журналы подразделения новости подписка контакты home

архив
2001 год
2002 год
рубрики
ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ МЕСЯЦА

ТОПЛИВО

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Ядерная энергетика

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Собственность

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Регулирование

ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА. Проекты

ТЕМА НОМЕРА. Стратегия развития ТЭК

ГАЗ И НЕФТЬ. Нефтерынок

ГАЗ И НЕФТЬ. Сектор газа

КОНФЛИКТЫ

ТЕНДЕНЦИИ

гостям
Агентство "Стандарт" предлагает вам подписаться на экномические журналы – лидеры в своей области.
























"ТЭК" – №4, 2001

ТЕМА НОМЕРА. Стратегия развития ТЭК

Энергетика-2010: то ли еще будет. Ой, ой, ой!

Когда коту нечего делать… В общем, он умывается. Так и украинские энергетики, здорово ошалевшие от отсутствия денег, последние десять лет активно развлекались составлением всякого рода программ собственного развития: начиная от глобальной Энергетической программы Украины на период до 2010 года и заканчивая скромными планами развития генерирующих энергокомпаний и даже отдельных станций. К этому списку можно присовокупить распоряжения Кабмина, разделы региональных программ социально-экономического развития, посвященные местной энергетике, и т.д. и т.п. Свое весомое слово в разработке таких программ сказал даже президент – в его предвыборной программе "Украина-2010" энергетике также был посвящен вполне приличный кусок.

Впрочем, судьба у всех этих планов абсолютно одинакова – из-за отсутствия необходимого для их реализации финансирования ни одна из них не была выполнена.

Из этого, кстати, совершенно не следует, что все перечисленные разработки были абсолютно бессмысленны. В них, как правило, более-менее четко отражалась текущая ситуация в энергетике, а также приводились возможные варианты ее развития. Да и деньги для разработки этих планов какие-никакие "капали", что позволяло кое-как поддерживать если не развитие, то хотя бы существование отраслевой науки.

Но проблема состоит в том, что на реализацию большинства разрабатываемых в недрах министерств, НИИ и аналитических центров различных программ и проектов необходимы миллиарды долларов. А энергетика традиционно считается отраслью с довольно низким уровнем отдачи вложенного капитала – следовательно, с большим сроком окупаемости реализуемых в ней инвестпроектов. Правда, улучшение на протяжении последнего года финансовой ситуации на энергорынке придало разработке вышеупомянутых программ новый импульс – и тут же вызвало новую волну проектов о том, как с толком, c чувством, с расстановкой прожить отечественной энергетике ближайшие 20-30 лет.

Например, разработчики раздела "Энергообеспечение экономики Украины и энергосбережение" в ежегодном послании президента заявляют, что их "расчеты показывают, что если сегодня не обеспечить обновления генерации, то уже в 2005 году дефицит рабочей мощности в энергосистеме составит 7-10 млрд. кВт, а в 2010 году в ней будут работать в основном лишь АЭС и ГЭС. Начиная с 2020 года практически всю электроэнергию Украина вынуждена будет импортировать, что, безусловно, станет угрозой ее государственному суверенитету". Справедливости ради отметим, что в данном случае описан наихудший вариант развития отрасли: то есть станции не ремонтируются и по исчерпанию своего ресурса останавливаются. На практике, естественно, все будет происходить несколько иначе. Уж что-что, а эксплуатировать оборудование, исчерпавшее все мыслимые ресурсы отечественные энергетики умеют. И этот опыт им еще неоднократно пригодится.

Теукущая ситуация в отрасли авторами президентского послания оценивается следующим образом: "На протяжении 10 лет практически не проводились обновление и реконструкция основного оборудования. Вследствие этого 96% оборудования ТЭС отработало свой ресурс (то есть 100 тыс. ч), а 73% – превысили расчетный ресурс (170 тыс. ч). Сейчас из 36 млн. кВт установленной мощности ТЭС только 17 млн. кВт могут нести нагрузку, остальное оборудование требует ремонта или реконструкции. Фактически происходит "cрабатывание" энергетики, то есть полный ее физический износ. Энергосистема Украины уже сегодня (даже при условии наличия топлива) не в состоянии обеспечить потребителей теми объемами электроэнергии, в которых они нуждаются". Состояние оборудования ТЭС, по данным Минтопэнерго, оценивается следующим образом. Гарантийный срок работы энергоблока составляет порядка 100 тыс. ч, предельный – около 220 тыс. ч. В настоящий момент из 104 имеющихся на электростанциях крупных энергоблоков (более 150 МВт), только 12 имеют наработку менее 100 тыс. ч. Зато 74 уже отработали примерно по 200 тыс. ч и больше. Впрочем, опыт эксплуатации показывает, что блоки могут функционировать и по достижении 300 тыс. ч. Кроме того, можно относительно недорого реконструировать энергоблоки на угольных ТЭС мощностью 4-6 млн. кВт (объем инвестиций – порядка $50-100 на 1 кВт) – на них сегодня приходится около четверти располагаемой мощности тепловой генерации Украины. Это даст возможность увеличить ресурс этих блоков еще лет на 10-15.

