журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

СЛИЯНИЯ: ИТОГИ

Банковское регулирование

Новые рыночные страны

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Банковские кризисы

Банковская деятельность

ЭЛЕКТРОННЫЕ УСЛУГИ

БАНКОВСКИЙ МАРКЕТИНГ

БАНКОВСКИЕ ОПЕРАЦИИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №8, 2001

Банковское регулирование

Германский банковский сектор накануне новых перемен

Правительство страны достигло компромисса с ЕС по вопросу о земельных банках

Германские государственные банки уже долгое время вызывали раздражение у чиновников Европейской комиссии своим несоответствием правилам честной конкуренции, принятым в ЕС. Благодаря государственным гарантиям банки госсектора считались исключительно надежными и могли привлекать финансирование дешевле, чем их конкуренты из частного сектора. Кроме того, в трудную минуту они могли рассчитывать на государственную помощь, предоставление которой в ЕС регулируется жесткими ограничениями. Начавшийся еще в 1999 году конфликт по поводу субсидий, предоставленных за несколько лет до этого германскому земельному банку Westdeutsche Landesbank, получил свое разрешение только в июле 2001 года. Согласно достигнутому компромиссу, в течение четырех лет система госгарантий германским банкам будет постепенно демонтирована, хотя отдельные ее элементы сохранятся до конца 2015 года. О переменах, которые происходят в государственном банковском секторе Германии, свидетельствует и судьба Bankgesellschaft Berlin (BGB) – проблемного земельного банка, оказавшегося в финансовом кризисе вследствие скандала с вложениями в восточногерманскую недвижимость (см. БП № 4, 6). О намерении выкупить этот банк объявила группа международных инвесторов.

Брюссельский

компромисс

Европейская комиссия давила на Германию два года и все же своего добилась. После того как Брюссель установил для немцев крайний срок 11 июля 2001 года, за которым должно было последовать судебное разбирательство, германское правительство пришло к выводу, что затягивать сроки больше нельзя. Хотя последняя дата оказалась просроченной, отправившаяся в Брюссель правительственная делегация 17 августа возвратилась с желанным компромиссом. Система государственных гарантий будет ликвидирована; впрочем, банкам будет дан переходный период для приспособления к новым условиям.

Изначально германская сторона настаивала на десятилетней отсрочке, что резко контрастировало с позицией Европейской комиссии, требовавшей немедленной отмены привилегий для госбанков. Не меньшее неприятие со стороны Комиссии вызывало и второе предложение германского правительства: разделить земельные банки на две не пересекающиеся между собой части, которые будут обеспечивать, соответственно, коммерческие операции (в нормальном конкурентном окружении) и выполнение государственных задач в части поддержки общественного сектора экономики (с сохранением гарантий). Как считали эксперты, технически такое разделение – слишком сложная задача, так что в итоге было решено ликвидировать всю систему государственных гарантий, установив при этом четырехлетний переходный период. До конца текущего года земельные парламенты Германии должны внести соответствующие изменения в свое законодательство, которые должны набрать силу до декабря 2002 года. К июлю 2005 года будут отменены государственные гарантии по займам земельных банков. К тому же, планируется реформировать систему взаимоотношений между банками и их собственниками (правительствами земель). После этого предоставление банкам государственной помощи будет регулироваться соответствующими законами ЕС. Наконец, выданные к настоящему моменту гарантии сохранят свою силу до декабря 2015 года.

Хотя германские частные банки, чьи жалобы в Европейскую комиссию и послужили спусковым механизмом для всего процесса, и были слегка разочарованы длительностью переходного периода, все они выразили свое удовлетворение тем, что решение все же принято и запущенный процесс уже пойдет без остановок. "Германия – это очень большая и крайне консервативная страна, – заметил по этому поводу Николаус Бомке, генеральный секретарь European Banking Federation, формально возбудившей дело два с лишним года назад. – Будь она поменьше, решение всех проблем было бы намного ускорено".

По словам германских специалистов и государственных деятелей, компромисс с Брюсселем открывает путь для широкомасштабного реформирования банковского сектора страны. В настоящее время на долю земельных банков приходятся 35% национального рынка, в них работает около 330 тыс. служащих. До последнего времени эти институты благодаря государственным гарантиям могли привлекать средства на 20-30 б.п. дешевле, чем их конкуренты в частном секторе, но постепенно эта разница будет исчезать. По-видимому, германские земельные банки ждет консолидация, сопровождаемая радикальной реструктуризацией. Им придется использовать свой капитал более эффективно, сокращать резервы, возможно, согласиться со снижением кредитного рейтинга. Однако в длительной перспективе, как ожидается, от перемен выиграют все, включая банковских клиентов, которые могут рассчитывать на лучшие условия в более конкурентной среде.

Впрочем, реформы в германском государственном банковском секторе могут начаться прежде, чем предполагалось. Катализатором изменений может стать BGB, десятый по величине банк страны, в настоящее время срочно нуждающийся в дополнительном капитале.

Японская модель

в Германии?

Банк BGB, 57% акций которого принадлежат земле Берлин, несколько месяцев назад оказался в центре крупного скандала. Аудиторская проверка выявила в нем огромные убытки от вложений в обесценившуюся недвижимость в бывшей ГДР (включая и Восточный Берлин), а также злоупотребления со стороны прежнего руководителя ипотечного подразделения BGB и известного политика Клауса Ландовски, который предоставлял излишне щедрые гарантии своим товарищам по Христианско-демократической партии.

