журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

СКАНДИНАВСКАЯ КОНСОЛИДАЦИЯ

Международные банки

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

Новые рыночные страны

ЭЛЕКТРОННЫЕ ДЕНЬГИ

Банковская деятельность

КРИМИНАЛ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №5, 2001

КРИМИНАЛ

Новые акции для избранных

Против американских инвестиционных банков выдвинуты обвинения в злоупотреблениях при организации первоначальных публичных предложений акций (initial public offering – (IPO)

IPO – один из основных видов деятельности инвестиционных банков. Компания, готовящая выпуск своих акций в свободное обращение, привлекает банкиров, которые размещают акции среди инвесторов по фиксированным ценам. Как правило, значительная часть их перепродается первоначальными покупателями на бирже в первый день торгов. При этом, в зависимости от интереса публики к данным ценным бумагам их курс в первый день может значительно подскочить (на десятки процентов и даже в несколько раз). Далее начинается свободная игра курсов; акции могут продолжать подъем в цене или столь же стремительно дешеветь, принося убытки инвесторам, неосмотрительно вложившим в них средства в первый торговый день. В апреле-мае 2001 года некоторые из таких пострадавших инвесторов обратились с исками в американские суды, обвиняя ведущие инвестиционные банки США в том, что они манипулировали ценами на акции во время организации IPO, обогащая привилегированных инвесторов и нанося ущерб остальным.

Бизнес неиспользуемых возможностей

Доверие – один из важнейших активов инвестиционных банков, так как их бизнес открывает практически неисчерпаемые возможности для злоупотреблений. Банковские специалисты нередко становятся владельцами важнейшей коммерческой информации, использование которой в корыстных целях может дать миллионы долларов прибыли. Они точно знают, как поведут себя акции той или иной компании, для которой ими организуются слияние, эмиссия ценных бумаг, привлечение кредита для финансирования крупного проекта. От них зависит, кому из десятка заинтересованных инвесторов достанутся новые акции компании, которые после появления на бирже, скорее всего, возрастут в цене.

Подобные искушения очень велики, причем, большую часть злоупотреблений крайне сложно выявить и доказать в судебном порядке. Иногда неправомерные действия формально даже нельзя признать противозаконными. Поэтому, понимая свою уязвимость в глазах публики и заботясь о собственной репутации, ведущие мировые инвестиционные банки содержат мощные службы внутреннего контроля и аудита, а за их деятельностью пристально следят государственные регулятивные органы. Тем не менее, в этой сфере периодически вспыхивают скандалы, где фигурируют наиболее уважаемые финансовые институты (характерно, что от этого они не перестают быть уважаемыми, так как найти абсолютно ни в чем не замешанный инвестиционный банк довольно трудно).

Зарождение очередного скандала, сотрясающего сейчас США, относится к февралю 2000 года, когда сотрудники Securities and Exchange Commission (SEC) в Вашингтоне получили по электронной почте анонимное послание, в котором указывалось, что крупный инвестиционный банк Credit Suisse First Boston (CSFB) потребовал значительного "отката" при размещении новых акций одной перспективной компании, готовящей IPO.

Служба безопасности Credit Suisse довольно быстро установила отправителя. Им оказался один из крупных инвесторов хедж-фондов, вскоре согласившийся отозвать свою жалобу и возместить банку судебные издержки. Однако выпущенный им джинн вырвался из бутылки. Юристы SEC заинтересовались данным иском и год спустя начали официальное расследование против ведущих инвестиционных банков США, включая CSFB, Morgan Stanley, Bear Stearns и Goldman Sachs. Все они подозреваются в злоупотреблениях при организации IPO во время Интернет-бума 1998-1999 годов.

Весенними месяцами 2001 года свои обвинения по этому поводу начали высказывать и инвесторы, утратившие крупные суммы во время ряда IPO, когда приобретенные ими в первый день торгов популярные акции затем резко падали в цене. По состоянию на начало мая, было подано более десяти таких судебных исков, когда ответчиками выступают группы инвестиционных банков (так называемые class actions, так как к ответственности притягиваются не отдельные фирмы, а отрасль в целом; такие дела возбуждались, например, против табачных компаний).

