журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СОБЫТИЯ

ФИНАНСОВЫЕ СИСТЕМЫ

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

Банковские кризисы

СПЕЦВЫПУСК: СТРАТЕГИИ

СПЕЦВЫПУСК: ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

СПЕЦВЫПУСК: БЕЗОПАСНОСТЬ

СПЕЦВЫПУСК: ЭЛЕКТРОННЫЕ СИСТЕМЫ

СПЕЦВЫПУСК: ТЕХНОЛОГИИ

СПЕЦВЫПУСК: ПЛАТЕЖНЫЕ КАРТОЧКИ

СПЕЦВЫПУСК: ТЕЛЕФОННЫЙ БАНКИНГ

Банковские стратегии

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №10, 2001

ФИНАНСОВЫЕ СИСТЕМЫ

Норвежская ловушка

Финансовая система страны оказалась заложником противоречивой государственной политики

Шведский министр промышленности Бьёрн Розенгрен однажды в сердцах назвал Норвегию "последней советской республикой". Как известно, в каждой шутке есть доля шутки, однако Норвегия и в самом деле считается самой закрытой страной Европы, если говорить о допуске иностранных компаний в национальную экономику. Недавно в этом пришлось убедиться финской банковско-страховой группе Sampo, попытавшейся в этом году приобрести крупнейшую страховую компанию Норвегии Storebrand, на которую также претендует ведущий местный банк DnB (см. БП № 7, 9). Несмотря на то что в пользу объединения с финнами высказались владельцы 83.5% акций Storebrand, группе Sampo в конечном итоге пришлось признать свое поражение и отказаться от борьбы. Правительство Норвегии, активно возражавшее против приобретения Storebrand иностранной группой, в очередной раз празднует победу. Однако наблюдатели не без веских на то оснований называют ее пирровой…

Финско-норвежское объединение, предложенное Sampo в мае 2001 года, представлялось европейским аналитикам выгодным для обеих сторон. Объединение Sampo-Storebrand, в которое вошли бы также финский розничный банк Leonia и инвестиционный банк Mandatum, становилось четвертой в Скандинавии компанией в секторе страхования жизни и шестой – по управлению активами. Убыточное же совместное предприятие Storebrand и шведской Skandia компания If по страхованию недвижимости и от несчастных случаев после слияния с соответствующим подразделением финской группы превращалось во вполне жизнеспособную структуру.

Финская сторона была готова предложить за каждую акцию Storebrand по NKr75 наличными и ценными бумагами, что доводило общую стоимость сделки до NKr20.8 млрд. ($2.4 млрд.). Это значительно превышало цену, которую готов был заплатить Den norske Bank (DnB), крупнейший финансовый институт Норвегии, планировавший приобрести страховую компанию в общей сложности за NKr17.6 млрд., причем, без привлечения наличных. Кроме того, слияние Storebrand и DnB могло состояться, самое раннее, во второй половине 2002 года, так как на сегодняшний день 47% акций DnB принадлежат государству. Да и эффект от такого объединения был бы незначительным: альянсу DnB-Storebrand принадлежало бы более 50% национального рынка страхования жизни, и антимонопольные органы, наверняка, потребовали бы от него массированных дезинвестиций.

Но, хотя в подавляющем большинстве акционеры Storebrand предпочли объединение с Sampo, на стороне DnB были поддержка правительства Норвегии и местный закон об акционерных обществах, санкционировавший слияния только в том случае, если за него высказывалось 90% акционеров компании-мишени. Получив контроль над 10% акций Storebrand, норвежский банк зарезервировал за собой, по сути, блокирующий пакет, а обращения Sampo к правительству Норвегии с просьбой поддержать решение численного большинства акционеров Storebrand остались без ответа. После нескольких месяцев борьбы финская группа признала свое поражение, объявив 1 октября 2001 года об окончательном отказе от предложенного слияния.

Однако пикантность создавшегося положения в том, что Sampo теряла в данной ситуации меньше всех: по сути, лишь @6.5 млн., затраченные группой на подготовку несостоявшегося объединения. По мнению некоторых независимых наблюдателей, ожесточенное сопротивление со стороны DnB и правительства Норвегии позволило Sampo красиво выйти из игры, которая теперь не стоила свеч. К октябрю 2001 года курс акций Storebrand на фондовой бирже Осло упал до NKr43 за акцию, так что с подтверждением майского предложения Sampo пришлось бы крупно переплачивать. Финансовые итоги Storebrand вследствие экономического спада в развитых странах оказались существенно ниже прошлогодних. По оценкам финских аналитиков, операционная прибыль норвежской компании в этом году будет, по крайней мере, на @50 млн. меньше, чем в прошлом. Это также существенно снижало привлекательность сделки.

