журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
2003 год
2004 год
2005 год
2006 год
2007 год
2008 год
2009 год
2010 год
рубрики
СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

Банковские кризисы

БАНКОВСКАЯ РЕСТРУКТУРИЗАЦИЯ

БАНКОВСКИЕ СИСТЕМЫ

БАНКОВСКАЯ ПРИВАТИЗАЦИЯ

Банковская деятельность

ЭЛЕКТРОННЫЕ БАНКИ

ЭЛЕКТРОННЫЕ ДЕНЬГИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"Банковская практика за рубежом" – №1, 2001

СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ

Союзы, заключенные на земле

Банковские слияния 2000 года: удачные и не очень

Процесс консолидации в мировом банковском секторе в последнее время становится "самоподдерживающимся". Ведущие финансовые институты форсируют объединения, часто за пределами национальных границ и своих традиционных сфер влияния, дабы не остаться в стороне и не быть обойденными более шустрыми конкурентами. Среди ведущих банков мира, пожалуй, и нет таких, которые не участвовали бы в последние несколько лет, как минимум, в одном слиянии. Однако подобная стратегия весьма рискованна. Объединяющиеся банки должны преодолеть ряд препятствий организационного, финансового и психологического характера, а достижение реального выигрыша, так соблазнительно выглядевшего на бумаге перед подписанием соглашения, в действительности оказывается нелегким делом. В 2000 году в мировом банковском секторе было осуществлено свыше десяти крупных слияний, каждое из которых в свое время попадало на первые страницы газет. Но не у всех из них высоки шансы на дальнейший успех.

Британский журнал The Banker в конце 2000 года решил подвести итоги консолидационному процессу в мировом банковском секторе, определив наиболее удачные объединения года и потенциальных неудачников. Группа из 13 экспертов в течение нескольких недель подробно анализировала состоявшиеся в 2000 году слияния, изучая их вероятные выгоды и потенциальные проблемы.

Неизвестно, в какой степени эти эксперты проявили патриотизм, но на первое место в своем рейтинге они поставили приобретение британским банком Barclays бывшего строительного общества Woolwich за 5.4 млрд. ф. ст. ($7.7 млрд.). Эта сделка осталась в прошлом году в тени других мегаслияний, однако в отличие от ряда других громких объединений подобное слияние производит впечатление хорошо продуманной и образцово осуществленной операции. Благодаря этому союзу выиграли обе стороны: Barclays, расставшись со своими неоправдавшимися международными амбициями, усилил свои позиции на прибыльном, хотя и высококонкурентном британском рынке закладных, а Woolwich с честью вышел из ловушки, подстерегающей финансовый институт средней руки на быстро консолидирующемся рынке, где остается место только для гигантов и небольших специализированных игроков.

По мнению экспертов, Barclays в настоящее время приступил к реализации стратегии, которая несколькими годами ранее вывела Lloyds TSB в лидеры британского рынка по показателю прибыльности. Она основана, в первую очередь, на отказе от дорогостоящих зарубежных приобретений и концентрации на наиболее рентабельных направлениях деятельности. Приобретение Woolwich полностью вписывается в эту стратегию, кроме того, из всех сделок прошлого года оно характеризуется наименьшим риском неудачи.

Тем не менее, с точки зрения перспектив повышения рыночной стоимости (по мнению инвесторов, — важнейшего показателя успеха или провала слияния), объединение Barclays-Woolwich должно уступить пальму первенства другой британской сделке – поглощению National Westminster Bank со стороны Royal Bank of Scotland, состоявшемуся в марте 2000 года. В общем рейтинге это объединение заняло четвертое место из-за возможных проблем с интеграцией информационных систем и сложностей в управлении резко возросшей в размерах группой, но по организации слияния оно не имеет себе равных.