По итогам 2000 года банк, в 1999 году получивший @157 млн. прибыли, показал чистый убыток в размере @1.65 млрд. – один из самых худших показателей в истории. BGB пришлось направить свыше @1 млрд. на покрытие убытков от кредитования под залог недвижимости и еще @972 млн. для компенсации убытков от предоставления гарантий инвесторам, вкладывавшим средства в операции с недвижимостью. Эти @2 млрд. образовали огромную дыру в капитальной базе банка, которую можно было прикрыть только за счет привлечения нового капитала.

Руководство банка разработало две схемы рекапитализации. Их планировалось вынести на рассмотрение акционеров на общем собрании 29 августа. Согласно первому варианту предполагалось выпустить 30-летние облигации на сумму @1 млрд. по ставке Euribor шесть месяцев плюс 150 б.п., а еще @1 млрд. получить за счет эмиссии прав на акции в соотношении 2:1 (каждый акционер банка мог бы приобрести по две новые акции на каждую свою) по крайне низкой цене – @2.56 за штуку (на тот момент курс акций BGB колебался между @8 и @9.50). Второй вариант исходил исключительно из эмиссии прав на акции из расчета 4:1 по той же самой цене.

Само обнародование двух вариантов рассматривалось наблюдателями как признак неопределенности ситуации. Два крупнейших акционера BGB после берлинских властей – ганноверский земельный банк Norddeutsche Landesbank (NordLB), владеющий 20% акций, и страховая группа Parion с 7% – сигнализировали о готовности оказать поддержку бедствующему банку, но не торопились с конкретизацией своих планов. Специалисты не исключали, что многие мелкие акционеры откажутся от участия в любой из предложенных схем, тогда "лишние" акции пришлось бы выкупать правительству земли Берлин. Проблему усугублял и экономический спад, повлиявший на прибыли BGB и еще более снизивший его привлекательность. Если за первое полугодие 2000 года банк получил @169 млн. прибыли до налогообложения, то в 2001 году этот показатель упал до @85 млн.

Между тем, новое руководство BGB, сменившее прежних менеджеров, покинувших банк после скандала, предложило всем заинтересованным лицам свою очередную стратегию развития, предполагавшую объединение всех трех подразделений – городского розничного банка Berliner Bank, земельного Landesbank Berlin и ипотечного Berliner Hypothekenbank – в единую структуру с целью усовершенствования системы управления и повышения курса акций. При этом планировалось сократить оптовые операции, реорганизовать работу на рынке недвижимости, а розничный и корпоративный бизнес – расширить. Соотношение затрат к доходам в розничном подразделении, достигающее к настоящему времени 87%, предполагалось оперативно уменьшить до 80%.

В середине августа начали появляться и более конкретные предложения. NordLB намекнул, что не против расширить свою долю в BGB для расширения сотрудничества вплоть до полного слияния. В последний раз вопрос о таком объединении поднимался в 1998 году, но сделка не состоялась. Однако настоящая сенсация ждала впереди.

Через несколько дней после появления варианта с NordLB предложение о приобретении от 75 до 100% акций BGB выдвинул международный консорциум инвесторов, возглавляемый Кристофером Флауэрсом, бывшим менеджером американского инвестиционного банка Goldman Sachs. В последнее время Флауэрс был тесно связан с деятельностью американской финансовой компании Ripplewood, возглавившей в 1999 году консорциум, которым был приобретен японский банк LTCB, обанкротившийся и национализированный за год до этого. Это была первая покупка японского банка иностранным финансовым институтом, оказавшая огромное влияние на весь банковский сектор Японии.

Теперь LTCB, получивший название "Shinsei Bank" ("Новое рождение"), стал совершенно новым явлением в банковской системе Японии, чья деятельность ранее базировалась на тесном переплетении неформальных связей между финансовыми институтами и их клиентами. Shinsei установил иные, по-западному жесткие стандарты взаимоотношений между банками и заемщиками, отказываясь предоставлять несостоятельным должникам новые кредиты или списывать их задолженность. В Японии такая политика вызвала большие потрясения, так как проблемные компании, банкротства которых требует Shinsei, активно привлекали средства и в других крупных банках страны, а они не могут позволить себе нести новые потери из-за разорения заемщиков. Кроме того, в политических кругах вспыхнул скандал, из-за того что Ripplewood приобретала "чистый" банк, а государство не только приняло на себя все его невозвращенные кредиты на сумму, в несколько раз превысившую доход от продажи банка, но и фактически выдало гарантии по займам, которые могут перейти в разряд проблемных в течение трех лет.

Специалисты обращают внимание на то, что предложение Кристофера Флауэрса в отношении BGB практически полностью повторяет механизм, опробованный им в Японии. И в том, и в другом случае проблемный государственный банк планируется превратить в современный финансовый институт, работающий по рыночным принципам. Однако появление такого банка на сонном берлинском рынке может вызвать не меньшие потрясения, чем в Японии, так что земельные власти, которым вовсе не улыбается выкладывать огромные средства на рекапитализацию BGB, поставлены перед нелегким выбором.

Виталий Шимкович,
по материалам
Financial Times, Handelsblatt

 
© агенство "Стандарт"