Наконец, после отказа от норвежского варианта у Sampo по-прежнему остается немало степеней свободы. Недавнее решение Европейской комиссии, по сути заблокировавшее слияние шведских банков SEB и Svedbank (см. БП № 9), должно привести к новой волне межнациональных слияний в регионе. Если, по мнению Европейской комиссии, ведущие банки Скандинавии уже исчерпали возможности для национальной консолидации, им не остается ничего иного, кроме как искать партнеров за рубежом. Финская группа Sampo, при этом, представляется весьма привлекательным и перспективным партнером, в частности, некоторые аналитики связывают ее со шведским банком SEB.

А вот норвежские банки и финансовые компании могут оказаться вне этого процесса. После того как в 2000 году правительство страны после полуторагодичных проволочек санкционировало приобретение второго по величие местного банка Christiania панскандинавской группой Nordea (сейчас Nordic Baltic Holding), а в начале 2001 года дало возможность датскому Den Danske Bank поглотить небольшой норвежский Fokus Bank, на новые сделки такого рода был, похоже, объявлен негласный мораторий. По крайней мере, в политических кругах страны идея "чисто норвежских" решений полностью разделяется и правящими консерваторами, и оппозиционной Рабочей партией. По словам Свена Осера, генерального директора DnB, "в трудные времена [стране] крайне важно иметь сильный банк, который хорошо учитывает национальный менталитет и может судить о том, что в действительности необходимо для отечественной экономики".

В рамках политики "защиты национальных интересов" DnB после планируемого на 2002 год снижения доли государства в акционерном капитале банка до 33% собирается присоединить к себе Storebrand, создав, таким образом, "национального чемпиона" в секторе банковско-страховой деятельности. При этом, аналитики ожидают, что цена, которую предложит DnB, будет значительно ниже не только тех NKr20.8 млрд., что была готова заплатить группа Sampo, но и его первоначального варианта (по состоянию на начало октября вследствие cпада курса акций DnB его объем снизился до около NKr16.8 млрд. ($2.0 млрд.)). Ведущий норвежский банк просто не может позволить себе быть более щедрым, так как в последние годы его дела оставляют желать лучшего. Например, он предоставил около NKr2.2 млрд. ($270 млн.) кредитов промышленному конгломерату Kvaerner, признанному в этом году газетой Financial Times самой неудачливой европейской корпорацией (с точки зрения доходности для акционеров) последнего пятилетия.

Экономический национализм Норвегии, крайне неохотно допускающей иностранные компании на внутренний рынок, в последнее время начинает вызывать все больше нареканий не только за рубежом, но и в местных деловых кругах. Например, по мнению Лейва Нергаарда, президента Storebrand, положение норвежского законодательства о 90%-ном одобрении любого слияния уже давно превратилось в тормоз для развития экономики страны. Впрочем, вероятно, что оно доживает последние месяцы. История с неудачным предложением группы Sampo привлекла внимание к данной проблеме руководящих органов Европейской ассоциации свободной торговли (Efta), куда входит и Норвегия. По словам Кнута Альместада, президента Efta Surveillance Authority, возглавляемый им контрольный орган в декабре 2000 года начал расследование по данному вопросу. Не исключено, что в результате в Высшем суде Efta будет возбужден процесс против Норвегии, на котором ассоциация потребует отмены ограничения.

Но главная беда в том, что вследствие своей изоляционистской политики Норвегия оказалась в своего рода ловушке. В стране довольно мощная нефтедобывающая промышленность, Норвегии принадлежит мощный торговый и рыболовецкий флот, однако все остальные отрасли развиты весьма слабо. По сути, здесь есть всего одна крупная компания международного масштаба (Norsk Hydro), но нет ни емкого внутреннего потребительского рынка, ни значительных, по мировым меркам, местных ресурсов капитала. Если бы государство не проводило протекционистскую политику, местные компании не выдержали бы конкуренции со стороны иностранцев.

Все это в полной мере относится и к финансовому сектору. До последнего времени большинство финансовых институтов страны контролировало государство, которое препятствовало их объединению. Эти барьеры постепенно снимаются, однако даже в случае образования "национального чемпиона" в составе DnB и Storebrand он окажется далеко за пределами первой пятерки финансовых групп Скандинавии. В условиях все более отчетливо складывающегося единого европейского рынка (а Норвегия не может слишком долго оставаться вне этого процесса) такая структура будет иметь низкую конкурентоспособность при постоянной угрозе поглощения каким-либо зарубежным институтом.

Финансовая система (да и вся экономика) Норвегии, чем дальше, тем больше, запутывается в противоречиях. По словам одного банкира, страна нуждается в иностранных инвестициях, однако они не придут, пока не будут отменены старые ограничения. Но, если их отменить, вся страна может быть куплена на корню.

Виталий Шимкович, по материалам Financial Times

 
© агенство "Стандарт"