Осуществив враждебное поглощение, RBS, тем не менее, очень четко определил цели и приоритеты и впоследствии неуклонно их придерживался. Из старого руководства NatWest посты в высшем управленческом эшелоне объединенной группы сохранили только двое, что практически исключило проблемы с переделом полномочий и борьбой за власть внутри правящей верхушки. Кроме того, не будучи связанным никакими компромиссами и обещаниями, руководство RBS быстро провело реорганизацию, в результате чего банк реально добился сокращения расходов и значительной экономии на масштабах. В целом, по мнению экспертов The Banker, слияние RBS и NatWest следует признать более рискованной сделкой, чем Barclays-Woolwich, но зато и выигрыш от него должен быть более весомым.

Между двумя британскими слияниями эксперты поместили в своем рейтинге два поглощения, сделанные в прошлом году скандинавской финансовой группой Nordic Baltic Holding (NBH). Благодаря первому из них – дружественному приобретению за @4.8 млрд. второго по величине датского банка Unidanmark ядром NBH (финско-шведским банком MeritaNordbanken) – была создана крупнейшая финансовая группа Северной Европы. В октябре NBH за $2.9 млрд. приобрела 35% акций норвежского банка Christiania, распространив свою деятельность на всю Скандинавию. Оба слияния высоко оцениваются экспертами как с точки зрения стратегии, так и за безупречное осуществление. Сегодня NBH по праву считается лидером финансового рынка Северной Европы, а по проторенному ею пути готовы идти и другие ведущие банки региона. Достаточно высоко было помещено в рейтинге еще одно скандинавское слияние прошлого года: приобретение крупнейшим в Дании Danske Bank группы RealDanmark, которое должно принести существенное снижение расходов, заняло общее шестое место.

Из многочисленных американских объединений прошлого года на наиболее высокое, пятое, место в общем рейтинге было поставлено наименее сенсационное из них – слияние крупных региональных банков Firstar и US Bancorp, благодаря которому на финансовом рынке США возникла восьмая по величине банковская группа. Сделка на сумму $21 млрд. выглядит вполне оправданной с точки зрения перспектив снижения расходов и роста рыночной стоимости, кроме того, процесс объединения будет, очевидно, проходить не так болезненно с позиций раздела власти, так как банки Firstar и US Bancorp возглавляли родные братья – Джон и Джерри Грандхоферы.

В середине списка оказался британский банк HSBC, весной 2000 года совершивший неожиданный прыжок на континент, приобретя за 6.8 млрд. ф. ст. французский банк Credit Communal de France. С одной стороны, одно из первых в Западной Европе международных слияний позволяло крупнейшему банку Великобритании расширить свое присутствие на перспективном французском рынке и построить базу для дальнейшей экспансии в зоне евро. Кроме того, благодаря относительно независимому положению CCF в структуре группы это поглощение не вызвало никаких конфликтов на высшем уровне управления.

Тем не менее, это объединение столкнулось с рядом непростых проблем. Во-первых, британский и французский банки имеют совершенно разную управленческую и деловую культуру, да и наличие языкового барьера при широко известном нежелании англичан и французов учить иностранные языки не облегчает взаимопонимания. Во-вторых, бизнес бывшего государственного коммунального банка CCF не слишком вписывается в структуру глобальной финансовой группы HSBC, берущей начало из Гонконга. По словам профессора Нью-Йоркского университета Роя Смита, еще никому не удавалось сделать что-либо путное из бывшей государственной французской компании, но, если HSBC сможет стать первым, он совершит большое достижение.