Между тем уже сейчас ряд блоков потихоньку выводятся из эксплуатации. Правда, именуется это более спокойным термином "консервация". За последние пять лет, согласно статистике Минтопэнерго, втрое увеличилось количество оборудования, находящегося в стадии консервации. Некоторые блоки находятся в ней уже несколько лет, а отдельные (к примеру блок мощностью 720 МВт на Славянской ТЭС) уже никогда из нее не выйдут.

Учитывая, что наработка на блок за последние десять лет упала в два раза, выведение обрудования из эксплуатации происходит практически незаметно. Ведь основным фактором, влияющим на производство электроэнергии в последние годы, было наличие (а точнее отсутствие) топлива. Однако со временем роль и значение фактора состояния оборудования будет расти. Уже сейчас требуется детальный анализ и технического состояния электростанций. То что оно очень тяжелое – заведомо ясно: после 5 лет тотальных неплатежей ожидать чего-то другого трудно. Однако остаются вопросы: насколько быстро можно исправить это положение? Какие блоки следует реабилитировать, какие легче сразу списать, и как это все отразится на энергообепечении страны? Интересно, что в 2000 году почти половину произведенной электроэнергии выработали блоки, введенные в строй до 1970 года, и только 13% – запущенные в 80-тых. Более того, в структуре оборудования блоки "образца 60-тых" составляют 63%.

В данном случае сказывается характерная для отрасли инерционность – ее сегодняшнее состояние во многом определяется стратегическими решениями, принятыми десятки лет назад.

Здесь стоит углубиться в историю развития украинской энергетики. В 50-тые она развивалась на базе мощных по тому времени энергоустановок на 100 МВт. От тех далеких времен осталась только парочка "соток" на Добротвирской ТЭС. Появившиеся чуть позже "стопятидесятки" (150 МВт) оказались промежуточным этапом и особого распространения не получили. Сейчас их осталось в строю шесть штук (две на той же Добротвирской, представляющей едва ли не выставку "реликтового" оборудования), а остальные на Преднепровской ТЭС в Днепропетровске. Кстати, у этих почти что допотопных блоков еще имеется какая-никакая перспектива. Во всяком случае "Западэнерго" намерено до 2010 года реконструировать такие энергоблоки.

В конце 50-тых на арену вышли самые мощные по тогдашним меркам блоки на 200 МВт. Их начали активно устанавливать на отечественных ТЭС: из числящихся на балансе украинских генерирующих компаний 42 таких блоков 2 работают с 50-тых, а еще 34 – с 60-тых. Последние же блоки этой серии уже мощностью 210 МВт вводились в строй в 70-тых на Кураховской ТЭС. Причем уже тогда они были морально устаревшими и их установливали, скорее, по инерции. Всего в украинской энергетике блоками 200 МВт оснащены пять ТЭС.

Ну, а основной "тягловой лошадкой" украинской тепловой энергетики уже лет двадцать служат блоки 300 МВт. В 2000 году они обеспечили 48,5% выработки всех ТЭС. Первые блоки этого типа введены в строй на Приднепровской ТЭС еще в 1963 году. Затем до середины 70-тых шло быстрое наращивание их парка: в 60-тые – 21 блок, в первой половине 70-тых – еще 17. А потом как обрезало – процесс развития энергетики Украины сделал очередной зигзаг. Ставка была сделана на развитие атомных энергоблоков и на строительство сверхмощных блоков – на 800 МВт. В итоге во второй половине 70-тых на ТЭС не было введено ни одного блока-"трехсотника".

Правда, в 1982 – 1988 годах в строй вступили четыре таких блока на Зуевской ТЭС. Кроме того, на теплоэлектроцентралях Киева и Харькова установлены еще пять подобных блоков в теплофикационном варианте мощностью по 250 МВт. Из 42 блоков этого типа, работающих в генерирующих компаниях, практически все могут работать на угле. Исключение составляют два газо-мазутных блока Трипольской ТЭС. А вот пять "двухсотпятидесяток" ТЭЦ работают исключительно на газе и мазуте.

