята созданная РАО "ЕЭС России" Средневолжская межрегиональная управляющая энергетическая компания. В нашем случае, скорее всего, оффшоры передадут "Стандарту" свои акции и он начнет управлять ими как резидент Украины. Интересно, что представители группы активно участвуют в нынешних парламентских выборах. И идут они вовсе не по спискам СДПУ(о), а в рядах значительно менее проходного "Яблока". И это лучше всего говорит о реальных отношениях группы с эсдепами. Времена, когда они были нужны друг другу, уже прошли. Впрочем, предвыборные коалиции – вещь весьма интересная. Известен как минимум один случай, когда представитель пула идет по списку Компартии Украины.

Как уже отмечалось, обстановка для Пула сегодня резко усложнилась, и чтобы дальше развиваться, ему придется широко использовать свое выдающееся умение искать компромиссы. В прошлом году компания попробовала поучаствовать в приватизации второй волны облэнерго, но ее просто не допустили к конкурсу. Оба ее представителя – "Полтаваоблэнерго" и его дочка "Полтавасельхозэнерго" – были сняты по причине наличия в уставном фонде государственной доли, превышающей 25%. Дело было весьма неоднозначным, группа по привычке обратилась в суд и, что непривычно, проиграла. Это уже само по себе – весьма тревожный сигнал.

Единственное, чего она смогла добиться, так это снятия с конкурса "Николаевоблэнерго". Здесь у группы имелись вполне обоснованные претензии. Летом 1998 года 40% этой компании уже продавались на конкурсе. Причем входящая в пул компания Orlik Enterрrises конкурс тогда выиграла. Однвременно другая "пуловская" структура Caрe Trading Нolding выиграла конкурс по продаже "Черновцыоблэнерго". Учитывая саккумулированные на вторичном рынке пакеты, это означало бы, что контроль над ними тоже перейдет в руки пула. Но 30 октября 1998 года Фонд госимущества, по требованию Кабмина, прекратил эти конкурсы. Тем не менее в октябре 2000 года Высший арбитражный суд обязал Фонд госимущества возобновить их. Пока дело зависло. В итоге ни первое, ни второе облэнерго в списки, соответственно, второй и третьей волны приватизации не попали. Похоже, что экс-"кортикам" удастся если не поучаствовать в дальнейшей распродаже родины, то хотя бы попортить жизнь ее организатором и участникам, сформировав "приватизационный отстойник" из облэнерго, имеющих трудно решаемые юридические проблемы.

Игорь МАСКАЛЕВИЧ

 
© агенство "Стандарт"