журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
рубрики
ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ МЕСЯЦА

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Регулирование

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Тенденции

ТЕМА НОМЕРА Подготовка к зиме

ГАЗ И НЕФТЬ. Нефтерынок

ГАЗ И НЕФТЬ. Сектор газа

ГАЗ И НЕФТЬ. Конфликты

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

ГАЗ И НЕФТЬ. Тенденции

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"ТЭК" – №9, 2001

ГАЗ И НЕФТЬ. Проекты

Россия: drang nach Osten

Украине нашли альтернативу

Сентябрь ознаменовался прорывом в сотрудничестве в энергетической сфере между Россией и Китаем. Такой ход событий совершенно не устраивает Киев, но тем не менее вынуждает его идти на уступки Москве.

НефтЯные проекты

7 сентября в Москве Министерство топлива и энергетики Российской Федерации, ОАО "Транснефть", нефтяная компания "ЮКОС", Госплан КНР и Китайская национальная нефтегазовая корпорация (КННК) подписали генеральное соглашение о разработке технико-экономического обоснования (ТЭО) строительства нефтепровода из России в Китай по маршруту Ангарск – Дацин. В соответствии с соглашением, к июлю 2002 года будет завершена подготовка раздела ТЭО по обоснованию инвестиций с учетом стоимости строительства, тарифов и организационно-правовой формы сотрудничества. Строительство нефтепровода намечено на 2003 – 2005 годы.

По соглашению об основных принципах разработки ТЭО данного проекта, которое было подписано в середине июля в ходе визита председателя КНР Цзян Цзэминя в Москву, российские нефтяные компании ("ЮКОС", "Роснефть", "ЛУКойл" и "Сибнефть") согласились дать долгосрочные гарантии на прокачку в Китай 20 млн. т нефти в год начиная с 2005 года и 30 млн. т – с 2010 года. Всего в рамках данного проекта российские компании поставят в Китай 700 млн. т нефти в течение 25 лет.

В июле же китайская и российская стороны окончательно определились с маршрутом нефтепровода (он пройдет в обход Монголии), его протяженностью (2437 км) и стоимостью строительства – примерно $1,7 млрд. (из которых $900 млн. инвестирует российская сторона, а остальные $800 млн. – китайская). Кроме того, зафиксирована формула цены, по которой китайская сторона будет покупать российскую нефть: "цена мировой смеси минус дисконт". Представители "ЮКОСа", равно как и других компаний, участвующих в проекте, отказываются назвать величину скидки на поставку российской нефти в Китай. Судя по косвенным данным, дисконт будет составлять порядка $1 на баррель при том, что изначально Китай настаивал на размере дисконта – $2-2,5 на баррель. Однако утверждение в качестве основного варианта северо-восточного маршрута нефтепровода (на северо-восток Китая в обход Монголии) позволило "ЮКОСу" добиться компромисса при согласовании цены на поставляемую нефть. В настоящее время работа над ТЭО проекта продолжается. Стоимость подготовки ТЭО оценивается в $30 млн., в его разработке участвуют "Транснефть", "ЮКОС" и КННК.

При этом до сих пор не определена организационная форма реализации проекта. Это может быть единый российско-китайский консорциум, который проложит всю трубу, или два отдельных консорциума, действующие каждый в своей стране. "Речь идет о контракте между компаниями, но поскольку он грандиозный, то, видимо, потребуются государственные гарантии", – считают представители "ЮКОСа". Напомним, что протяженность трубопровода по российской территории составит около 1600 км, по китайской – 800 км. Скорее всего, в итоге россияне и китайцы договорятся о разделе нефтепровода либо по принципу "кто сколько вложил, тот столько и получит", либо поделят его строго по государственной границе.

Параллельно с этим проектом "Транснефть" ведет работу над ТЭО трубопровода по российской территории до портов Ванино или Находка (тихоокеанское побережье России). Его строительство должно начаться от Иркутска, где, кстати, уже проложен нефтепровод "Транснефти", и пойти вдоль трассы Байкало-Амурской железной дороги (БАМ) до Хабаровска, где БАМ заканчивается. Приблизительная длина нефтепровода от Хабаровска до Находки составит 700 км. "Из Находки нам открываются такие рынки как Китай, Япония, Австралия и США. Эти рынки практически бездонные. У них же появляется альтернатива – завозить ли нефть танкерами из Персидского залива или получать ее практически у себя под боком", – уверен президент "Транснефти" Семен Вайншток. По его мнению, строительство нефтепровода до Находки во многом зависит от того, как пойдет разработка месторождений Восточной Сибири: "Мы бы не замахнулись на этот проект, если бы не получили подтверждение того, что там есть огромные запасы". По данным нефтяных компаний, работающих в Восточной Сибири, эти запасы оцениваются минимум в 1,5 млрд. т нефти.