Места вслед за HSBC-CCF заняли две сделки-близнецы: приобретение Robert Fleming за $7.75 млрд. банком Chase Manhattan и январская покупка банка Schroder за 1.35 млрд. ф. ст. Salomon Smith Barney, инвестиционным подразделением Citigroup. В обоих случаях объектом поглощения выступали британские инвестиционные банки, занимающие в европейских рейтингах места во второй десятке, а их покупателями стали ведущие американские финансовые группы. Как показали первые месяцы после объявления о сделках, в обоих случаях слияния идут достаточно тяжело, однако после их завершения американские группы могут рассчитывать на определенный выигрыш. Так, Chase благодаря приобретению Robert Fleming значительно упрочил свои позиции на азиатском рынке, где британский банк был одним из крупнейших игроков, а Citigroup продолжила свою экспансию в элиту мирового инвестиционного банковского бизнеса и одновременно получила дополнительные возможности для перекрестной продажи своих финансовых продуктов.

Первую десятку, по мнению экспертов The Banker, замкнула очень неоднозначная и противоречивая сделка объемом $30 млрд. по приобретению Chase Manhattan американского инвестиционного банка JP Morgan. Один из ведущих финансовых институтов США сделал весомую заявку на расширение своей доли рынка, в первую очередь, в ключевой на сегодня инвестиционной банковской деятельности. Однако при реализации этой сделки ее участники, очевидно, столкнутся с рядом сложностей. Среди таких проблем эксперты выделяют глубокие различия в культуре бизнеса, трудности с объединением информационных систем, возможную утрату ключевых специалистов, противоречия внутри руководства. Кроме того, определенные сомнения вызывает способность менеджеров объединенной группы справиться с резко усложнившимися управленческими задачами (подробнее о том, как проходит это объединение, читайте на стр. 8).

В пользу Chase говорит, в первую очередь, его опыт в организации объединений. За последние годы банк осуществил слияния с Manufacturers Hanover и Chemical Bank, а в 1999-2000 годах присоединил к себе небольшой инвестиционный банк Hambrecht & Quist, специализирующийся на финансировании проектов в сфере высоких технологий, и инвестиционный бутик Beacon Group, занимающийся организацией слияний и поглощений. При столь значительной практике у Chase неплохие шансы "переварить" и такой крупный кусок как JP Morgan.

В слияниях, занимающих пять последних строчек в рейтинге, эксперты The Banker нашли больше потенциальных проблем, чем преимуществ. Они достаточно высоко оценивают межгосударственное слияние германского HypoVereinsbank и Bank Austria, с точки зрения стратегии обоих финансовых институтов с упором на рынки стран Центральной и Восточной Европы, однако предвидят большие трудности политического и культурологического характера. При организации объединения HypoVereinsbank может наткнуться на весьма неприятные "подводные камни", способные существенно усложнить его задачу.

По мнению экспертов, вообще не стоило доводить до завершающей стадии такие сделки как приобретение за $11.8 млрд. швейцарским UBS американской брокерской компании PaineWebber, покупка за $13.6 млрд. инвестиционного банка Donaldson, Lufkin & Jenrette со стороны другого швейцарского гиганта CSFB и поглощение германским Dresdner Bank инвестиционного бутика Wasserstein Perella за $1.37 млрд. Во всех этих случаях рыночная логика относительно невелика, а сложности и затраты превосходят предполагаемые достижения.

Швейцарский банк UBS несмотря на достигнутый в последние месяцы прогресс все еще не преодолел проблем, вызванных слиянием с Swiss Banking Corporation в 1998 году. По мнению экспертов, UBS несколько поторопился с американским приобретением, которое можно было смело отложить на год, особенно с учетом того, что американский рынок ценных бумаг, обеспечивающий основную часть прибыли PaineWebber, сейчас на спаде.

Но своими действиями UBS заставил "шевелиться" своего главного конкурента CSFB, который не придумал ничего лучшего, кроме приобретения DLJ. Бесспорно, с точки зрения большой стратегии, ориентированной на вхождение в элиту мирового инвестиционного банковского бизнеса, этот шаг более-менее оправдан, однако организация дела не выдерживает критики. Несмотря на выделение $1.2 млрд. на выплату бонусов за лояльность ключевым специалистам DLJ сразу же после слияния, банк столкнулся с массовым увольнением сотрудников. Только за первые два месяца он потерял руководителя европейских инвестиционных операций, соруководителя лондонского филиала и еще нескольких специалистов высокого уровня. Из DLJ уходили целыми командами, усиливающими конкурентов.