Что касается блоков мощностью 800 МВт, то им явно "не повезло". Первый блок был пущен в 1967 году на Славянской ТЭС, второй здесь же 3-емя годами позже. Потом в 1975 – 77 годах были введены в строй по три таких энергоблока на Углегорской и Запорожской ТЭС – и все. Нынешнее их положение можно охарактеризовать как критически-неопределенное. Причем дело даже не в техническом состоянии – просто они не очень-то нужны энергосистеме Украины. Это огромные и маломаневренные блоки, "влезающие" в ту же нишу, что и атомная энергетика. При этом они сжигают громадное количество газа, которого было много в СССР, но мало в Украине. На угле может работать только один блок – "восьмисотник" Славянской ТЭС. В итоге это оборудование в основном простаивает. В прошлом году из семи оставшихся в эксплуатации блоков (блок № 6 Славянской ТЭС можно смело считать списанным) формально работало только четыре, а фактически и вовсе два. Один из них – блок Славянской ТЭС, который работал очень плохо, часто ломаясь. И если он в итоге "загнется", то на судьбе этой ТЭС будет поставлена жирная точка. Одновременно трудился блок № 5 Запорожской ТЭС. Еще один "восьмисотник" этой станции – блок № 6 фактически используется на запчасти для своего более удачливого собрата. Правда, перспективы этих блоков зависят скорее не от состояния оборудования, а от цен на газ. Одно время рассматривались варианты их переделки под угольное топливо, но вряд ли они сколь-нибудь реальны.

Помимо инерционности отечественной энергетики, еще одной ее особенностью является то, что ее структура была сориентирована на пребывание Украины в составе СССР, имевшего мощные высокоманевренные ГЭС Сибири. В условиях самостоятельного государства оказалось, что у нас почти нет маневренных мощностей, то есть электростанций, способных быстро удовлетворять пиковые нагрузки. Исключение составляет разве что каскад ГЭС на Днепре, но его мощности явно не хватает.

Решить, а точнее снизить остроту проблемы маневренных мощностей можно введением в строй агрегатов на двух новых гидроаккумулирующих станциях – Днестровской и Ташлыкской. Это даст (в лучшем случае) около 3000 МВт пиковой мощности. Но для этого понадобятся несколько лет и более миллиарда долларов.

Но до ввода хотя бы первых блоков ГАЭС еще нужно дожить, а пока что украинская энергогенерация маневрирует тем, что есть, то есть немногочисленными ГЭС и конечно же имеющимися ТЭС, периодически снижая или увеличивая их нагрузку. Вообще-то ТЭС имеют определенный регулировочный диапазон, но вряд ли их создателям даже в страшном сне могло присниться, что их детища будут эксплуатировать в нынешнем режиме. К примеру, блоки мощностью 150 МВт Приднепровской ТЭС на ночь разгружали, а утром вновь запускали. И так в течение 2000 года – 102 раза. То же самое делали и с блоками 200 МВт на Старобешевской ТЭС (202 "подъема"). Особое сочувствие вызывает Луганская ТЭС – станция едва "фурычит", а ее блоки "дергали" в 2000 году 156 раз. Достаточно интересно выходили из положения на Бурштынской ТЭС. Там вспомнили, что котлы-блоки 200 состоят из двух камер и на ночь выключали не весь блок, а только его половинку – и так 134 раза. Технологию разгрузки блока наполовину широко использовали и на блоках 300 МВт. В основном таким приемом пользовались станции "Центрэнерго". В общем, каждый развлекался, как умел. Вот только оборудование на таких рывках изнашивается крайне интенсивно. Вдобавок маневренные возможности большинства блоков уже практически исчерпаны и увеличить их можно только резким улучшением качества топлива или увеличением поставок газа.

Так как ожидать увеличения поставок газа не реально, то придется резко улучшать качество угля. В настоящий момент станции сжигают уголь "напополам с породой". К примеру, средняя калорийность угля, горевшего в топках Ладыжинской ТЭС, была в 1,7 раза ниже проектной. Правда, в прошлом году качество угля удалось несколько повысить, пустив его основную массу через углеобогатительные фабрики – это немного снизило нагрузку на оборудование станций. Тем не менее его состояние в общей массе критическое. Наиболее тяжелое положение сложилось на блоках 200 МВт. Все они порядком изношены (самому молодому уже четверть века) и их номинальная мощность снижена до 175-185 МВт. Реально они несут нагрузку еще ниже – где-то 140-150 МВт. Самое тяжелое состояние у блоков Луганской ТЭС. Станция быстро деградирует и сейчас несет нагрузку в лучшем случае 500-600 МВт. В тоже время станция – единственный крупный производитель электроэнергии в индустриальной Луганской области. Имеется проект ее серьезной реконструкции, после чего станция будет нести нагрузку на уровне 900 МВт. Но ее перспективы весьма туманны – на это пока нет денег.