По словам вице-президента "Транснефти" Сергея Григорьева, "трубопровод в Находку обойдется дороже, чем трубопровод в Китай. Но нужно же учитывать и долгосрочные интересы России. Одно дело, если единственным покупателем российской нефти станет Китай. И совсем другое – если мы сможем отправлять нефть на экспорт танкерами в страны Азии, в том числе в Японию, Китай и Корею. В последнем случае позиции России на нефтяном рынке упрочатся… В конце концов мы рассчитываем положить на стол руководству страны две папки с ТЭО этих проектов, и дальше уж пусть правительство решает, какой трубопровод нужнее России". Здесь стоит отметить, что российские нефтяные компании готовы экспортировать нефть танкерами через Тихий океан, но их отпугивает колоссальная стоимость тихоокеанского проекта – почти $4 млрд. Столь дорогостоящий проект может окупиться лишь при условии, что нефтяные цены удержатся на высоком уровне в течение длительного времени. Крайне высокими будут и тарифы на прокачку нефти в направлении Тихого океана. Следовательно, риск коммерческой несостоятельности проекта весьма велик. Видимо, поэтому до сих пор ни одна российская нефтяная компания не проявила интереса к трубопроводу в Находку или Ванино. По оценке аналитика UFG Дмитрия Авдеева, китайский вариант трубопровода более перспективен, чем план "Транснефти", поскольку речь идет об одном гарантированном потребителе российской нефти. Тем более что Китай развивается очень динамично: "Потребление нефти в Китае будет расти быстрее, чем во всех остальных азиатских странах вместе взятых. Это будет происходить за счет быстрого увеличения числа автомобилей и реализации государственной программы по отказу от угольного топлива в энергетической отрасли".

Однако вне зависимости от того, какой проект в итоге победит (кстати, по словам Вайнштока, "Транснефть" считает вполне возможным одновременное строительство как нефтепровода до Находки, так и нефтепровода в Китай), понятно, что российские нефтяники серьезно настроены вырваться на азиатский рынок, и причин для этого немало. Рассмотрим лишь две наиболее важные.

Причина первая: в результате благоприятной ценовой конънктуры на мировом рынке в России образовался избыток нефти, под который требуется увеличить экспортные мощности. Для справки: в первом полугодии 2001 года добыча нефти в России выросла на 10,9 млн. т (на 6,9% в сравнении с аналогичным периодом прошлого года) и достигла 167,4 млн. т. Российские экспортеры стремительно наращивают перевалку нефти через зарубежные порты – Вентспилс (Латвия) и Бутинге (Литва), увеличивая тем самым доходы этих стран от транзита российского сырья. Через Вентспилс, например, ежедневно экспортируется 500 тыс. баррелей нефти и нефтепродуктов. В результате совокупный рост экспорта нефти из России в страны дальнего зарубежья составил за первое полугодие 67 млн. т (то есть увеличился на 4,4 млн. т против аналогичного периода прошлого года).

Россия с большим опозданием занялась расширением своих экспортных мощностей. Недавно вступил в строй нефтепровод Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), но он предназначен для прокачки казахстанской нефти и по сути не расширяет экспортные возможности России. Более того, в конце мая президент "Транснефти" Семен Вайншток заявил, что данный трубопровод лишит его компанию $70 млн. ежегодной прибыли от транзита казахстанской нефти, а снижение качества смеси после замещения легкого тенгизского сырья тяжелыми сернистыми казахстанскими сортами подорвет конъюнктуру российских поставок через Новороссийск. К этим неприятностям добавятся и потери, которые Россия понесет из-за того, что местным НПЗ придется перерабатывать низкокачественную нефть. Масштаб этих потерь оценивается в $200 млн. в год.

В конце нынешнего года должно завершиться строительство первой очереди Балтийской трубопроводной системы (БТС) – готовность этого объекта составляет 70%. БТС имеет большое политическое значение, так как существенно уменьшает зависимость России от государств Балтии. С постройкой второй очереди БТС (конец 2002 года) ее мощность увеличится до 12 млн. т в год.