Все обвинения в адрес банков базируются на двух посылках. Во-первых, утверждается, что банки вступали в соглашения со своими привилегированными клиентами с целью установления искусственно высокого курса акций в первый день торгов при организации IPO. Во-вторых, выдвигаются подозрения в части того, что банки получали от компаний, чьи акции они выставляли на биржу, более высокие комиссионные, чем сообщалось.

Опасные связи

Не случайно, что обвинения в адрес банков относительно злоупотреблений во время IPO вышли на первый план именно в 2000 году. До этого шесть лет подряд американский рынок акций находился на не виданном ранее подъеме. Курсы ценных бумаг ведущих компаний возросли за это время, в среднем, в три с половиной раза, а для новых фирм сферы высоких технологий подъем измерялся, порой, тысячами процентов. Вложения частных лиц и институциональных инвесторов в акции увеличивались на десятки процентов в год, и почти каждый мог рассчитывать на высокую прибыль (по крайней мере, на бумаге). В этой обстановке никого особенно не удивляло, что курсы акций после IPO сначала подскакивали вверх, затем немного снижались, а после снова выходили на курс подъема.

Крах на рынке компаний сферы высоких технологий в марте 2000 года положил конец такой легкой жизни. Одни фирмы обанкротились, так что их акции утратили ценность, у других курс акций упал в несколько раз. Для многих компаний наивысшая в истории цена акций была достигнута в первый день торгов. Раздосадованные инвесторы, как водится, стали искать "крайних", на роль которых очень хорошо подходили инвестиционные банки, и в самом деле очень много сделавшие для организации бума, завершившегося крахом (см. БП № 4). Тем более, что их роль в IPO всегда носила двойственный характер.

В центре проблемы – вопрос цены акций во время IPO, когда они предлагаются инвесторам. Как правило, во время бума банки "рекомендовали" компаниям-эмитентам установить ее на 15-25% ниже "рыночной" стоимости, чтобы подогреть интерес и гарантировать успешное размещение акций. Однако это также обеспечивало и то, что в первый день торгов недооцененные акции поднимутся в цене, обогащая первоначальных покупателей, которые получали, таким образом, возможность перепродать ценные бумаги с прибылью (в некоторых случаях она оказывалась очень высокой). В 1999 году акции таких компаний как Linux Systems, CBSMarket-Watch, askjeeves.com в течение первого дня торгов возрастали в цене в четыре раза!

Благодаря этому интерес к акциям перспективных компаний поддерживался на высочайшем уровне, а банки получили возможность выбора инвестора. Как утверждают представители обвинения, в обмен на продажу недооцененных акций банки требовали от инвестора "отката" или обязательств, что в дальнейшем им будет заключен с банком выгодный для него контракт: привлечение его для размещения своих ценных бумаг, назначение управляющим активами, использование в качестве консультанта при слиянии и т.д.

Так, например, сообщается, что банк Morgan Stanley Dean Witter в 1998-2000 годах предложил действующему губернатору штата Нью-Джерси Дональду Ди Франческо участие, примерно, в 30 initial public offering. По данным налоговых органов, в первые дни торгов губернатор перепродал приобретенные им акции с прибылью от 20 до 400%. Тот же Morgan Stanley в 2000 году проводил внутреннее расследование по поводу продажи акций во время одного перспективного IPO мэру Сан-Франциско Вилли Брауну. Вскоре после этого банк был нанят на роль лид-менеджера эмиссии городских облигаций на сумму $28.1 млн. Впрочем, это расследование не привело к каким-либо оргвыводам и не обнаружило злоупотреблений.

Оппоненты банков настроены не так благодушно. По словам Джея Риттера, профессора финансов в университете во Флориде, инвестиционные банки при организации IPO получают значительно больше, чем 5-7% от объема легальных комиссионных от компании-эмитента. По его подсчетам, в 1999 году разница в ценах между фиксированными курсами размещения акций при IPO и их стоимостью в первый день торгов составила $35 млрд., которые были поделены между банками и инвесторами, спекулировавшими на курсах. Более того, по некоторым данным, банки вступали в сговор с инвесторами, вместе организуя искусственный подъем в первый день торгов, давая возможность своим клиентам вовремя "сбросить" акции. В качестве "партнеров" банкиров назывались и руководители компаний-эмитентов, которым за повышенные комиссионные и прочий "откат" предоставлялась возможность скупки собственных акций по дешевке.