Вообще говоря, из 42 блоков данного типа 31 находится на Востоке Украины. Из них 25 – в составе "Донбассэнерго", где они вырабатывают свыше половины энергии этой ГАЭК.

На западе страны блоки такой мощности имеются только на Бурштынской ТЭС. Их состояние получше, тем более что эту станцию здорово поддерживает экспорт электроэнергии и она даже имеет шансы войти в состав европейской энергосистемы.

Необходимость модернизации этих блоков очевидна, и еще в середине 90-тых начал было осуществляться проект модернизации оборудования одного из блоков Старобешевской ТЭС. Его предполагалось сделать пилотным для остальных блоков этой мощности. Однако проект благополучно "завис", и когда блок-"пилот" вновь встанет в строй, не берутся предсказывать даже оптимисты. Практический интерес сегодня представляет разве что стоимость его модернизации – примерно $110 млн. Иными словами, модернизация 1 кВт-ч обойдется примерно в $500. Если экстраполировать эти данные на остальные блоки мощностью 200 МВт, то общая стоимость их модернизации превысит $4 млрд. Очевидно, что найти такие средства вряд ли удастся, да и все четыре десятка блоков до полномасштабной модернизации не доживут.

Говоря о блоках мощностью 200 МВт, можно вспомнить и о трех недостроенных блоках мощностью 225 МВт на Добротвирской ТЭС. Этот проект тянется с 1982 года – на ТЭС даже выведена огромная дымовая труба и примерено на треть выполнены работы на одном из блоков. Предпринималось несколько попыток их достройки: путем создания отдельного ОАО, объявления инвестиционного конкурса и т.д. Однако реального инвестора на эти блоки так и не нашлось.

В целом несмотря на большой износ блоки-200 МВт еще послужат. При этом модернизация их будет, преимущественно, малозатратной: замена наиболее изношенных частей оборудования, поверхностей нагрева. Безусловно, рано или поздно их придется списывать, но идти этот процесс будет постепенно. При любых расчетах к 2020-2025 годам около десятка этих блоков все еще будут в строю. Тем более что у блоков данного типа есть неоспоримое преимущество – все они могут работать на местном угле.

Блоки-300 тоже в массе своей сосредоточены в восточных областях, исключение составляет Трипольская ТЭС и однотипная с ней Ладыженская ТЭС. Имеется типовой проект модернизации энергоблоков такой мощности: сейчас на Змиевской ТЭС совместно с "Сименс" реконструируется блок № 8. Стоимость проекта здесь приблизительно равна стоимости реконструкции блоков-200. Исходя из этого можно прикинуть общие расходы на модернизацию блоков мощностью 200 и 300 МВт – порядка $8 млрд. Естественно, что столько инвестиций найти не удастся. В уже давно позабытой программе "Украина-2010" приводилась более реальная цифра: до 2010 года отремонтировать 57 блоков такой мощности, что уложились бы примерно в $2 млрд.

И еще об одной стратегической проблеме отрасли – экологии. На фоне текущего состояния энергетики на нее откровенно плюют и очевидно, что такое отношение к ней в ближайшей перспективе не изменится. Однако вряд ли это устраивает наших европейских соседей. Тем более что речь идет о миллионах тонн выбросов. В 2000 году через украинские ТЭС прошло 27 млн. т угля, благополучно превращенного в золу. Среди 100 крупнейших загрязнителей окружающей среды в Европе 13 справедливо принадлежат украинским электростанциям. Ни одна украинская ТЭС не имеет оборудования способного нейтрализовать выбросы серы. Так что волей-неволей, но украинским энергетикам придется тратиться на экологию хотя бы для виду.

Если кратко подытожить все вышеизложенное, то выводы окажутся крайне противоречивыми. С одной стороны, энергетика остро нуждается в массовой замене оборудования. С другой – практически очевидно, что в ближайшие годы этого не произойдет. Ведь бытие определяет сознание: нет денег – нет и реконструкции. Именно поэтому автор этих строк не писал ни о газотурбинных электростанциях, ни о котлах с циркулирующим кипящим слоем. Дай Бог, конечно, чтобы в ближайшее десятилетие в строй вступило хотя бы по одному энергоблоку такой конструкции (а еще лучше 2-3). Но в любом случае погоду в украинской тепловой генерации они делать не будут. Уже ясно, что еще лет двадцать она будет функционировать за счет оборудования выпуска 60-70-тых. Естественно, рано или поздно двадцатилетний интервал во вводе нового энергооборудования скажется самым неприятным образом. Но это будет уже совсем другая история с другими энергопрограммами.

Игорь МАКСКАЛЕВИЧ

 
© агенство "Стандарт"