Что же касается Новороссийского порта (за последний год его мощность увеличилась на 11 млн. т в год), то его использование тормозится низкой пропускной способностью Босфора и Дарданелл. Турция постоянно недовольна тем, что через эти проливы проходит слишком много судов, мотивируя свою позицию потенциальным риском разлива нефти и нанесения вреда экологии. Последний всплеск эмоций был связан с вводом в действие трубопровода КТК. Как следствие, к неудовольствию Турции, лоббирующей строительство трубопровода Баку – Джейхан (которое еще не начиналось и, скорее всего, не начнется), движение танкеров через Босфор стало еще интенсивнее. Впрочем, пока что Турция не в состоянии ограничить проход судов через Босфор – по действующей с 1936 года международной конвенции Монтре она не имеет права регулировать передвижение судов и товарных танкеров через проливы. В этой ситуации Турция вполне может ограничить поток танкеров, настаивая на повышении технических требований к нефтеналивным судам.

Подводя итог всему сказанному, можно сделать вывод, что рост экспортных возможностей не успевает за ростом добычи нефти в России. И логика подсказывает, что российские нефтяные компании, накопившие финансовые резервы в период высоких цен на нефть, могли бы профинансировать новые экспортные проекты, чтобы их инвестиции в развитие добычи не пропали даром. И такие проекты есть: это строительство трубопровода в Китай и проект "Адрия". Последний ориентирован на увеличение экспорта российской нефти в Европу на 5 млн. т. Что же касается китайского трубопровода, то его строительство фактически дает российским нефтяникам полномасштабный доступ к новому для них рынку – самому перспективному из всех возможных рынков сбыта российской нефти.

Именно в этом кроется вторая причина, по которой Россия стремится построить мощный нефтепровод в данном регионе (независимо от того, будет ли он заканчиваться в Дацине, Ванино или Находке). Ведь согласно прогнозам, к 2015 году примерно 60% мирового ВВП будет производиться именно в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, а на Европу, куда традиционно сориентирован экспорт энергоносителей из России, придется лишь 20%. Если же говорить конкретно о Китае, то с 1994 года эта страна была вынуждена начать импортировать нефть. И к настоящему моменту объем импорта достиг 50 млн. т. Нефть в Китай поставляется преимущественно из стран ОПЕК. Тем не менее около 2 млн. т нефти в год поставляет на китайский рынок компания "ЮКОС", транспортируя ее по железной дороге.

При темпах экономического роста порядка 7% в год потребности Китая в нефти в 2010 году составят 260-280 млн. т. Несмотря на то, что доказанные запасы нефти в Китае составляют порядка 94 млрд. т, по оценке китайского правительства, к 2010 году добыча нефти в стране достигнет своего пика – 200 млн. т в год. Разрыв же между спросом на нефть и собственной добычей будет увеличиваться, и объем поставок импортной нефти к 2010 году вырастет до 60-80 млн. т.

Газовые проекты

20 сентября будут подведены итоги тендера на строительство транскитайского газопровода длиной 4 тыс. км, который должен соединить промышленные районы вокруг Шанхая с богатыми газовыми месторождениями Восточного Китая. Cтроительство газопровода актуально хотя бы потому, что к 2005 году Китай собирается почти вдвое увеличить добычу природного газа – до 50 млрд. куб. м. В 2000 году добыча составляла 27,7 млрд. куб. м.

Одним из участников тендера является консорциум, возглавляемый "Газпромом". После трех этапов отсева участников тендера "в игре остались" лишь четыре консорциума и, по общему мнению, российское объединение имеет хорошие шансы на победу в тендере. Тем более что консорциум в составе British Petroleum Global Investment, малайзийской Petronas и японской Nissho Iwai может развалиться еще до подведения итогов тендера, так как британцы уже объявили о своем нежелании участвовать в нем. Представитель лондонского офиса ВР Дэвид Николас заявил, что отказ компании от участия в конкурсе связан с тем, что после длительного анализа необходимых затрат и оценки перспектив специалисты компании решили, что "не удастся выстроить сделку так, чтобы значительно увеличить стоимость активов компании". А директор по связям с общественностью British Petroleum-Russia Питер Хеншоу добавил: "Мы не смогли подготовить наше тендерное предложение таким образом, чтобы оно было уникальным и могло способствовать существенному продвижению проекта".