Проигравшими во всех данных случаях становились, естественно, неосведомленные инвесторы, в основном, частные лица, которые, не имея возможности приобрести акции активно рекламируемых компаний во время IPO, покупали их по высокой цене в первый день торгов. Часто впоследствии выяснялось, что они сильно переплатили.

Разбег на доллар…

Инициаторами в возбуждении судебных исков против инвестиционных банков стали, как это чаще всего бывает в США, крупные юридические фирмы, формально выступающие от имени сотен и тысяч пострадавших мелких инвесторов. Все эти вкладчики не несут никаких расходов, но при успешном исходе процесса большая часть суммы штрафа, который выплатят банки, окажется в карманах юристов.

В числе истцов значатся и такие "акулы" как крупнейший в США специалист по class actions компания Milberg, Weiss, Bershad, Hynes and Lerach, обвиняющая в нарушении антитрастовского законодательства десять инвестиционных банков и Интернет-компанию PlanetRx.com, чье IPO было организовано в октябре 1999 года. Как следует из материалов иска, в ходе этой операции банки и руководство PlanetRx вступили в сговор с целью получения повышенных комиссионных при размещении акций компании и манипулирования их курсом в первый день торгов.

Правда, при всем этом необходимо помнить, что, по некоторым особенностям американского законодательства, при подаче гражданского иска (а речь идет именно об этом) истец может не утруждать себя предъявлением каких-либо подтверждений выдвинутых обвинений. Впрочем, в данном случае о голословных утверждениях речь не идет: как заявляют юридические фирмы, возбудившие иски, они будут проводить самостоятельные расследования, чтобы предоставить суду необходимое аргументирование преступного сговора.

По мнению независимых специалистов, собрать такие данные будет весьма сложно. Банки и в самом деле почти всегда выделяют более и менее привилегированных клиентов, предпочитая одних другим. Вполне обычно и то, что банк работает с клиентами на взаимовыгодной основе, когда в обмен на высокое качество обслуживания получает от клиента выгодные контракты, достающиеся именно ему, а не иному финансовому институту. Однако само по себе все это не нарушает законов или регулятивных требований. По сути, обвинителям необходимо получить четкие и ясные свидетельства того, что банки вступали в сговор с клиентами с целью манипулирования курсами акций или получали от них "откат". Практически единственная возможность получить такие доказательства – изобличающая "исповедь" какого-либо банкира, непосредственно участвовавшего в подобной сделке.

Поэтому аналитики полагают, что шансы на привлечение банков к суду за злоупотребления во время организации IPO не слишком велики. Конечно, многое будет зависеть от исхода расследования, начатого SEC, однако оно продлится, как минимум, до конца текущего года и вряд ли даст весомые результаты. Кроме того, президент Буш пока не назначил нового главу SEC, который также может оказать существенное влияние на расследование. Пока президентская администрация явно более благосклонно, нежели прежняя, относится к крупному бизнесу.

Поэтому и банки, и фигурирующие в деле компании-эмитенты пока хранят спокойствие и опровергают все предъявляемые обвинения. Как заявляют, например, представители Morgan Stanley Dean Witter, при наличии сотен тысяч инвесторов, принимающих участие в IPO, избежать конфликтов практически невозможно, но это не означает, что речь может идти о масштабных и намеренных манипуляциях. Правда, в апреле руководство CSFB отправило в принудительный долгосрочный отпуск двух высокопоставленных сотрудников своего филиала, занимающегося работой с компаниями сферы высоких технологий.

Как считает Джей Риттер из университета во Флориде, даже если SEC сумеет добыть доказательства злоупотреблений, вряд ли дело дойдет до уголовных преследований. Вероятно, некоторые банки будут вынуждены выплатить большие штрафы (государству, а не юридическим фирмам), некоторые двусмысленные вопросы в действующем законодательстве и регулятивных правилах будут доработаны и уточнены, придется предпринять очередное ужесточение контроля. Если следователям повезет, их жертвой станет кто-то из менеджеров высшего звена или известных банкиров, который сыграет роль главного козла отпущения. Однако сделать это будет очень нелегко.

Виталий Шимкович,
по материалам Financial Times

 
© агенство "Стандарт"