И, все же, положение CSFB не выглядит безнадежным. В конце концов, банк сохраняет свою высокую прибыльность в мировом масштабе, а его репутация в глобальном инвестиционном бизнесе остается достаточно высокой. Кроме того, у банка положительный опыт приобретения инвестиционных банков First Boston в США и Barclays de Zoete Wedd в Великобритании.

На последнем месте в рейтинге оказался германский Dresdner Bank, который вообще может поспорить за титул главного неудачника 2000 года. После провала двух объединений с Deutsche Bank и Commerzbank в течение каких-то пяти месяцев третий по величине банк Германии, похоже, от отчаяния решился потратить $1.37 млрд. на небольшой инвестиционный бутик Wasserstein Perella. По мнению экспертов, Dresdner Bank явно переплатил, к тому же, включение подобных нишевых игроков в состав крупных банковских групп всегда было задачей повышенной сложности. Это приобретение никак не способствует и достижению главной стратегической цели Dresdner Bank: стать достаточно крупным и сильным, чтобы избежать враждебного поглощения и расчленения. Руководство германского банка предполагает ввести покупку в состав своего инвестиционного подразделения Dresdner Kleinwort Benson, а в дальнейшем бороться за звание глобального консультационного банка, однако реализуемость подобной стратегии вызывает у специалистов большие сомнения.

В целом эксперты The Banker считают банковские слияния весьма рискованной стратегией, которая обычно не оправдывает возлагаемых на нее надежд. В частности, почти никогда не удается добиться ожидаемого сокращения расходов, а, с точки зрения рыночной стоимости, поглощения, как правило, становятся негативным фактором, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. В большинстве случаев слияния неблагоприятно влияют и на такие показатели как доходность акционерного капитала и отношение расходов к доходам. Наконец, банки сильно переплачивают за свои покупки, из-за чего им приходится списывать большой гудвил, что приводит к снижению показателя достаточности собственного капитала.

По мнению специалистов, банкиры чаще всего недооценивают трудности, возникающие в ходе объединений. Наибольшее внимание уделяется обычно финансовым аспектам сделки, в то время как первое место среди возможных трудностей занимает проблема интеграции информационных систем. Как показывает опыт банковских слияний последних лет, она более важна, чем такие находящиеся на виду вопросы как культурные противоречия, борьба за перераспределение полномочий в верхах, организационная неразбериха и потеря клиентов.

По словам Мартина Грина, аналитика банка Merrill Lynch, слияния чаще всего заканчиваются провалом именно из-за проблем с информационными системами. Руководство банка во многих случаях недооценивает эти трудности и не слишком разбирается в подобных вопросах. В то же время, на проведение информационной интеграции, как правило, выделяются недостаточные средства и устанавливаются нереально жесткие сроки. В конце концов, банк в попытке спасти разваливающееся на глазах объединение обращается за помощью к информационным консультантам, которые чаще всего получают наибольший выигрыш от банковских слияний.

Наряду с информационными технологиями в число приоритетов при объединениях должно войти качество управления. Как показывают исследования, наибольший выигрыш от слияния приносит перекрестная продажа финансовых продуктов, за ней в перечне основных преимуществ идут расширение доли рынка, рост рыночной стоимости и экономия на масштабах. А вот сокращение расходов, которое часто выносится на первый план, в действительности достигается не за счет механического урезания затрат, а опосредованно, как результат ликвидации дублирования и улучшения управления объединенным банком. Чтобы достичь успеха в объединении, банкирам следует обратить внимание, в первую очередь, на организационные вопросы и детали.

Виталий Шимкович,
по материалам The Banker

 
© агенство "Стандарт"