Эксперты не исключают, что одним из последствий победы российского газового монополиста в тендере на строительство транскитайского газопровода может стать реализация проекта поставок в Китай российского газа. Ведь усилиями "Востокгазпрома" газовый трубопровод уже дотянут до Горно-Алтайска – от ближайшего китайского трубопровода его отделяют менее 600 км. И сомневаться в том, что рано или поздно российская и китайская газотранспортные системы будут соединены, вряд ли приходится. Ведь уже в 2005 году спрос на импортный газ в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, как ожидается, достигнет 180-200 млрд. куб. м. Этот прогноз, в сочетании с тем фактом, что львиная часть минерально-сырьевых ресурсов России сосредоточена за Уралом, позволяет рассматривать данный регион в качестве основного рынка для российских энергоносителей уже в ближайшем будущем. И в первую очередь это касается природного газа. В качестве основных покупателей российского газа в данном регионе рассматриваются Япония, Южная Корея и Китай. Первые два государства – традиционные импортеры сжиженного природного газа (СПГ), они обеспечены контрактами на расширение этих поставок в будущем. По мнению аналитиков, рынок СПГ Японии приближается к стадии зрелости, и после 2005 года дальнейшее его расширение будет в большой мере зависеть от ценовой конкурентоспособности СПГ относительно других энергоносителей. Среди потенциальных поставщиков СПГ в Китай и другие страны Дальневосточно-Тихоокеанского региона можно назвать ряд стран Ближнего и Среднего Востока, Юго-Восточной Азии, а также Россию (Сахалин). По сути, на рынке поставок газа по трубопроводам единственным конкурентом России в данном регионе является Туркменистан. В перспективе самым крупным потребителем российского и туркменского газа станет Китай. Сегодня в энергетическом балансе этой страны доминирующую роль играет уголь (75,4%), на котором работают большинство электростанций. Это отрицательно сказывается на экологической обстановке не только в стране, но и во всем регионе. На долю нефти приходится 20,5%. Что же касается природного газа, то он занимает пока весьма скромное место в энергобалансе Китая – всего 1,9%. Но именно ему отводится ведущая роль в решении энергетических проблем этой страны в будущем.

Недаром еще в 1998 году тогдашний председатель правления "Газпрома" Рем Вяхирев заявил "мы немножко устали от борьбы на европейском рынке и теперь рассматриваем возможность расширения нашего участия в Азиатско-Тихоокеанском регионе". Приблизительно в то же время специалистами начал обсуждаться проект строительства газопровода до Шанхая протяженностью 6500 км. Проект предусматривал экспорт 30-38 млрд. куб. м газа в год. Предлагалось два возможных направления транспортировки газа из Западной Сибири, одно из них – через Красноярскую область и далее по Ковыктинскому коридору. Предусматривалась возможность продления трубопровода в Японию и Корею. Сырьевой базой, позволяющей обеспечить оптимальную загрузку трубопровода в течение 35-50 лет, по замыслу "Газпрома", могла стать группа месторождений в Большехетской зоне (Ямало-Ненецкий АО), где разведанные запасы составляют 1,2 трлн. куб. м, а прогнозные ресурсы – примерно 4,6 трлн. куб. м. Общая стоимость проекта оценивалась в $15 млрд.

Помимо необходимости привлекать огромные инвестиции для реализации этого проекта, существует еще один фактор, сдерживающий начало крупных поставок газа в Китай. Дело в том, что здесь очень слабо развита инфраструктура поставок газа. Общая протяженность китайских газопроводов составляет всего 12 тыс. км, причем 2/3 их сосредоточены в провинции Сычуань, на юго-западе страны, где потребляется около половины всего газа. Практически отсутствуют в Китае и подземные газовые хранилища. Стоимость создания газовой инфраструктуры в Китае под крупномасштабные импортные проекты оценивается в $8 млрд. Еще в $6 млрд. – собственно строительство транскитайского газопровода. И после того как эта работа будет завершена (причем независимо от того, выиграет ли тендер на строительство транскитайского газопровода "Газпром" или нет), актуальность строительства газопровода из России станет очевидна для всех. Тем более что сейчас помимо газпромовского проекта в стадии разработки находятся еще как минимум три проекта поставки российского газа в страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Они базируются на газовых ресурсах Восточной Сибири (гигантское Ковыктинское газоконденсатное месторождение в Иркутской области), Республики Саха (Лено-Вилюйская газоносная провинция, недра которой содержат 959 млрд. куб. м разведанных и 13 трлн. куб. м прогнозных запасов) и острова Сахалин.

Сбоку-припеку

Активная экспансия России на рынок энергоносителей Азиатско-Тихоокеанского региона в целом, и Китая в частности, не может радовать Украину. Ведь благодаря вышеописанным проектам Украину не просто обходят, как это бывало до сих пор (оказаться в подобной ситуации неприятно, но несмертельно: нужно просто быть "паинькой" и принять определенные условия игры). На глазах у Киева происходит кардинальная переориентация поставок российских энергоносителей с Европы в Юго-Восточную Азию и в первую очередь Китай – страну, которая в ближайшие 20 лет может стать мировым лидером в экономике и потребности которой в энергии будут расти чуть ли не в геометрической прогрессии.

Видимо, в Киеве это хорошо понимают. Недаром за день до подписания генерального соглашения о разработке ТЭО нефтепровода из России в Китай председатель правления НАК "Нафтогаз Украины" Вадим Копылов поспешил заявить, что руководство НАК уже договорилось с "Транснефтью" об увеличении объема прокачки нефти через нефтепровод "Дружба" на нефтепровод "Адрия" в Восточной Европе на 5 млн. т – до 22 млн. т. При этом тариф на эти 5 млн. т будет снижен с 73 до 64 центов за транспортировку 1 т нефти на 100 км. Как на том и настаивала российская сторона.

То что заявление Копылова было поспешным и явно неуместным, продемонстрировала реакция на него со стороны "Транснефти". Днем позже ее представители заявили, что не вели переговоров с "Нафтогазом Украины" о снижении тарифов на прокачку российской нефти по территории Украины: "переговоры с российской стороны вело Минтопэнерго РФ без участия "Транснефти". И протокол по поставкам российской нефти через территорию Украины и на ее НПЗ на 2002 год пока еще не утвержден. Более того, цифры существующего проекта протокола отличаются от ранее заявленных украинской стороной цифр.

Правда, подобная быстрая и резкая отповедь может объясняться тем, что "Транснефть" не очень-то заинтересована в "Адрии" – здесь для нее практически нет работы. Ведь технологическая часть проекта заключается в том, чтобы участок трубопровода, связывающий глубоководный порт Омишаль в Хорватии, начал работать в реверсном режиме (сейчас он может качать нефть только из порта вглубь страны). Эта нитка соединяет южную ветку трубопровода "Дружба" с Адриатическим морем. После ее реконструкции российские экспортеры смогут отправлять танкеры водоизмещением до 400 тыс. т из Адриатического моря в любую страну мира, включая США. Этот маршрут хорош тем, что нефть сразу попадает в Средиземноморский бассейн, минуя Босфорский пролив, пропускающий весьма ограниченное количество танкеров. На первом этапе пропускная способность трубопровода составит 5 млн. т в год, но в перспективе может быть увеличена до 15 млн. т. С Хорватией и Венгрией уже согласованы транзитные тарифы в вышеупомянутом размере – 64 цента за прокачку 1 т нефти на 100 км.

Традиционно "Адрия" лоббировалась второй по величине нефтяной компанией России – "ЮКОС", она же, кстати, является основным двигателем проекта строительства нефтепровода в Китай. По словам специалистов "ЮКОСа", "Адрия" находится в состоянии низкого старта, но препятствием к его реализации была позиция Украины, которая никак не хотела уменьшать тарифы на прокачку нефти – трубопровод на ее территории проходит по горной местности и тариф в 64 цента не в состоянии окупить дополнительных местных издержек на прокачку нефти. И тут вдруг – заявление Копылова. Объяснений ему может быть только два – то ли рельеф украинской местности, где проходит "Дружба", неожиданно сгладился, то ли произошло нечто, заставившее НАК срочно договариваться.

Можно предположить, что, соглашаясь на российские условия в случае с "Адрией", "Нафтогаз Украины" хотел снизить активность "ЮКОСа" на китайском направлении. Ведь приницип равнодоступности к российским нефтепроводам пока еще никто не отменял. И если "ЮКОС" получит дополнительные квоты на Хорватию, то у него в будущем могут срезать квоты на экспорт в Китай, дабы сохранить общую пропорцию экспорта и добычи нефти этой компанией.

Правда, по данным инвестиционной компании "Никойл", за время реализации китайского проекта "ЮКОС" сможет получить дополнительную экспортную выручку в размере $40-45 млрд. – для этого ему необходимо ежегодно перекачивать в Китай 10-12 млн. т. "Адрия" таких выгод российскому нефтяному монстру пока явно не сулит.

Анатолий ФРАЕРМАН

 
© агенство "Стандарт"